Глаза графа Каменное Сердце слегка сузились; остальные дворяне молчали, но в их умах уже начались лихорадочные подсчёты.
Однако у тех троих глупых дворян не было времени на долгие раздумья — они лишь продолжали благодарить и восхвалять милосердие Анселя.
— Раз уж барон Херевуд говорит, что готов отдать всё.
Ансель погладил свой скипетр и безобидно улыбнулся:
— Думаю, это предложение весьма неплохо.
— Ваши территории, ваши подданные, ваше богатство, всё ваше — мне нужно, чтобы это перешло к Революционной армии. Хм, с остальными двумя ситуация та же.
В наступившей тишине Ансель весело произнёс:
— За эти четыре дня я провёл ключевое расследование на территории Красного Мороза и обнаружил… это действительно очень подходящая земля для роста Революционной армии.
— Думаю, пришло время дать этим нетерпеливым зрителям под сценой возможность выступить.
Граф Каменное Сердце открыл рот. Он хотел что-то сказать, но промолчал.
Он понятия не имел, зачем Ансель это делает, но одно знал наверняка: соображения Анселя должны быть куда более дальновидными, чем его собственные, и любые сомнения в Анселе — глупость.
— Но я, это…
Барон Херевуд с огромным трудом выдавил из себя улыбку:
— Даже если, даже если я действительно всё отдам, те крысы из сточных канав «Нового Мира»… не осмелятся занять территорию дворянина.
Два великих герцога северных земель, казалось, на поверхности не интересовались деятельностью Революционной армии, позволяя ей расти в регионе. Однако, если бы самопровозглашённые революционеры «Нового Мира» перешли черту — например, нагло атакуя города и грабя территории, — элитные войска под командованием двух великих герцогов могли бы уничтожить их за три дня, или так, по крайней мере, полагали дворяне.
— Подобные вопросы вас больше не касаются, — сказал Ансель, и его улыбка не дрогнула. С состраданием, дружелюбием и терпимостью он смотрел сверху вниз на высокомерных дворян в своих владениях, его голос звучал мягко: — Вам нужно лишь решить: принять мою милость…
— Или понести последствия за предательство моего доверия.
Барон Херевуд в ужасе встретился с этими глубокими лазурными глазами. В тот миг ему показалось, что он мельком увидел своё будущее: не смерть, но полное лишение всякой ценности, когда он больше не будет достоин называться «человеком».
— Спасибо… спасибо за ваше милосердие, ваша светлость… — злодей, презираемый и проклинаемый бесчисленными простолюдинами, плакал и непрерывно кланялся перед Анселем. Его благодарность была искренней.
***
Вернувшись в свой особняк, Ансель откинулся на мягкий диван в гостиной, пока Юла стояла позади него, осторожно разминая ему плечи.
— Вам следует отдохнуть, молодой господин, — тихо пробормотал Савиль. — Вы потратили много сил за эти четыре дня.
Ансель невольно усмехнулся:
— Савиль, ты меня недооцениваешь.
— Нет, но… — Савиль открыл рот, чтобы возразить, но в конце концов смиренно покачал головой: — Я поддерживаю все ваши решения, но в последнее время вы работаете слишком много.
Глава 75: Бездна отчаяния — Четыре (II)
Он посмотрел на Анселя с серьёзным видом:
— Я могу заверить вас, ваш отец ничем не отличался от большинства других дворян до того, как у него появились главы пактов, не то что вы сейчас…
Ансель поднял руку, приказывая Савилю замолчать.
— Каким был мой отец, меня не касается.
Молодой Гидрал полуприкрыл глаза, говоря тихо:
— Я просто делаю то, что должен.
Старик замолчал, больше не произнеся ни слова. Даже сейчас он не был уверен, что движет Анселем. Его отец был величайшим алхимиком в истории, его семья, Гидралы, могла раздавить любого врага. В этом мире он мог командовать семью существами пятой ступени, уступая лишь немногим существам шестой ступени. Даже великая императрица на своём троне благоволила к нему. Савиль не мог понять, о чём думает его молодой господин, чего он опасается… Возможно, травма десятилетней давности всё ещё не зажила, но почему в таком возрасте Ансель всё ещё ведёт себя как монах среди дворян? Даже его так называемые «потакания» были лишь игрой с женщинами, и он был даже чрезмерно нежен.
— Однако прогнать того здоровяка было действительно утомительно.
Ансель слегка откинул голову назад, и Юла, всегда внимательная, подняла руки, чтобы помассировать ему виски.
— Пытаться контролировать это без главы пакта было действительно слишком тяжело.
— Надеюсь, мисс Серафина стоит всех этих усилий, — вздохнул Савиль.
— Она определённо того стоит.
Ансель уверенно приподнял брови, словно хвастаясь драгоценным сокровищем:
— Она лучшая, ну… одна из лучших.
Юноша повернулся, чтобы посмотреть на молчаливую Марлину:
— Разве ты не согласна, Марлина?
— …Талант Сери, — юная девушка опустила голову, — я не понимаю мира экстраординарных существ, но думаю, она должна быть… очень сильной.
Она на мгновение заколебалась, а затем тихо произнесла:
— Мистер Ансель, я…
— Кстати, Марлина, как ты думаешь, каково было моё намерение, когда я говорил с тобой перед входом в приёмный зал?
Внезапный вопрос Анселя прервал Марлину. Девушка была застигнута врасплох и, тщательно всё обдумав, серьёзно ответила:
— По сравнению с прямыми просьбами, выполнение ваших «скрытых» мыслей, очевидно, более ценно, более приятно для вас и является большим доказательством лояльности дворян к вам.
— Поэтому вы намеренно упомянули об этом мне. Дворяне, услышавшие эти слова, вложат двести процентов своей энергии и инвестиций в восстановление после катастрофы в городе Красного Мороза и помощь гражданским лицам Красного Мороза, потому что это результат, к которому, как они думают, они пришли сами.
— Они даже будут спешить сделать это, так что… по сравнению с тем, если бы вы напрямую предложили это на собрании, для дворян эффективнее проявить инициативу, и это не потратит ваши ресурсы.
Ансель от души рассмеялся:
— Твой прогресс становится всё более очевидным, Марлина. Я же говорил, у тебя талант не уступающий Серафине, разве это не очевидно?
Марлина застенчиво улыбнулась, казалось, она показывала это выражение только перед Анселем:
— Вы льстите мне… нет, спасибо за ваше признание.
Она слегка поклонилась Анселю, её глаза горели, как огонь. «Неважно, даже если я не экстраординарное существо, это неважно. Теперь я тоже могу помочь мистеру Анселю, у меня есть ценность… точно так же, как у Сери».
***
В этот момент, после долгого пути, уставшая волчица наконец вернулась в родные края.