На Пике Небесных Врат изысканные, мелодичные звуки гуциня плыли легко и изящно, словно журчащий ручей проходил у самых ушей. Музыка была эфемерной и лёгкой, будто парила среди мягких облаков. Неописуемое чувство покоя расходилось по всем меридианам.
Лу Ян лениво лежал в траве, подложив руки под голову, и держал во рту стебелёк лисохвоста. Слушая мелодию Гань Тянь, он чувствовал, как усталость после поездки в город Чуньцзян почти исчезает. Слушая, он взял с тарелки семя лотоса и бросил в рот.
Знаток распознал бы, что это семена Лотоса Близнецов. Поверхность Реки Близнецов была ими покрыта, и перед уходом Лу Ян сорвал несколько лотосовых коробочек.
Гань Тянь действительно была культиватором, сведущим в музыке. Лу Ян в этой области не разбирался и не мог отличить пять тонов китайской пентатоники,[1] но с точки зрения профана музыка звучала чудесно и успокаивающе.
— Старшая сестра, как называется мелодия, которую вы играете?
Гань Тянь провела рукой по струнам гуциня, и музыка стихла, а вокруг снова воцарилась тишина.
— Это древняя мелодия, дарованная мне старшей Ляньи. Она называется «Феникс отдыхает у ручья». Старшая сочинила её, когда отдыхала у ручья и почувствовала вдохновение.
Цзян Ляньи использовала как оружие нефритовую флейту и в области музыки не имела равных. Даже Бессмертная фея Вечности, которая во всём соревновалась за первое место, вынуждена была признать поражение.
— Старшая сестра, а как вы тогда стали ученицей нашего шифу? — с любопытством спросил Лу Ян.
Гань Тянь редко вздыхала, но сейчас вздохнула.
— Мои родители были лишь культиваторами Золотого ядра и мало знали о нашей секте. Вступительные испытания тогда организовал наш шифу. Он увидел мой исключительный талант и захотел взять меня в ученицы.
— Тогда я не знала, что наш шифу за человек. Знала только, что он глава секты. Раз глава секты хочет взять меня в ученицы, я, конечно, была согласна.
— Кто бы подумал… после двух занятий место обучения сменилось.
— Куда сменилось?
— В тюрьму. Тогда Старшая сестра находилась в закрытой культивации, а второй старший брат ушёл в Буддийское царство. Мне оставалось ходить к шифу на уроки во время тюремных посещений. Учиться было по-настоящему тяжело. Тогдашние заключённые хвалили меня как почтительную дочь.
— К счастью, потом Старшая сестра вышла из уединения, и обстановка для учёбы значительно улучшилась.
— Старшая сестра вас учила?
Гань Тянь покачала головой.
— Старшая сестра выступила поручителем и вытащила шифу из тюрьмы. В музыке она не сильна и не могла меня учить.
— Наш шифу ещё и музыку знает?
— Да, и на более высоком уровне, чем я. Он мог петь, перебирая меч. Голос у него очень изменчивый, он даже мог имитировать разные инструменты. Я слышала, что он развил это умение в молодости, когда выступал с пиншу: рассказывал истории, играя сопровождение, чтобы оживить представление.
Лу Ян не ожидал, что способности его шифу настолько обширны.
Гань Тянь снова заиграла, и Лу Ян наслаждался музыкой, пока дисгармоничный голос не нарушил его мирное состояние.
Бессмертная фея Вечности холодно фыркнула, чувствуя, что Лу Ян её недооценивает.
— Кто сказал, что эта бессмертная не знает музыки? Мой репертуар бодрит дух.
— Бессмертная фея, вы тоже знаете музыку? Я ведь ни разу не слышал, чтобы вы играли? — Учитывая, что Бессмертная фея Вечности только что нашла Реку Близнецов и была в отличном настроении, Лу Ян временно проявил к ней больше уважения, перейдя с обычного «ты» на более почтительное «вы».[2]
— Культиватор Зарождающейся души вроде тебя не достоин слушать музыку этой бессмертной. Когда я исполняю, бессмертные артефакты не используются. Ритмы Дао служат струнами, сотрясая небо и землю, откликаясь Великому Дао, величественные и непревзойдённые во все эпохи. Любой, кто их услышит, задрожит от возбуждения.
Лу Ян заинтересовался ещё сильнее.
— И как же вы исполняете?
— Самоподрывом.
— …Неудивительно, что все дрожат.
