— ...Я пришла предупредить: прямо сегодня я вылетаю на Дварку, — прошептала Элизабет на ухо отцу.
Патриарх понятия не имел, кого именно пытается разыскать его своенравная дочь. Он так и не понял, почему восемь лет назад она внезапно вернулась домой и заперлась на закрытых тренировках в запретных землях, хотя до этого и слышать не желала об изучении ведьмовских искусств.
Поразмыслив пару секунд, Марс Куин попытался вразумить беглянку: — Эли, весь наш Клан Целителей в полном составе перебирается на Дварку к концу этого месяца. Почему бы тебе не подождать пару недель и не отправиться вместе со всем родом? Раз уж ты успешно освоила высшие таинства ведьм, по прибытии я дарую тебе полную свободу: делай всё, что твоей буйной душе угодно, договорились?
— Нет, я не стану ждать так долго, — решительно отрезала девушка. — Папа, поступим так: я вылечу вперед, разыщу этого подлеца, а затем присоединюсь к вам в том самом Секторе А-13 города Афродита.
Она чмокнула опешившего отца в щеку и легкой походкой направилась к дверям: — Увидимся на месте, папочка!
Патриарх лишь тяжело вздохнул, выдавив кривую, беспомощную улыбку. Но стоило ему бросить взгляд вслед уходящей дочери, как развернувшаяся сцена повергла его в абсолютный шок.
Едва Элизабет занесла ногу над порогом, как чьи-то крепкие мужские руки властно обвили ее стан сзади, намертво прижав к крепкой груди.
— Немедленно убери свои грязные лапы, если тебе дорога жизнь! — в ярости взвизгнула шатенка.
В ту же долю секунды ее ладонь объяло ревущее алое пламя, и она со всей дури вонзила пылающие пальцы прямо в живот наглеца.
ЧВЯК!
Белоснежная рубаха юноши мгновенно пропиталась хлынувшей густой кровью, окрашиваясь в зловещий багровый цвет.
— Эли, стой, не смей!.. — в ужасе завопил Марс Куин, порываясь сорваться с места.
Но путь ему молниеносно преградила клюка бабушки Клаудии: Бобби уже успел отдать старой волчице телепатический приказ ни при каких обстоятельствах не вмешиваться.
— Хи-хи-хи... Моя маленькая бабочка, ты совсем не изменилась, — раздался у самого ее уха знакомый, бархатный шепот с лукавой усмешкой. — В тот день в номере отеля ты ударила меня в то же самое место ровно этой пламенной техникой... Попалась! И тебе больше незачем лететь на край света в поисках того наглеца: ведь он стоит прямо за твоей спиной.
Услышав этот голос — тот самый родной, насмешливый голос, по которому ее сердце тосковало и сгорало от жажды все восемь мучительных лет, — Элизабет замерла. Окровавленная ладонь разжалась, выскользнув из его живота.
Резко развернувшись, девушка намертво вцепилась в Бобби обеими руками, уткнулась лицом в его плечо и принялась отчаянно колотить кулачками по его груди, сквозь слезы выплескивая накопившуюся обиду: — Где ты шлялся все эти годы, проклятый ублюдок?! Почему ты ни разу не пришел за мной, хотя сам поклялся той ночью?!
Бобби легко перехватил ее бьющие кулачки, прижал к себе и властно накрыл ее губы поцелуем.
В ту же секунду мир вокруг перестал существовать: пара растворилась в исступленном, жадном поцелуе, начисто позабыв о присутствии старших в зале.
— Ч-что за чертовщина здесь творится?! — выдавил патриарх Марс, в полном ошеломлении хватаясь за виски.
Сперва он чуть не поседел от ужаса, когда дочь пробила брюхо всемогущему владыке Дэмиену Дарку; затем сгорал от бессилия, будучи остановленным Клаудией, и судорожно прикидывал, как вымолить для безрассудной девчонки хотя бы легкое наказание. И вдруг вместо кровавой расправы перед его глазами развернулась слезливая любовная драма долгожданного воссоединения!
— О-о-о... — протянула преподобная Клаудия, лукаво сверкнув глазами. Старуха ехидно захихикала, подталкивая мага локтем: — Хи-хи-хи! Мои искренние поздравления, патриарх Марс! А ведь я минуту назад всерьез собиралась вымаливать пощаду для твоей непутевой дочурки... Но всё обернулось куда занятнее. Похоже, беглянка наконец отыскала того самого негодяя, что когда-то украл у нее самое... драгоценное!
— Самое драгоценное?! — как попугай повторил Марс Куин, хлопая глазами, пока до него не дошел скрытый подтекст: — Постойте... Только не говорите мне, что она лишилась своей невин...?!
Он оборвал фразу на полуслове, побагровев от вспышки родительского гнева. Но ярость продержалась от силы секунду: лицо патриарха мгновенно озарилось широчайшей, сияющей улыбкой — ведь прямо сейчас он стремительно превращался в законного тестя непобедимого лорда Дэмиена Дарка!
— Хи-хи-хи, вот теперь мы понимаем друг друга без лишних слов, — довольно осклабилась Клаудия, подтверждающе кивнув.
Оба ветерана невозмутимо вернулись в свои кресла и принялись неспешно потягивать вино, делая вид, будто происходящее у дверей их совершенно не касается. Да и посмей Марс вмешаться — вряд ли у него нашлось бы право перечить собственному новоиспеченному повелителю.
Тем временем молодые люди у входа самозабвенно упивались сладостью момента.
Спустя несколько минут Бобби слегка отстранился, неохотно размыкая объятия. Но фигуристая шатенка даже не подумала отпускать добычу: судорожно обхватив его затылок тонкими пальцами, она вновь с безумной жаждой прильнула к его рту.
«Вот это я понимаю — прием!» — довольно усмехнулся парень.
Отвечая с еще большей страстью, он скользнул непослушными ладонями с ее шеи вниз, уверенно накрыв ладонями упругие округлости пышной девичьей груди.
— А-а-ах!.. — спина Элизабет судорожно выгнулась, и из ее полуоткрытых губ вырвался приглушенный, истомный стон наслаждения.
Бобби ловко перехватил этот вздох очередным глубоким поцелуем, продолжая погружать девушку в сладкий туман дурмана.
Как бы старейшины ни старались делать вид, будто заняты исключительно вином, откровенные стоны, срывавшиеся с губ юной ведьмы, загнали почтенного отца в дичайше неловкое положение. Каждая секунда в этом зале тянулась для Марса словно мучительный век.
Даже Клаудия сочувственно покачала головой, искренне жалея бедолагу. Впрочем, помочь ему она ничем не могла, а потому лишь молча подливала магу рубиновый нектар: «Бедный Марс Куин! Сидеть в паре шагов и слушать, как твою драгоценную кровиночку нагло ублажают, не смея даже пикнуть... Пей, малец, залей глаза и оставь молодежь в покое».
Не находя иного выхода, патриарх принялся остервенело глушить неловкость алкоголем: осушив кубок до дна, он протягивал его бабке, получал новую порцию и снова запрокидывал чашу.
А пара тем временем забыла обо всем на свете. Пальцы Бобби жадно сминали податливые холмы под тонкой тканью, требуя большего: скользнув по ее бедрам вниз, его ладони нагло сжали аппетитные, сочные девичьи ягодицы.
— А-а-ах-х!.. — эхом разорвал тишину очередной томный вскрик.
Окончательно потеряв контроль над накатившим безумием, опьяненная Элизабет страстно прикусила нижнюю губу Бобби...