Как только губернатор Люй и У Юдао столкнулись, маршал Ань активировал великую формацию. Полусферический барьер опустился над Ханьшуем, словно перевёрнутый город, удерживая ударные волны от боя между ними.
Громовые взрывы сотрясали небо над Ханьшуем, пока двое сходились в смертельной схватке. Удары сталкивались, озаряя небеса ослепительным сиянием, слишком ярким для глаз смертных. Даже культиваторы низкого уровня, просто наблюдая, чувствовали тяжёлое давление в груди, словно их сущности входили в резонанс с этой битвой.
У Юдао не осмеливался снова использовать Вселенную в ладони, чтобы пробить губернатора Люя насквозь: иначе и вторая рука могла бы срастись с его регенерирующей плотью. Одна рука всё ещё была зажата в груди губернатора Люя, движения заметно ограничились, а с учётом противоестественной скорости исцеления противника У Юдао с удивлением обнаружил, что оказался в невыгодном положении.
— Чёрт! Отвали! — раздражённо рявкнул У Юдао, всё ещё не понимая, как губернатор Люй вообще додумался до такой абсурдной тактики.
Когда У Юдао ударил губернатора Люя кулаком в лицо, голова того резко повернулась в сторону, а затем медленно вернулась обратно.
— Этот приём предназначался для старого негодяя Молчуна, — прорычал губернатор Люй, и в его глазах блеснуло безумие. — Не думал, что тебе выпадет честь испытать его первым!
— Старый негодяй Молчун? Ты имеешь в виду Молчаливого даосского жреца?! — У Юдао почувствовал, что имя знакомо. — Ходят слухи, что враги Молчаливого даосского жреца разбросаны по всему миру. Неужели он повышает боевую мощь культиваторов Великой Ся, наживая себе врагов?
У Юдао задумался. Как император, я мыслю ясно и естественно рассматриваю больше возможностей, чем другие.
— Секта Ищущих Дао действительно наше величайшее препятствие в возрождении Великой Юй! — У Юдао вспомнил предупреждение имперского наставника. Он говорил, что я должен опасаться людей из Секты Ищущих Дао, что они грозные враги.
К счастью, я пока не встретил никого из них.
— Как и ожидалось от губернатора провинции. При таком темпе он и правда может победить! — глаза Лу Яна засияли. Надёжность губернатора Люя произвела на него впечатление, и он радовался, что не раскрыл своего настоящего шифу.
Судя по жестокому методу боя губернатора Люя, его обида на шифу действительно глубока.
— Он не победит, — заметила Бессмертная фея Вечности с мудростью, выкованной в битвах. — Этот метод работает только потому, что У Юдао никогда с подобным не сталкивался. Как только новизна пройдёт и он приспособится, маленький Люй окажется в его руках.
С её богатым боевым опытом она сразу увидела изъян тактики.
Единственный путь к победе — сначала сковать У Юдао, а затем ударить абсолютной силой, когда он меньше всего ждёт. К сожалению, губернатору Люю не хватает такой подавляющей силы.
И точно как предсказала Бессмертная фея Вечности, после нескольких побоев У Юдао быстро придумал контрмеру. Его левая рука превратилась в небесную саблю, которая обрушилась на губернатора Люя; тот уклонился.
Однако настоящей целью был не губернатор Люй, а собственная правая рука У Юдао!
Небесная сабля чистым ударом отсекла ему правую руку. Поток крови хлынул наружу и образовал кровавую реку, падая на Ханьшуй и зловеще шипя, разъедая прозрачный барьер. Если бы барьер рухнул, кровь культиватора Пересечения Бедствий несомненно стала бы катастрофой.
К счастью, прозрачный барьер выдержал, пока разъедающие свойства крови не иссякли.
Отсечённая рука У Юдао восстановилась с пугающей скоростью.
— Небесная мелодия в ушах!
Освободившись, У Юдао открыл рот и выпустил пронзительный звук, похожий на какофонию шёпотов миллионов сплетников. Как бы губернатор Люй ни закрывал уши и ни запечатывал чувства, он не мог помешать этому звуку звенеть у него в ушах.
— Верховная трёхслойная сила!
У Юдао воспользовался преимуществом и ударил сияющим кулаком, блестевшим как пылающее солнце.
— Даже старший монах с Золотым телом в шестнадцать футов[^1] не выдержал бы силы этого кулака! — он без конца бахвалился.
Оглушённый небесным звуком, губернатор Люй не смог обнаружить удар и принял его полностью.
Харк! Он безостановочно кашлял кровью, пока сила государственной удачи быстро исцеляла раны. Однако кулак содержал трёхслойную силу. Первый слой наносил тяжёлый урон, а второй и третий подавляли восстановление.
