В ответ на ласки Бобби Элизабет томно прильнула к нему всем телом. Скользнув тонкой ладонью под его рубашку, она игриво очертила ноготком круг на мускулистой мужской груди.
— Спасибо за подмогу, дорогой, — кокетливо прошептала ведьма. — Дальше я справлюсь сама...
Заметив, что Бобби не спешит разжимать объятия, девушка с легким смешком шлепнула его по тыльной стороне ладони: — Руки-то убери! Мне нужна предельная концентрация, чтобы выжечь чужую печать и закрепить на драконе собственную метку.
Бобби послушно отпустил ее талию, сделав шутливый жест полной покорности.
— Премного благодарна за послушание, мой господин, — улыбнулась Элизабет.
Она извлекла серебристо-белую волшебную палочку и обратила взор на застывшего в воздухе циклопического Черного Дракона Хаоса.
Воспламенив в жилах кровь ведьм, девушка затянула древнюю гортанную мантру на архаичном иврите и звонко выкрикнула формулу: — Снятие Кровных Уз, пробуждение!
В воздухе соткался циклопический сигил, переливающийся радужными цветами и испещренный сложнейшей магической вязью.
— Начать извлечение! — едва слышно приказала шатенка.
Мерцающий круг плавно подплыл к массивной чешуйчатой голове зверя: рунические сектора на сигиле пришли в бешеное круговое вращение.
Бобби неотрывно следил за процессом сквозь золотое сияние «Глаз Дьявола», фиксируя в памяти каждый нюанс работы колдовского массива.
Спустя мгновение из черепа черного дракона насильно вытянулся небольшой круглый кровяной узор размером с ладонь — коренная печать души прежнего хозяина.
— Милый, у меня не хватит чистой мощи, чтобы распылить этот сигил... Поможешь? — Элизабет бросила на него умоляющий взгляд.
— Без проблем, — отозвался Бобби.
Мысленно активировав Ангельское Орудие, он сплел быструю последовательность ручных печатей: — Изначальное Ангельское Черное Пламя, пробуждение!
Чистейшая сияющая Благодать над его раскрытой ладонью в долю секунды обратилась смоляным черным пламенем.
Элизабет ошеломленно воззрилась на темный огонь: «По температуре и плотности это черное пламя оставляет драконий огонь далеко позади...»
Сжав сгусток Изначального Черного Пламени до размера крошечной дождевой капли, Бобби небрежным щелчком пальцев послал искру прямо в центр кровавой печати Лукаса Куина.
Стоило черному огню коснуться знака, как печать вспыхнула: темное пламя за секунду сожрало чужеродный узор без остатка, оставив после себя лишь парящую в воздухе микроскопическую огненную крупицу.
— Рассеяться! — скомандовал парень.
Черная искра распалась на мириады белых сполохов Благодати, которые тут же переродились в естественную природную Ци и бесследно растаяли в атмосфере.
— Лорд Дэмиен, ты снова творишь чудеса... — завороженно выдохнула Элизабет. — Это пламя как-то связано с теми ангелами?
— Не совсем, но можно считать и так. Хватит болтать, заканчивай с ритуалом подчинения: стазис времени жрет слишком много сил, я не могу держать его бесконечно, — поторопил ее Бобби.
Он не лукавил: каждая секунда абсолютной остановки времени безжалостно сжигала ровно 555,55 года его драгоценной жизненной силы.
— Поняла, продолжаю! — спохватилась ведьма.
Вновь напитав серебристую палочку энергией родословной, она затянула очередную мантру и завершила речитатив громким окриком: — Пакт Кровавого Сигила, пробуждение!
Перед ней вспыхнул точно такой же узор, какой только что был испепелен, вот только сигил Элизабет сиял ослепительной, первозданной белизной.
Прошептав короткую связующую формулу, девушка острием палочки уколола кончик указательного пальца. На коже выступила алая капля: легким взмахом руки ведьма стряхнула свежую кровь прямо на сияющий массив.
Впитав кровь, сигил отозвался низким гулом: ослепительная белизна за пару секунд налилась глубоким рубиновым цветом.
— Слияние! — взмахнула пальцами шатенка.
Алый круг, несущий в себе эссенцию ее жизни, плавно скользнул к массивному лбу Черного Дракона и беспрепятственно втянулся под чешую.
Следующие три минуты Элизабет непрерывно меняла ручные печати, вливая родовую силу и закрепляя нерушимый ментальный замок на душе чудовища.
Наконец она повернулась к Бобби и расплылась в такой пленительной, сияющей улыбке, что у парня на мгновение перехватило дыхание.
Подойдя ближе, юноша бережно стер выступившие на ее лбу бисеринки пота краем рукава: — Получилось?
— Еще как! — с гордостью выдохнула Элизабет.
Она валилась с ног от усталости: привязка столь древнего исполина выжала ее резервы практически досуха. Но тут же ведьма заливисто, почти истерично расхохоталась: — Ха-ха-ха! Представляю рожу этого замшелого хрыча, когда он осознает, что его непобедимый ручной монстр теперь беспрекословно принадлежит мне!
— Раз зверь на коротком поводке, сниму с него оковы, — Бобби соткался в упор перед циклопической мордой.
Ткнув пальцем в широкий лоб рептилии, он бросил: — Отмена!
Едва оковы временного покоя спали, Черный Дракон яростно взревел и сокрушительным взмахом когтистой лапы попытался размазать наглеца в кашу.
— Стоять! — властно зазвенел звонкий голос Элизабет.
Исполинская лапа замерла в воздухе буквально в паре сантиметров от лица Бобби.
— Ах ты, тупая ящерица! — гневно припечатала молодая хозяйка. — Нравится тебе или нет, но твой контракт с тем старым маразматиком разорван и перезаписан на меня. Отныне ты принадлежишь мне с потрохами! А раз у тебя хватило наглости броситься на моего драгоценного мужа — получай заслуженную порку!
Она сжала пальцы в воздухе — и колоссальный Дракон Хаоса забился в конвульсиях, оглашая окрестности душераздирающим, леденящим кровь воем от невыносимой боли, терзавшей саму его душу.