«Разлом на ту сторону плана открывается. Я смогу удерживать его стабильным лишь следующие три минуты. Поторопись, Дэмиен! И обязательно забери ядро Черного Небесного Волка — оно тебе еще понадобится».
Едва парень задумался о проверке пределов новообретенного навыка, как из неизмеримой дали до его сознания донесся телепатический голос — зов самой Лунной Богини.
— Хм, признаться, я только вошел во вкус за всё это время... Но что поделать, раз поджимают сроки? Ладно, пора заканчивать этот балаган, — процедил Дэмиен.
Всколыхнув дремавшие резервы, он высвободил сжатую до предела мощь. На этот всплеск отозвалась сама Первородная Родословная: обогащенная эссенциями пяти начал, она хлынула по меридианам ревущим потоком чистого золотого пламени.
Сердце заколотилось с бешеной частотой, разгоняя неземную силу по жилам и наполняя каждую клетку его естества. Ощущение стремительно растущей мощи затопило юношу: требовалось немедленно выплеснуть ее вовне, пока избыточное давление не разорвало сосуд на куски.
— Что ж, господа, благодарю за славную встряску. Пора возвращать долги! — звонко бросил Дэмиен.
Вскинув ржавую черную катану над головой, он замер в замахе, вливая в лезвие добрую половину бушующей энергии.
Клинок затрещал от перегрузки, и парень с громоподобным ревом обрушил его вниз: — Рассечение Дракона!
Странная катана исторгла утробный гул, отозвавшийся эхом далеких драконьих криков из неведомого плана бытия. Дэмиен ощутил мистическое родство с этими легендарными созданиями, направляя сокрушительную волну на цели — намеренно обойдя Жрицу стороной. Теперь он точно знал: зла она ему не желала.
Резкий взмах — и лезвие исторгло четыре смертоносных триединых луча энергии меча. Один устремился к Королю Волков, второй — к Небесному Волку, третий взял на мушку Монаха, а четвертый полетел прямо в Генерала. Воздух зазвенел от невыносимого напряжения.
Леденящий ужас прокатился по спинам демонов, согнав с их лиц последние капли спеси: каждый из лучей нес в себе силу абсолютного уничтожения. Противники мгновенно перестроились, без раздумий активируя сильнейшие козыри из своих арсеналов, чтобы выжить любой ценой.
Король Волков и Небесный Волк слили техники родословных в синхронном яростном вое, закрутив природную Ци в исполинский ветряной вихрь: — Ветряной Чертог Небесного Волка!
Слои плотного ревущего урагана спеленали их тела плотным коконом, укрывая в бушующей стихийной броне.
Генерал пошел на крайние меры: исполнив ритуальный боевой танец, он принес в жертву часть собственной жизненной эссенции. Его движения напитались стихийной мощью, запустив предельную трансформацию оружия. Подбросив палаш высоко в воздух, мечник заставил его разрастись почти в двадцать раз! Исполинский стальной монолит встал непреодолимым заслоном на пути летящего светового серпа.
Монах же сплел в единое целое боевое искусство и сакральные мантры, непрерывно распевая Сутру Авалокитешвары. Изогнутый черный посох вычерчивал в воздухе священные глифы, возводя незримый барьер божественной Ци. Под звуки шестислоговой мантры Шадакшари вокруг затворника соткалась нерушимая духовная цитадель, а перед ним вырос золотой исполин Бодхисаттвы, принимая встречный удар на себя.
Все эти защитные структуры воздвиглись за ничтожную долю секунды.
Столкновение титанических сил потрясло основы бытия. Ветряной Чертог Небесного Волка поначалу поглотил оба нацеленных в него луча, словно омут брошенные камни, но триумф длился мгновение. Поглощенная мощь пустила по воздушной сфере глубокую трещину, за которой расползлись сотни ветвистых разломов. Детонация колоссальной силы разорвала вихревой купол в клочья: Короля Волков и его питомца отшвырнуло прочь, оставив на их телах глубокие рваные борозды.
Гигантский палаш Генерала встретил свой луч со снопом ослепительных искр, молний и громовых раскатов. Однако Ци клинка Дэмиена оказалась несокрушима: разрубив циклопический меч надвое, луч по инерции вонзился в самого Генерала, начисто отсекши ему правую руку у самого плеча!
Монах держался из последних сил: при каждом повторении мантры пасть призванного им святого жадно втягивала луч Ци меча. С каждым новым звуком Бодхисаттва жертвовал по одной золотой руке, гася инерцию удара. Семь оставшихся дланей развеялись прахом, следом сдетонировали обе ноги — нижняя половина божественного исполина обратилась в золотую пыль. Уцелела лишь голова. Пусть сам монах избежал физических ран, чудовищный магический откат заставил его выхаркнуть кровь добрый десяток раз.
«Как я и думал: он второй по силе в этой шайке после Жрицы!» — промелькнуло в голове Дэмиена.
Оценив расклад, юноша не стал медлить. Решительно перехватив катану, он вогнал в сталь весь оставшийся запас бушующей энергии и с беспощадным хладнокровием выкрикнул команду: — Рассечение Дракона!
Четверо противников замерли, затаив дыхание. Сердца сжались в предсмертной тоске, но на этот раз сияющий росчерк клинка имел лишь одну-единственную цель.
Проследив за вектором удара, Король Волков исторг полный неописуемого ужаса вопль: — Не-е-ет!