— Всё ещё не умер? Тогда добавлю ещё один кулак! — глаза У Юдао сверкнули алчностью, словно государственная удача уже была почти в его руках.
— Императоры Великой Юй и правда внушительны.
Спокойный смех разорвал воздух, и внезапно появился Пятицветный световой круг, заслонивший губернатора Люя.
Удар У Юдао был настолько мощным, что Пятицветный световой круг смог сопротивляться лишь два вдоха.
Треск! Световой круг разбился, а губернатор Люй исчез.
— Сюда!
У Юдао обернулся и увидел Цю Цзиньаня, поддерживающего раненого губернатора Люя.
— Ты в порядке?
— Жить буду.
— Это ты! Глава бессмертной секты! Ты должен быть в ресторане Ста Цветов! — У Юдао ледяным взглядом уставился на Цю Цзиньаня. Я поставил там двух моих сильнейших призраков.
~~~
Ресторан Ста Цветов.
Гигантский призрак лежал на полу с распоротым телом, его три эфирные души были пронзены тремя палочками, а рот набит чашей риса. По залу валялись многочисленные мелкие призраки, их головы и туловища были разделены.
~~~
— Ты о Раздутом призраке и Голодном призраке? В лучшем случае средненькие. Если бы они пожрали друг друга и слились в нового призрака, возможно, это было бы хоть немного занятно.
— А что до тех чертят-призраков, которые способны запирать три эфирные души, просто оседлав шею? Секта Ищущих Дао давно выросла из таких трюков.
Раздутый призрак и Голодный призрак были крайне совместимыми призраками. Первый умер от переедания, а став призраком, продолжал есть и никогда не чувствовал сытости. Второй умер от голода, а став призраком, тоже продолжал есть и никогда не насыщался. Если эти два призрака пожирали друг друга, они сливались в призрачную сущность под названием призрак Таоте, и обычному культиватору, столкнувшемуся с ним, был бы неизбежен конец.
— Если ты думал разобраться со мной лишь Раздутым и Голодным призраками, ты серьёзно меня недооценил.
Глаза У Юдао сузились до щёлочек. Бесчисленные культиваторы Слияния, включая продвинутую стадию Слияния, пали перед Раздутым и Голодным призраками. Такие призрачные сущности не должны быть тем, с чем может справиться культиватор Слияния.
Боевая сила этого Цю Цзиньаня превосходит мои ожидания.
— Ты сосредоточишься на защите, а я буду атаковать. Как тебе? — передал Цю Цзиньань голосом.
— Хорошо.
В бою губернатор Люй уступал Цю Цзиньаню.
— Ваше превосходительство, мы прибыли! — несколько культиваторов Слияния появились, чтобы поддержать их. Раньше их задерживали вспышки призраков по всему городу, но Цю Цзиньань помог решить проблему, и теперь они смогли подойти.
— Все вниз, помогайте коллегам разбираться с призраками и поддерживать порядок в городе! — губернатор Люй отмахнулся от них. Это не та битва, где несколько обычных культиваторов Слияния смогут переломить ход. Даже культиватору пика Слияния вроде меня без силы государственной удачи хватит одного мгновения, чтобы умереть.
Здесь может сыграть роль только один из сильнейших культиваторов Слияния уровня главы Пяти великих бессмертных сект — такой, как Цю Цзиньань.
Но проблема в том, что культиваторы Слияния такого калибра не появляются каждый день.
У Юдао повторил прежнюю тактику, пытаясь взять Цю Цзиньаня под контроль.
— Небесный звук в…
Боевой опыт Цю Цзиньаня намного превосходил опыт губернатора Люя. Он сотворил в ладони огненный лотос, излучающий намерение разрушения.
— Кармический огонь Красного лотоса!
Бум!
Катастрофическая энергия взорвалась, и над Ханьшуем расцвёл гигантский алый лотос. Каждый из его двадцати восьми лепестков нёс силу, способную взрывать владения и малые миры, а их общая разрушительная мощь была невообразимой. Даже за барьером Лу Ян чувствовал обжигающие волны жара.
Когда дым рассеялся, открылся жалкий вид У Юдао. Его одежды превратились в лохмотья, тело было покрыто ожогами, складчатая кожа облезала, а голова стала гладкой и блестящей — от прежнего спокойствия и высокомерия не осталось и следа.
— Этот приём предназначался для Секты Ищущих Дао. Жаль тратить его на тебя первым, — Цю Цзиньань медленно покачал головой и сотворил в ладони ещё один алый лотос.
[^1]: Формально речь о «теле» высотой один чжан и шесть чи; в примечании источника для названия используется «шестнадцать футов».