Равенна слегка нахмурилась, по-видимому, озадаченная:
— Почему ты задаешь такой вопрос?
— Я просто хочу понять… — Хендрик выглядел несколько неловко, необъяснимо нервничая. — Видя Пеликан, наблюдая за изменениями на территории Уотсона… чувствуешь ли ты радость? Чувствуешь ли ты… что все приложенные усилия того стоили?
Равенна спокойно посмотрела на Хендрика, и от спокойствия в её фиолетовых глазах он невольно отвел взгляд.
— Со мной всё хорошо, Хендрик. — ответила Равенна мягким голосом. — Как ты и сказал, я верю, что всё это того стоили.
— Почему у тебя возникают такие сомнения? Ты, Ронгер и другие учили меня этому пути с тех пор, как дедушка скончался, не так ли?
— Это было лишь для того, чтобы убедиться. — ответ Равенны успокоил Хендрика. — Ноша, которую ты несешь… слишком тяжела, и только недавно я и Ронгер начали… сожалеть, думая, что, возможно, ожидания и давление, которые мы возложили на тебя, были слишком велики.
— Это не так, Хендрик.
Губы Равенны Циглер изогнулись в едва заметной легкой улыбке:
— Сейчас я справляюсь, и в дальнейшем буду справляться ещё лучше, не беспокойся.
— И правда, ты поистине… необычайный гений, Равенна.
Глядя на удаляющуюся фигуру Равенны, Хендрик пробормотал с огромным облегчением и благодарностью:
— Ты не испытываешь боли из-за этого… это поистине чудесно.
Равенна не слышала бормотания Хендрика, но её шаги стали невольно легче.
Даже она сама не замечала, что всё больше… с нетерпением ждет новой встречи с Анселем.
Когда предательство обернулось неизбежным недопониманием, когда она столкнулась с многочисленными трудностями и изо всех сил пыталась двигаться вперед… Равенна всё больше тосковала по возвращению к Анселю.
Но мальчик из прошлого уже не был юн, и он больше не относился к ней с той же близостью и нежностью, как к друзьям.
Теперь юноша, под кажущейся мягкой маской, скрывал холод, который Равенна могла смутно различить. Он был отстраненным, всегда сохраняющим абсолютный контроль.
Они больше не были друзьями, точно так же, как во время той речи, когда он унес изможденную Серафину, оставив её одну в руинах, — такое отношение он продемонстрировал.
Но всё в порядке, это хорошо, это… тоже очень хорошо.
***
В гостиной Равенна наблюдала за пейзажем другого города в домене Гидрала через кристалл изображения, подаренный ей Анселем.
Город Бриз, перемещенный на территорию Озера Духов, столкнулся с ситуацией, схожей с Пеликаном — высококачественные продукты питания, производимые с чрезмерной скоростью, наводнили рынок, оказав значительное давление на других фермеров.
Однако было странно, что в Городе Бриз наблюдались лишь признаки этого явления, но не было торговой компании, доминирующей на всем продовольственном рынке домена, как в Пеликане, и это не доводило фермеров до почти безумного отчаяния.
Сидя на диване, обхватив колени, миниатюрная ученая нахмурилась и тихо пробормотала:
— В чем… разница? Неужели дело в том, что в Городе Бриз нет кого-то вроде Лорела, кто объединил бы все улучшенные сельскохозяйственные угодья? Нет… это не то, что же именно…
Пока она размышляла, Ансель уже вошел с тарелкой фруктов, его шаги были легкими, а настроение, по-видимому, очень хорошим.
— О чем ты думаешь?
— Я размышляла, почему в Городе Бриз, кажется, нет никакого движения… — честно ответила Равенна.
Ансель лишь улыбнулся и сказал:
— Сначала съешь фруктов. Знаешь, почему я попросил тебя прийти сюда?
Равенна, взяв сладкую клубнику, покачала головой.
— Потому что в Пеликане скоро произойдет нечто грандиозное, и мне нужно, чтобы ты стала свидетелем.
— …Нечто грандиозное?
Наблюдение Равенны за Пеликаном и всем доменом Уотсона никогда не прекращалось, но она не могла заметить каждую деталь, наблюдая лишь исходя из своих собственных потребностей в размышлениях.
Но если это было что-то значительное, должны были быть соответствующие признаки, так почему же она ничего не заметила?
Пока Равенна размышляла, Ансель уже неторопливо сел рядом с ней, похлопав себя по колену.
Мисс Марионетка очень послушно и умело села Анселю на колени, и знакомое тепло, исходящее от его тела, заставило её невольно расслабиться.
— Дай-ка подумать… с чего бы начать, ну, с чего угодно, — Ансель произнес эту странную фразу, а затем слегка щелкнул пальцами, развернув перед ними световой экран.
— …
На экране развернулась сцена близости между мужчиной и женщиной.
Равенна отвела взгляд, погрузившись в задумчивое молчание, прежде чем тихо спросить:
— Это… нечто грандиозное?
— Не суди лишь по поверхности, моя дорогая Хелен.