— Кстати, Бессмертная фея, а когда на вас совершили покушение, у вас не было времени самоподорваться?
С характером Бессмертной феи Вечности её первой реакцией должен был быть самоподрыв — можно ранить нападающего и сохранить себе жизнь.
— Теперь, когда ты об этом сказал, в твоих словах есть смысл. Почему эта бессмертная не самоподорвалась?
Бессмертная фея Вечности нахмурилась, пытаясь вспомнить события, но они оставались расплывчатыми. Это из-за уловок закулисного виновника или моё состояние тогда было не тем?
— Проклятье! Если бы с этой бессмертной ничего не случилось, я бы уже прорвалась выше уровня бессмертных! Девятислойный Бессмертный стал первым бессмертным; теперь моя очередь хоть раз быть первой.
Услышав эту тему, Лу Ян оживился и даже забыл съесть семя лотоса у губ.
— Вы имеете в виду то, о чём прежде говорили: отсечь всю карму, чтобы сделать ещё шаг в культивации и достичь сферы выше бессмертных?
Бессмертная фея Вечности закатила глаза.
— Это теория Девятислойного Бессмертного и остальных. Я отстаиваю другое: чем больше кармы, тем выше культивация, и так можно совершить прорыв.
— По их теории сфера выше бессмертных называется «Трансцендентность»: её не касается никакая карма, она превосходит всё сущее.
— По теории этой бессмертной сфера выше бессмертных называется «Всеведение»: быть связанным со всем в мире, достигнуть всеведения и всемогущества. Это идеально соответствует моему интеллекту и способностям!
Лу Ян оглядел Бессмертную фею Вечности. После возвращения в Секту Ищущих Дао зал Махавиры в его ментальном пространстве исчез и снова стал обычной комнатой. Пока Бессмертная фея Вечности объясняла сферу выше бессмертных, она каталась туда-сюда, с растрёпанными волосами, неопрятной одеждой и громко хихикала. Трудно связать её нынешний вид со словами вроде «интеллект» или «всеведение».
Бессмертная фея Вечности схватила себя за маленькие ступни, а потом резко села со скрещёнными ногами и стала покачиваться, как неваляшка.
— Если бы мои прозрения культивации ещё были на месте, может, прочтение помогло бы мне вспомнить, что тогда случилось.
— Кстати, советую тебе взять эту тарелку и убежать подальше. Так, может быть, спасёшь семена лотоса, — вдруг сказала Бессмертная фея Вечности.
Лу Ян застыл.
— Что вы имеете в виду?
Музыка гуциня остановилась, и Гань Тянь внезапно сказала Лу Яну:
— Маленький младший брат, быстро уходи из этой области. Твоя старшая сестра сейчас прорвётся.
Пока она говорила, над Пиком Небесных Врат собирались тёмные облака, и слабо раскатывался гром.
Лу Ян немедленно понял. Третья старшая сестра прорывается на стадию Очищения пустоты. Это привлечённые ею молнии бедствия!
После стадии Зарождающейся души каждый прорыв на следующие уровни привлекал молниеносные бедствия. Это правило установил Бессмертный Небесного мандата!
Бежать!
Не сказав больше ни слова, Лу Ян ринулся вниз по горе, даже не заботясь о семенах лотоса на тарелке.
Только что увидев «Цитаты бессмертных», он теперь больше всего боялся встретиться с молниеносными бедствиями!
Лу Ян бежал быстро, но Непобедимая Зарождающаяся душа была быстрее и в мгновение ока обогнала его.
Лу Ян: «…»
Когда Непобедимая Зарождающаяся душа добралась до подножия горы и перестала бежать, Лу Ян тоже остановился. Значит, Непобедимая Зарождающаяся душа считает это место самым безопасным.
— Почему такой внезапный прорыв?
— Не совсем внезапный. Эта девчонка играла «Феникс отдыхает у ручья», подаренную Ляньи. В отличие от самоподрыва этой бессмертной, эта мелодия успокаивает ментальное состояние. Стадия Очищения пустоты колеблется, и такая музыка идеально подходит для стабилизации сферы. С учётом того, что она и так была на грани прорыва, всё логично.
Речь о пентатонике древней китайской музыки: гун, шан, цзюэ, чжэн, юй, примерно соответствующих западным до, ре, ми, соль, ля; в музыкальной теории есть и более тонкие различия.
В китайском языке есть обычное и почтительное «вы». Лу Ян временно меняет обращение к Бессмертной фее Вечности на более уважительное.