— Не смей поворачиваться ко мне спиной, ублюдок! — взревел Каприо, разрушая миг всеобщего триумфа.
Пылая от бешенства, он обрушил свой красный палаш тяжелым вертикальным разрубом. Однако Зокака не растерялся: пружинистый прыжок назад спас его от рассечения. Каприо это ничуть не остудило. Залившись краской, он продолжал неистово рубить воздух под самыми замысловатыми углами, пытаясь загнать противника в глухую оборону.
Яростный натиск длился долгих пять минут, пока силы мечника не иссякли. Выложившись на полную в фехтовальном искусстве, Каприо не сумел срезать даже волоска: благодаря Крадущейся Поступи Ниндзя принц в последнее мгновение уходил от каждого росчерка стали.
Отскочив назад, Каприо с глухим стуком вонзил острие в каменный настил и тяжело задышал, судорожно хватая ртом воздух.
— И это всё, на что ты способен? — покачал головой Зокака с ехидной ухмылкой. — А я-то рассчитывал на настоящий бой... Тьфу, какое разочарование.
— Закрой пасть, щенок! — брызжа слюной, прохрипел Каприо. — Ты лишь трусливо бегал от меня по углам! Готовься встретиться с праотцами!
Вскинув красный палаш к небесам, чужак затянул заклинание. Сгущая в жилах фиолетовую грозовую Ци, он непрерывным потоком закачивал ее в клинок. С острия с яростным треском сорвалась ослепительная электрическая дуга. Впитывая ионизированную энергию из окружающего пространства, она прямо на глазах у публики начала отливаться в форму громовой птицы.
Спустя минуту в воздухе завис колоссальный громовой исполин — вдвое крупнее матерого взрослого быка! Эта тварь значительно превосходила по размерам птицу, которую Каприо выставлял против Восьмого Принца Леви.
Трибуны ахнули от масштаба мощи. Однако ни единого хвалебного выкрика не прозвучало: весь стотысячный стадион стоял горой за Седьмого Принца. Народ верил в своего новообретенного героя и с замиранием сердца ждал, как тот ответит на вызов.
— Видал?! — самодовольно осклабился Каприо. — Это абсолютное воплощение моей Громовой Птицы! Она сотрет твою никчемную жизнь в порошок. Поблагодаришь меня в аду!
Взмахнув палашом в сторону застывшего гнома, он взревел во всю глотку: — Разорви этот кусок дерьма на куски!
Подчиняясь ментальному импульсу хозяина, гигантская бестия издала пронзительный клекот, взмыла ввысь и отвесным соколом спикировала прямо на принца.
Видя, что Зокака замер неподвижным изваянием, толпа заволновалась. Даже король Рагнар подорвался с трона, собираясь окликнуть сына.
Однако королева Кудини Лаволом мягко перехватила его запястье и елейно улыбнулась: — Мой государь, это всего лишь турнирный поединок, не стоит устраивать сцен. Мой племянник прекрасно знает границы дозволенного. Вмешайся вы сейчас — остальные принцы могут истолковать это превратно, не так ли?
Король глухо зарычал, но, обведя тяжелым взглядом трибуны и сыновей, со вздохом опустился обратно в кресло. Кудини торжествующе осклабилась.
Пока трибуны холодели от страха, Дэмиен под маской синигами едва заметно хмыкнул себе под нос: «Ого, малец решил пустить в ход эту связку? Рискованный маневр... Ну что ж, поглядим».
Никто не заметил, как принц Зокака заблаговременно сорвал затворы даньтяня через особое ритмичное дыхание Формулы Громовой Пушки. Когда фиолетовый монстр оказался в считанных метрах от его макушки, принц выдохнул: — Техника Передвижения Ниндзя!
Его силуэт смазался, словно морок. В ту же секунду Зокака возник прямо перед носом опешившего Каприо и с разворота впечатал кованый сапог ему в челюсть!
ХРЯСЬ!
Момент был выбран безупречно: отдавая все духовные силы на контроль пикирующей птицы, Каприо оставил собственное тело абсолютно беззащитным. Лишившись ментальной связи, стихийный исполин потерял ориентацию и с оглушительным грохотом врезался прямо в каменную твердь арены!