Ансель нежно обхватил щеку Равенны, заставляя её с твердой решимостью обратить внимание обратно на экран.
— Смотри внимательно — физические характеристики мужчины, его пальцы, кожа и телосложение.
— Его костяшки грубые, покрыты мозолями, кожа потемнела… — Равенна быстро поняла. — Он… фермер?
— Точнее, он — счастливчик, которому завидуют многие в Пеликане, и, по правде говоря, во всей территории Уотсона.
— Но какое… отношение он имеет к делу?
Как только его личность была подтверждена, Ансель отпустил лицо Равенны, и она перевела взгляд, продолжая:
— Такие фермеры не редкость в Пеликане.
— Действительно, но вскоре их почти не останется.
— Что…
Прежде чем она успела закончить, окно спальни, где страстно предавались близости фермер и женщина, внезапно разбилось.
Крепкий мужчина ворвался через окно, быстро направляясь к ошеломленным фермеру и женщине. Он выхватил из-за пазухи кинжал, его выражение лица было свирепым и злобным, когда он вонзил его в грудь фермера.
Раз, два — звук пронзаемой и разрезаемой плоти эхом отозвался в гостиной, и кровь, брызнувшая из груди фермера, казалось, достигла даже пола гостиной.
Равенна сидела ошеломленная в объятиях Анселя, её разум на мгновение опустел.
Ансель улыбнулся и взмахом руки вызвал перед Равенной новые экраны.
Там были фермеры, которых жестоко убили, фермеры, вступившие в бой с нападавшими, и фермеры, которые пока оставались невредимыми, но чья судьба была туманной.
— Что… происходит? — Равенна сжала кулаки, едва не вскочив на ноги.
Она ясно видела: нападавшие, эти грубияны, обладали теми же физическими характеристиками, что и фермеры Пеликана!
Они… тоже были фермерами!
— Неужели так трудно понять? — губы Анселя изогнулись в неспешной улыбке. — То, что мы могли не заметить, могло произойти, обострив конфликт между этими фермерами и другими фермерами Пеликана до непримиримого предела.
— Если выживание больше не является вариантом…
Юный Ансель погладил Равенну по щеке.
— …то почему бы не позволить тем, кто сделал жизнь невыносимой, присоединиться к гибели?
— Но это… невозможно, как конфликт мог обостриться так быстро?
Равенна инстинктивно возразила:
— По крайней мере два месяца, нет, три месяца… Как обычные люди могли стать такими агрессивно порочными, и к тому же, они…
— Ты заметила суть проблемы, что похвально, моя дорогая Хелен, — Ансель выразил свое удовлетворение. — Но прежде чем мы углубимся… давай посмотрим, чем закончится это событие.
Он увеличил один из экранов, на котором был отчетливо виден человек, взбудораживший территорию Уотсона… Лорел Морламо, некогда посланный собственным отцом с крупной суммой денег на службу к экстраординарному существу второй ступени.
Этот человек сидел в своем кабинете, что-то записывая, в то время как на экране Анселя одновременно появились два фермера с ножами, как раз в тот момент, когда они ворвались в комнату.
Услышав шум внизу, Лорел немедленно насторожился, встал и позвал слугу, но услышал лишь крик.
Его выражение лица резко изменилось, он обыскал комнату в поисках чего-либо, что могло бы послужить оружием, но не нашел, открыл окно, намереваясь выпрыгнуть, но в последний момент заколебался.
По мере того как агрессивные шаги приближались, он отступил, снова сев за свой стол, глубоко вздохнул, прежде чем уставиться на дверь.
Вскоре двое окровавленных фермеров ворвались в дверь, их выражения лиц были свирепыми и жестокими, когда они двинулись вперед.
Равенна видела возбуждение, экстаз и чувство правоты в глазах этих двух фермеров.
Касалось, будто совершение этого деяния не оставит им никаких сожалений.
Тем не менее, сидящий Лорел не выказал страха; он позволил им приблизиться, а затем с величайшим спокойствием произнес:
— Вы… тоже фермеры, не так ли?
— Тоже? Ха! Мы ничем не похожи на тебя, колдун, демон! — фермер с ножом сплюнул кровь, его дыхание было пропитано жаждой крови. — Ты заплатишь цену… ты, проклятое создание!
— Позволю себе не согласиться, — Лорел покачал головой. — Потому что у вас всё ещё есть шанс.
— Ха! Должно быть, ты обезумел от страха, шанс? Если ты сейчас встанешь на колени и будешь умолять меня, возможно…
— Уже должно быть много смертей, не так ли?
Лорел слегка подался вперед, его тон был искренним.
— Итак, что, если я отдам вам земли тех, кто погиб, эти магические поля, как вам такое?
Жестокость на лицах двух фермеров застыла.
А затем Равенна наблюдала, как их решимость отомстить заметно растворилась.
После мгновений сомнений, колебаний и борьбы, то, что проявилось, было всё более ярким, почти осязаемым, леденящим экстазом и… жадностью.
В тот миг —
Вся враждебность исчезла в одночасье.