Возможно, потому что его романтическая удача цветущего персика наконец иссякла, Лу Ян не встретил по дороге ни знатных девушек, к которым приставали, ни женщин-охранниц, которых грабили при доставке груза, ни красавиц, устраивавших турнир боевых искусств ради выбора мужа.
Турниры ради выбора мужа были самыми хлопотными. Единственный вариант — избегать их. Если Лу Ян поучаствует и проиграет, Непобедимое Золотое ядро его не отпустит; если победит — внезапно обзаведётся незнакомой женой.
Ни один вариант для меня не выгоден.
— Хм, небо уже прояснилось?
Когда Лу Ян приблизился к месту, где стояла повозка, перед ним раскинулись горы под чистым небом; дождь наконец прекратился.
— Старый Мэн, наверное, отказался от мысли ехать в город.
Недалеко впереди Лу Ян заметил четыре фигуры, которые стояли прямо на единственной дороге назад.
Он ускорил шаг и понял, что это не четыре человека, а три культиватора и один ходячий труп.
Их спор принёс ветром прямо к ушам Лу Яна.
— Я же говорил! Каждый раз, когда мы втроём пытаемся пройти отсюда, нас останавливают разные происшествия. Это предупреждение! Впереди скрыт какой-то великий ужас. Нельзя идти дальше! — изящного вида культиватор в панике преграждал путь спутникам.
— Брат Е, это просто совпадения. Мир огромен, совпадения случаются. Я никогда не слышал о таких предупреждениях, — возразил бронзовокожий мужчина. У него были короткие волосы, а вид — беспечный и прямой. Он повернулся к третьему спутнику: — Брат Чжао, ты много путешествовал и видел всякое. Тебе такое встречалось?
Брат Чжао был сложен ладно, но лицо у него было бледным, словно он вечно болен. Брови его крепко нахмурились. Казалось, он слышал о чём-то подобном, но стоило словам подступить к губам, как они снова забывались.
Лу Ян молча прошёл мимо них и пошёл вперёд.
— Эй-эй-эй, брат! Туда идти нельзя! — коротковолосый мужчина попытался остановить Лу Яна.
— Нельзя?
— Кажется, впереди действует что-то сверхъестественное. Только что мы трое всё время сталкивались со странными неприятностями, которые мешали идти дальше.
Изящный мужчина добавил:
— Брат Вэньжэнь прав. Когда я хотел пройти дальше, моя техника культивации дала сбой. Мне пришлось целый час медитировать, чтобы восстановиться.
— После этого мы встретили заблудившегося старика и отвели его домой.
— Вернувшись сюда, поняли, что оставили у него дома вещь, и побежали обратно за ней.
— Когда снова пришли сюда, издалека скатилось несколько валунов и перегородило дорогу. Пока мы их оттащили, наконец почувствовали неладное. Будто впереди нас преграждает невидимая сила.
Брат Чжао внезапно словно что-то вспомнил.
— Я вспомнил!
— Что ты вспомнил? — одновременно спросили двое других.
— Слышал от старейшин: когда некоторые мастера собираются обсуждать Дао или сражаться на поединке, они заранее ставят формации, отгоняющие посторонних. Тогда другие не смогут пройти и будут вынуждены сделать крюк. Правда, такие случаи редки. Всё-таки если сражаться в горах, после битвы придётся восстанавливать ландшафт, а это слишком хлопотно. Гораздо чаще дерутся на равнинах или в небе.
Он говорил всё серьёзнее, убеждаясь в собственной логике.
— Впереди, скорее всего, сражаются мастера. Разве мы сами только что не видели? Сгустились тёмные тучи, в небе сверкали молнии, потом загремел гром. Наверняка это мастера в бою заимствуют силы Неба и Земли!
Изящный мужчина и коротковолосый мужчина, зная необычное происхождение брата Чжао, согласно кивнули.
— Когда сражаются мастера, лучше, если возможно, держаться подальше. Раз через горы не пройти, придётся сделать большой крюк.
