Осознав, что жизнь поможет лучше отвлечь внимание, Костяной Клинок отбросил мысли о мученической смерти. Преследуемый двумя экстраординарными существами третьей ступени, он сражался и бежал, пока наконец не добрался до пустоши в десяти километрах от Крепости Раздора.
К этому моменту он был на пределе.
— Чего же ты не бежишь дальше?
Колдун в мантии взмахнул посохом, и огненный шар приземлился прямо перед Костяным Клинком — насмешливый жест. Он задрал подбородок и ухмыльнулся:
— Мы планировали подольше насладиться тем, как ты барахтаешься, словно бродячий пёс. Ха-ха-ха.
— Эй, хочешь пару зелий на дорожку? — издевательски бросил другой авантюрист. — Пытать калеку — совсем не весело.
С десятью отрезанными пальцами, выколотым глазом, полностью срезанным носом и в изодранном плаще, пропитанном кровью, Костяной Клинок, чьё тело было сплошь покрыто ранами, тяжело дышал, едва держась на ногах.
По правде говоря, добраться так далеко было чудом из чудес.
Тот драгоценный момент внезапного убийства стражников, почти не охраняемый путь к кабинету Майло, а теперь — преследование лишь двумя индивидами, которые словно играли с ним… Костяной Клинок считал, что ему очень повезло.
Сведения, полученные в кабинете Майло, уже были переданы другим членам Революционной армии в Крепости Раздора тайными путями. Единственное, о чём он жалел сейчас, — после смерти он больше не сможет отвлекать Инотею и не принесёт пользы.
Тем не менее, Костяной Клинок не собирался покорно принимать смерть.
— Прошу прощения за то, что так затянулось, — прохрипел он голосом, который едва можно было узнать, и, спотыкаясь, призвал свою силу. Из его суставов медленно выдвинулись блестящие костяные лезвия.
Костяной Клинок всё ещё помнил, как тот юноша был раздавлен в кашу когтями Инотеи. Он также вспоминал наивные, но сильные слова, которые произнёс юнец после вступления в Революционную армию.
Размышляя об этом сейчас, он почувствовал ещё одно сожаление… что позволил такому юному и доброму человеку погибнуть.
В этом мире добросердечные люди становились редкостью. Юный, добрый человек, чей пыл никогда не угасал, был ценнее любого тайного сокровища.
— Красный Ястреб, мы… встретимся в новом мире…
Прошептал Костяной Клинок, используя своё тело как последнее оружие, и бросился на двух экстраординарных существ, продолжавших насмехаться над ним, зная, что его конец наступит в следующее мгновение.
И так оно и случилось.
Сверху, словно метеор, рухнула фигура. К тому времени, как два экстраординарных существа почувствовали ужасающее давление сверху, было уже поздно.
Бум!
Даже самые разрушительные классические заклинания огненного взрыва не могли произвести такого преувеличенного эффекта, с пылью, взметнувшейся к небесам. Костяного Клинка отбросило ударной волной, он пролетел не менее десяти метров, прежде чем потерял сознание.
— А, уже один готов?
Из облака пыли донёсся удивлённый женский голос.
— Как это могло… О, он и так был полукалекой. Эй, вы двое, шутите? Столько шума из-за калеки.
Бах!
Топнув ногой, Серафина мгновенно разогнала пыль. Она размяла запястье, направляясь к двум экстраординарным существам, чьи лица становились всё мрачнее.
— Что ж, ха-ха… Разве это не Мисс Фенрир? Какое совпадение!
Из-за постоянных предупреждений Майло и Инотеи экстраординарные существа Крепости Раздора вбили имя «Злого Волка» из Нижнего района в свои головы, зная, что она — неприятность, которую лучше не провоцировать. Поэтому, когда появилась Серафина, они сразу узнали её.
Колдун выдавил пару сухих смешков, а затем попытался использовать авторитет Легиона Свиста, чтобы подавить её:
— Этого парня недавно схватила Инотея, он подозревается в мятеже. Мы здесь, чтобы задержать его.
— Кто он такой и зачем вы здесь — кого это волнует?
Серафина приподняла бровь, указывая большим пальцем на небольшой городок в паре километров отсюда.
— Я сейчас живу там. Если бы я не заметила, вы собирались снести это место?
— Нет, нет… мы бы не посмели, — колдун поспешно выдавил улыбку. — Мы заберём его прямо сейчас. Мы немедленно уйдём.
Говоря это, он двинул посохом, поднимая Костяного Клинка в воздух, готовясь унести его.
— Уйдёте? Кто сказал, что вы можете уйти?
Костяной Клинок, которого только что подняли на несколько сантиметров над землёй, был резко брошен обратно. Лицо колдуна застыло — отчасти из-за явного пренебрежения Серафины, отчасти из-за того, что… он понятия не имел, как она разорвала поток эфира, сведя на нет его заклинание.
— Мне сейчас нужны две боксёрские груши, — волчья улыбка на лице Серафины стала шире, а волосы затрепетали на ветру.
— Сначала примите пару ударов от меня.
На самом деле, выживание даже после одного удара считалось бы успехом.
Серафина, учитывая, что они ещё не успели повредить город, нанесла только один удар, сохранив им жизни.
Наблюдая, как двое слабаков в панике бегут, Серафина поджала губы, разочарованная отсутствием достойного противника.
Она перевела взгляд на Костяного Клинка, едва цеплявшегося за жизнь, и её губы изогнулись в лёгкой улыбке.
Без сомнения, в представлении Серафины Революционная армия была синонимом мерзавцев.
Однако правители Крепости Раздора были мерзавцами из числа худших мерзавцев.
Хотя Революционная армия прибегала к сомнительным методам и их мотивы могли быть не совсем чистыми, по крайней мере, они объективно помогали простым людям. В отличие от них, мерзавцы из Крепости Раздора были теми, кто загонял гражданских в шахты… Серафина в конечном итоге сведёт с ними счёты.
Поэтому, по сравнению с ними, Серафина не возражала против спасения члена Революционной армии. Конечно, дело было не только в этом.
— Раз уж тебя схватили и так пытали…
Серафина присела рядом с Костяным Клинком, потирая руки.
— Ты ведь знаешь немало секретов об этих ублюдках, верно? Может, я смогу это использовать!
Серафина никогда не упускала возможности создать лучшие перспективы для Нижнего района. Если у этого члена Революционной армии была ценная информация, это могло принести значительную выгоду Нижнему району.
Не раздумывая, она влила зелье в горло Костяного Клинка и небрежно отбросила пустой флакон, ожидая, пока он очнётся.
Прошли минуты, его раны почти затянулись, но он всё ещё не открывал глаз. Теряя терпение, юная девушка подняла руку и влепила Костяному Клинку пощёчину.
— Эй, проснись! Пора просыпаться! Ах… какая морока!
Пощёчина мгновенно вывела Костяного Клинка из бессознательного состояния. Хотя он был всё ещё несколько ошеломлён, он, по крайней мере, пришёл в себя.
Когда его зрение постепенно сфокусировалось, перед ним появилось поразительно красивое лицо.