БАМ!
Стадион содрогнулся. Клубы удушливой пыли и каменного крошева плотной пеленой заволокли седьмой сектор. Зрители с острым зрением пытались разглядеть сквозь завесу, что сталось с бойцами, прекрасно помня свирепый удар принца прямо в лицо надменного чужака.
Громовая птица детонировала впустую.
В отличие от напрягшейся толпы, Дэмиен широко ухмыльнулся: — Сработало! Ай да сукин сын!
Когда завеса осела, взглядам открылась картина: принц стоял, вытянув правую ладонь вперед, где истаяли последние фиолетовые искры. В северо-западном углу помоста, шатаясь и сплевывая кровь, поднимался на ноги Каприо. — Осмелился на подлую атаку из исподтишка... — прохрипел он с ядовитой ненавистью. — Жалкий, бесхребетный ублюдок!
Зокака весело оскалился в ответ: — Да ты в своем уме? Что за нелепая логика? Ты всерьез ждал, что я встану столбом и буду покорно ждать, пока твоя перерощенная курица склюет мне макушку? Ха-ха-ха! Иди пожалуйся папочке!
Принц шагнул вперед, и его тон похолодел: — Заруби себе на носу: мы на ринге, враги не церемонятся. Так что давай, выкладывай свои козыри... потому что после этого я лично вырву твою душу из этого тщедушного тела!
За всю жизнь в Королевстве Лаволом никто не смел разговаривать с Каприо в подобном тоне. Одаренный от природы, он с пеленок купался в лучах славы, восхищения и лести — превозносили его статус, внешность и воинский гений. А сегодня стотысячный стадион хором воспевал имя его презираемого соперника. И что хуже всего: он, признанный вундеркинд, терпел унизительное фиаско от того, кого при дворе клеймили бездарным мусором!
Понимая, что обычные методы бессильны, Каприо решился на крайний шаг — запретный стиль клинка королевского дома, Демонический Стиль Лаволома!
Слово «запретный» не было пустой формальностью: отдачей за использование этой техники могла стать неминуемая гибель. А в лучшем случае — месяцы прикованности к постели в тяжелейшем истощении.
Глубоко втянув воздух, Каприо процедил сквозь зубы: — Выродок... сегодня я лично оборву твое дыхание.
— Ой, как страшно! Прямо поджилки трясутся! Ха-ха-ха, давай, покажи свой предел! — подначивал Зокака, намеренно распаляя его гнев.
Каприо безумно ухмыльнулся и заплел пальцы в сложную вязь печатей, затянув замогильный, леденящий кровь напев. Раз за разом он окроплял лезвие сгустками собственной крови. По металлу поползли сложные рунические сигилы, вспыхивая завораживающим багрово-фиолетовым электрическим свечением, от которого у зрителей перехватило дыхание.
— Проклятье!.. Этот щенок знает даже запретное искусство Лаволома?! Я обязан вмешаться, пока не грянула беда! — пробормотал король Рагнар, вновь порываясь встать.
— Мой повелитель, прошу вас, одумайтесь! — тут же повисла на его плече королева Кудини. — Кругом послы Семи Королевств и тысячи ваших подданных! Оборвете бой — и все решат, что народ Дробящих Горы струсил перед чужаком! — указав пальцем на Дэмиена, она добавила: — Поглядите на того великана: даже наставник принца и бровью не ведет! Чего же вы так переживаете? Еще сочтут за предвзятость к бастарду!
Сжав кулаки до побелевших костяшек, Рагнар с глухим рыком остался на месте.
Тем временем Дэмиен сквозь рентгеновский взор Глаз Дьявола досконально просканировал все каналы Ци в теле Каприо, считывая внутреннюю механику древней техники:
«Ого, а наступательный потенциал и впрямь недурен! Хоть и с критическими брешами в циркуляции... Что ж, пора предупредить моего раба».
Сконцентрировав мысль, юноша послал телепатический импульс прямо в сознание Зокаки:
«Слушай сюда! Его следующая атака рванет почище взрывной бомбы. Врубай ту связку и кончай с ним прямо сейчас... Чего ты ждешь?!»