Лу Ян долго смотрел на эту троицу, а потом внезапно спросил:
— Кто из вас женщина, переодетая мужчиной?
При этих словах на лице изящного брата Е промелькнула целая буря чувств. Встретив твёрдый взгляд Лу Яна, он сдался.
— Как ты понял?
— Брат Е, ты… — двое других потрясённо уставились на него.
Брат Е с горькой улыбкой снял с шеи нефритовую подвеску. Его кадык сгладился, и тонкие черты лица стали прелестными; открылись большие чистые глаза. Волосы удлинились до пояса, а грудь под одеждой округлилась.
Наблюдая, как брат Е превращается из мужчины в женщину, спутники разинули рты от изумления.
Трое были знакомы недолго: они встретились, странствуя по цзянху. Решив, что вместе безопаснее, и обнаружив, что характерами подходят друг другу, они объединились в небольшой отряд.
И после всего пережитого «брат Е» всё это время был женщиной?!
— Брат Е, вот почему ты никогда не мылся с нами, всегда требовал отдельную комнату на постоялых дворах и краснел, когда мы рассказывали непристойные шутки, даже просил нас перестать!
— Погоди. Значит, женщина, которую я той ночью видел купающейся в озере, тоже была ты?!
Брат Вэньжэнь начал складывать детали. Когда они стояли лагерем в дикой местности, он ночью пошёл к озеру справить нужду. В лунном свете он увидел стройную женщину, которая купалась и выглядела как фея озера. К сожалению, свет был тусклым, и он не смог рассмотреть её лицо.
На следующий день, когда он рассказал об этом спутникам, брат Е лишь рассмеялся и сказал, что ему, должно быть, приснилось.
— Я солгала, — призналась брат Е, а теперь юная госпожа Е, с покрасневшими от стыда щеками. — На самом деле я из семьи Е провинции Лян.
Переодевшись мужчиной, она добралась из провинции Лян до провинции Пустоши и по дороге подружилась с этими двумя.
Семья Е провинции Лян была известным местным наследственным кланом. Среди их предков были высокопоставленные губернаторы регионов и великие культиваторы.
— Эту нефритовую подвеску мне дала мать. Она сказала, что, когда сама бродила по цзянху в мужской одежде и встретила моего отца, подвеска ни разу её не подвела. Не понимаю, как этот старший брат сумел сегодня её распознать.
Лу Ян только улыбнулся и не ответил: он не хотел выдавать Мэн Цзинчжоу.
Но для юной госпожи Е эта улыбка выглядела таинственной.
Как я и думала, люди цзянху непостижимы и глубоки. Даже случайный прохожий смог увидеть мою маскировку.
Раз личность была раскрыта, юная госпожа Е не стала больше зацикливаться на этом. Она повернулась к брату Вэньжэнь, и взгляд её наполнился нежностью.
— Брат Вэньжэнь, ты мне нравишься. Помнишь, когда мы столкнулись с грабящими культиваторами? Ты принял удар клинка вместо меня и спас мне жизнь! С тех пор ты мне нравишься!
Брат Вэньжэнь не ожидал признания от хорошего брата и растерялся. К счастью, он быстро взял себя в руки и, мягко вздохнув, снял с большого пальца перстень.
Его тело начало меняться: руки стали тонкими, короткие волосы рассыпались ниже плеч, одежда на груди натянулась на новые изгибы. Не изменилась только бронзовая кожа, придававшая ей здоровый вид.
— Прости. Я тоже женщина, переодетая мужчиной.
— Помнишь, как я отказалась от твоего лечения после того, как приняла за тебя удар, и настояла, что исцелюсь сама? Именно поэтому.
Юная госпожа Е: «…»
Сердце разбилось так быстро.
Лу Ян, юная госпожа Е и юная госпожа Вэньжэнь повернулись к болезненному брату Чжао. Их намерение почти читалось на лицах: теперь твоя очередь.
Брат Чжао пришёл в ярость.
— Я мужчина!
Значит, из нас троих попутчиков я единственный честный!