— Что это за отношение?! — Даосский владыка Обширного Моря мгновенно вспыхнул, увидев, что дружелюбное приветствие Врождённого даосского жреца встретили лишь презрительным фырканьем.
Тот человек прищурился и окинул Даосского владыку Обширного Моря взглядом. Кроме императора Юй и первого имперского наставника, я ещё не встречал никого, кто осмелился бы так говорить со мной.
В его глазах Даосский владыка Обширного Моря уже был мертвецом.
Если бы место было подходящим, я мог бы одной мыслью раздавить этого смертного тысячу раз.
Заметив, что двое вот-вот поссорятся, Врождённый даосский жрец поспешно встал между ними.
— Фан Я, хватит. Это моя вина. Мне не следовало сразу с ним здороваться. Он, наверное, стесняется незнакомцев; давайте отнесёмся с пониманием.
Будь это эпоха Великой Юй, Врождённый даосский жрец решил бы, что другая сторона просто не желает с ним общаться; в таком у него был большой опыт. Культиваторы эпохи Великой Юй могли полдня молчать, общаясь только фырканьем или взглядом, будто все были глухими и немыми.
Но сейчас была эпоха Великой Ся. По наблюдениям Врождённого даосского жреца за последние месяцы, люди Великой Ся были относительно жизнерадостными и открытыми и едва ли стали бы так невежливо холодно фыркать.
Наверное, этот человек просто робок и стесняется незнакомцев.
Гу Цзюнье тихо вздохнул, но ничего не сказал.
Тот человек уже собирался заговорить, когда шум в толпе прервал его.
Поднялся туман и превратился в благоприятное облако, которое подняло Дай Буфаня. Стоя со сложенными за спиной руками, Дай Буфань с серьёзным выражением обратился ясным голосом к плотной толпе участников:
— Я Дай Буфань, ответственный за вступительные испытания.
— Вступительные испытания на этот раз состоят из трёх туров. Тот, кто пройдёт все три, сможет стать учеником Секты Ищущих Дао.
— Сейчас мы начнём первый тур — проверку костной основы. Постройтесь в порядке прибытия. Я буду проверять вашу костную основу.
— Правила первого тура просты. Любой младше шестнадцати лет, кто обладает как минимум задатками тройного духовного корня или особым телосложением, проходит первый тур.
Сопровождавшие участников люди сознательно отошли от горных врат Секты Ищущих Дао, чтобы ждать окончательных результатов, надеясь, что их младшим повезёт вступить в Секту Ищущих Дао.
Дай Буфань ровно сидел за столом, перед ним выстроилась длинная очередь. Лу Ян и Мэн Цзинчжоу стояли по обе стороны от него, словно два божества-хранителя дверей, сложив руки за спиной.
Их взгляды беспокойно бегали по толпе в поисках Гу Цзюнье, но, осматриваясь долгое время, они так и не смогли его найти: людей было слишком много.
Первый человек сел и протянул руку. Как врач, проверяющий пульс, Дай Буфань положил два пальца ему на запястье и запустил технику культивации, изучая состояние этого человека.
— Возраст подходит. Двойной духовный корень металла и воды. Неплохо. Как тебя зовут?
Первый человек почувствовал себя польщённым до растерянности.
— Я Пан Юй!
— Хорошо, ты проходишь. Иди дальше.
У первого человека оказался двойной духовный корень. Дай Буфань решил, что сегодняшняя удача хороша. Похоже, этот набор примет немало учеников с приличными задатками.
Он проверил подряд тридцать человек, и у всех были либо двойные, либо тройные духовные корни.
Смертных, приходивших участвовать во вступительных испытаниях Секты Ищущих Дао, можно было разделить на две категории: те, кто услышал о наборе и пришёл за свой счёт попытать удачу, и те, кого Дай Буфань заранее определил как потенциально соответствующих стандартам секты.
Дай Буфань заранее искал подходящих смертных потому, что беспокоился: иначе они могут уйти в Секту Пяти Элементов или Секту Подавления Тюрем.
Секта Пяти Элементов, Секта Подавления Тюрем и Бессмертный дворец Лунного лавра перед набором проводили тайный предварительный отбор. Затем они показывались кандидатам, прошедшим его, и сообщали, что те могут отправиться в соответствующую секту.
Раз другие бессмертные секты делали так, если Секта Ищущих Дао не последует их примеру, она окажется в невыгодном положении.
На самом деле многие ученики в отчётах о миссиях упоминали, что сталкивались с учениками других бессмертных сект. Бывали даже случаи, когда за одним смертным тайно наблюдали сразу несколько бессмертных сект.
