Под ногами вспыхнул сложный магический круг, и в то же мгновение Бобби оказался в самом чреве исполинского огненного шара.
Воздух раскалился добела, грозя испепелить легкие, но юноша на рефлексах скомандовал: — Первородное Черное Ангельское Пламя!
Из его пор хлынул мощный поток чистейшей белой Благодати, мгновенно переродившийся в ревущий клубок смоляного первородного огня. Разрастаясь, черное пламя образовало вокруг него плотный купол, начисто вытеснивший багровый жар. Более того: черное пламя с яростным шипением впилось в рунический круг на земле и в считанные секунды пожрало саму магическую основу чужого заклятия, сорвав вражеские чары.
С рассеиванием пламени Бобби деактивировал защиту.
Не успел он сделать вдох, как низкий хриплый голос скомандовал в темноте: — Земляные големы!
В ту же секунду вокруг юноши вспыхнули еще пять круговых массивов. Твердь под ногами обратилась вязкой серой жижей, и из хлюпающей грязи поднялись пять серых исполинов в тяжелых латах. Их руки сжимали различное оружие: длинные копья, ловчие сети, палаш, зазубренный кинжал на черной цепи, тяжелый меч и пару боевых секир, бешено вращающихся в ладонях последнего стража.
Всё произошло за ничтожную долю секунды.
«Заклинатели стихии земли? Впервые вижу столь искусную материализацию... Это обещает быть занятным!» — мысленно усмехнулся Бобби.
«А вот я насмотрелась на них вдоволь, — отозвалась Синтия. — Среди высшей знати ангелов маги земли — обычное дело. Есть даже целый благородный Дом, специализирующийся исключительно на призыве подобных земляных големов».
Пятерка истуканов взяла Бобби в кольцо, сохраняя выверенную дистанцию.
Внезапно метатель секир с дуговым замахом запустил один из топоров по непредсказуемой траектории; копейщик синхронно нанес колющий выпад в сердце, выпустив с наконечника сгусток тяжелой земляной Ци в виде миниатюрного копья; а сзади в шею уже летел коварный кинжал на длинной цепи.
«Берегись их клинков! Не позволяй задеть даже кончик ногтя: сталь пропитана самым смертоносным ядом этой планеты!» — зазвенел в голове встревоженный голос Синтии.
— Понял, — бросил Бобби, вскидывая катану острием в зенит.
С лезвия сорвалась вуаль из тончайших белых нитей света, сплетясь в защитную полусферу. Оружие со звоном отскочило от купола, а земляной энергетический наконечник разлетелся снопом серой пыли, бесследно рассеявшейся в воздухе.
ХЛОП! БАМ! БУМ!
Големы сорвались с места. Двигаясь в сложнейшем ритмическом строю, напоминавшем боевые построения ангелов, они методично атаковали каждую брешь в обороне.
Бобби сделал шаг вперед — и в воздухе возникло сразу четверо его фантомов, принявших удары на себя. Его скорость стирала грань между иллюзией и реальностью: казалось, юноша стоит лицом к лицу со всеми пятью противниками одновременно.
ДЗЫНЬ! КЛЯНГ! ДЗЫНЬ!
Сухой лязг стали сотрясал лесную поляну. Когда редкие выпады пробивали силуэт парня, тот мгновенно рассыпался грозовым фантомом и с треском детонировал:
БАХ! БАХ! БАХ!..
На место взорванной копии тут же вставала новая. Безупречная синхронность совместных атак големов искренне восхитила Бобби: он не спешил обрывать бой, желая выведать все тонкости чужого стиля. Самым вертлявым оказался копейщик, за ним следовал метатель топоров, чьи секиры возвращались в руки подобно бумерангам, да и остальные не уступали в коварстве.
«Ювелирный контроль... Ими управляют те десять ассасинов на деревьях, верно?» — уточнил он у хранительницы.
«В яблочко! Иначе почему ни один из них не сплел ни единого заклинания, пока ты рубишься с этой глиняной стражей?»
Спустя несколько минут непрерывного обмена ударами Бобби разгадал систему: големы циклично чередовали девять базовых боевых стоек, после чего рисунок боя повторялся точь-в-точь.
— Ну, теперь всё ясно, — тихо пробормотал парень.
Смазавшись призрачной тенью, он соткался перед копейщиком: алый росчерк катаны — и каменная голова покатилась по траве, осыпаясь сухим серым песком.
За ничтожную долю секунды лезвие снесло головы оставшимся четырем истуканам: на месте грозных стражей образовались пять небольших песчаных барханов.
— И это всё? Придется постараться получше, если хотите моей смерти! — звучно бросил Бобби, наполнив голос вибрацией Первородной Ци, неприкрыто дразня затаившихся врагов.
Десять неподвижных силуэтов на вершинах вековых деревьев синхронно зашептали древнюю формулу, сплетая пальцы в единую ритуальную печать. Из их тел хлынули колоссальные объемы Первородной Ци, сливаясь в воздухе в плотную клубящуюся завесу черного тумана, мгновенно накрывшую всю округу.
В следующее мгновение у Бобби потемнело в глазах: мир вокруг накренился, и гравитация потеряла всякий смысл. Земля и небо поменялись местами. Под ногами разверзлась неописуемая картина: прямо в пустоте бушевало безбрежное море ревущего огня, рядом клубился океан смоляной мертвой воды, за ним простирались бескрайние топи первобытной грязи, а четвертый сектор озарялся грозовым штормом бушующих молний.
— Что это за чертовщина?.. Иллюзорный барьер?! — опешил юноша.
«О боги... Добро пожаловать в легендарное Чистилище Просветления Четырех Стихий! Не могу поверить, что это место действительно реально!» — восторженно заверещала в его сознании Синтия.
«Судя по твоему визгу, нас занесло в нечто стоящее?» — мысленно уточнил Бобби.
«Стоящее?! Да это же древнее предание во плоти! Подумать только, у этих крыс хватило сил затянуть тебя в столь абсолютный массив!» — хранительница захлебывалась от эмоций, но тут же посерьезнела: — Слушай внимательно, братишка. Теперь у тебя ровно два пути: либо ты постигаешь высшие законы всех четырех стихий в этих зонах за час-два... либо это чистилище перемолет твою душу в ничто, обратив в вечный прах!»