Когда таким кандидатам несколько бессмертных сект сообщали, что они могут участвовать во вступительных испытаниях, обычно они выбирали Секту Ищущих Дао.
Вступив в Секту Ищущих Дао, возможно, они тоже смогут стать главными героями «Саги о Секте Ищущих Дао».
— Тройной духовный корень. Ты Чжуан Пин? — внезапно спросил Дай Буфань.
— Да, я Чжуан Пин. Что-то не так?
— Ничего. Можешь идти дальше. — Дай Буфань подавил желание расспрашивать, вспомнив отчёт о миссии Цзи Хунвэня.
По доброте Цзи Хунвэнь сообщил об этом деле властям, отправив и верхушку Секты Слушающих Море, и мать Чжуан Пина в тюрьму. Он даже заботливо помог оформить процедуры тюремного свидания для Чжуан Пина.
Изначально я думал, что Чжуан Пин не выберет Секту Ищущих Дао. Не ожидал, что он всё-таки придёт.
Примерно половина участников уже прошла проверку костной основы. За исключением нескольких, пытавшихся проскользнуть незаметно, большинство прошли первый тур.
— Двойной духовный корень, временно подделанный пилюлями? Думал, я не замечу? Ты не проходишь. — Дай Буфань бросил взгляд, подавая Лу Яну и Мэн Цзинчжоу знак действовать. Те увели человека, чтобы позже с ним разобраться.
Использовать пилюли, чтобы подделать духовный корень, несомненно означало мошеннические намерения. Обычный смертный не мог получить пилюли такого уровня; за этим обязательно кто-то стоял.
Лу Ян и Мэн Цзинчжоу шагнули вперёд, утащили этого человека и передали его Ман Гу и Ли Хаожаню. Затем снова заняли свои места по сторонам Дай Буфаня, словно дверные божества.
Наконец подошёл человек, знакомый Лу Яну и Мэн Цзинчжоу.
Гу Цзюнье обменялся взглядами с Владыкой меча Сюаньюань и Нерушимым святым. В конце концов, трое когда-то доблестно сражались по всем мирам, воевали с небесами вверху и бездной внизу, усмиряя смуту в человеческом мире. Товарищество, выкованное в таких кровавых битвах, не стереть простыми циклами реинкарнации!
Он уверенно протянул руку.
— Духовный корень воды? Ты Гу Цзюнье? — Дай Буфань удивился. Из отчётов Лу Яна и Мэн Цзинчжоу было ясно, что они крайне высоко оценивали Гу Цзюнье.
— Именно.
У Гу Цзюнье был духовный корень воды, такой же, как у Дай Буфаня.
Дай Буфань также различил, что Гу Цзюнье долго занимался телесными тренировками. Такого уровня закалки невозможно достичь без огромного упорства. Это показывает, что у него твёрдое Дао-сердце.
Он задумался. Если остальные его качества действительно так впечатляют, как утверждали Лу Ян и Мэн Цзинчжоу, пройти испытания для него не должно быть проблемой. Может, принять его учеником от имени шифу, как старшая сестра Юнь сделала с Лу Яном?
А, постой, наши ситуации разные. Глава секты был в заключении и не мог принимать учеников, а мой собственный шифу живее всех живых. Не нужно мне быть заместителем; можно просто попросить шифу принять его в ученики напрямую.
— Хорошо, можешь идти дальше. — Дай Буфань махнул рукой. Тон Гу Цзюнье показался ему немного странным, но он не придал этому значения.
Гу Цзюнье отошёл, открыв следующего человека, чья внешность болезненно сжала сердце Дай Буфаня.
— Здравствуйте, меня зовут Ци Тун. Я пришёл участвовать в испытаниях.
Дай Буфань давно слышал, что их Основатель-предок тоже собирается участвовать в испытаниях. Хотя он был морально готов, личная встреча всё равно казалась очень неловкой.
Может, уступить Основателю-предку своё место и посадить его здесь?
Дай Буфань положил два пальца на запястье Основателя-предка и мгновенно определил его духовный корень.
— Духовный корень дерева. Проходите.
Это не было протаскиванием через заднюю дверь; у Врождённого даосского жреца действительно был духовный корень дерева.
Изначально у Врождённого даосского жреца был тройной духовный корень, но после рассеивания культивации и начала заново он улучшился до двойного духовного корня. Затем Юнь Чжи лично отправилась в штаб Стражи Лошуй, чтобы объяснить ситуацию. Она сняла Панцирь золотой цикады с Тао Тинфэна и принесла его обратно.
С помощью Панциря золотой цикады задатки Врождённого даосского жреца достигли вершины, и он стал обладателем одиночного духовного корня.