Молчаливый даосский жрец был культиватором с непоколебимым Даосским сердцем. Ради того чтобы увидеть Даосского владыку Обширного Моря, он задержался в Секте Ищущих Дао на целых три дня.
К сожалению, искренность Молчаливого даосского жреца не тронула Даосского владыку Обширного Моря, и тот так и не показался.
Не имея другого выхода, Молчаливый даосский жрец отказался от этой мысли. Три дня обучив Лу Яна, он стремительно ушёл.
Лу Ян уважал шифу и следовал Дао, провожая Молчаливого даосского жреца у горных врат.
Когда Молчаливый даосский жрец отошёл от горных врат на некоторое расстояние, культиваторы стадии Слияния, несколько дней караулившие у входа, наконец увидели, что момент созрел. Они роем бросились вперёд, твёрдо намереваясь на месте казнить «старого молчаливого негодяя».
Сцена стала предельно хаотичной.
Лу Ян был ещё молод и не мог выносить сцен расставания и смерти. Сдерживая слёзы, он молча отвернулся и решил не смотреть на дальнейшее.
***
Вернувшись на Пик Небесных Врат, он встретил Юнь Чжи, которую не видел три дня.
— Старшая сестра, допрос закончен?
— Закончен. Моя позиция не изменилась: дело династии Тлеющего Наследия чрезвычайно опасно. Не вмешивайся. — Она немного подумала и, решив, что слова могут звучать недостаточно устрашающе, добавила: — Помнишь Цветок конца времён в саду трав?
Лу Ян кивнул. Конечно, помню. Маленький король трав, Цветок конца времён, был чрезвычайно красив. По легенде, он расцветал в самом прекрасном виде только тогда, когда мир подходил к концу, живые существа погружались в страдания, и даже время замирало ради него.
— Раньше мне это казалось странным. Согласно историческим записям, не было крупного события, которое можно было бы считать катастрофой конца света, когда живые существа погрузились в полное бедствие. Однако, когда предшественники секты нашли Цветок конца времён, он уже распустился.
— Изначально я думала, что легенда ошибочна.
— Пока только что не сходила в сад трав и не задала Цветку конца времён несколько вопросов. Лишь тогда я наконец подтвердила: он расцвёл именно во время падения династии Тлеющего Наследия.
— Разумеется, сам он этого не осознаёт.
— Теперь понимаешь? Тот, кто способен привести мир к концу и ввергнуть живых существ в бедствие, может быть только бессмертным, причём злым бессмертным. Это не сущность, которую ты можешь провоцировать.
Лу Ян закивал, как цыплёнок, клюющий зёрна. С моей хрупкой конституцией я, конечно, не стану вмешиваться в дела династии Тлеющего Наследия.
— Кстати, Старшая сестра, помню, некоторое время назад вы говорили, что в мире нет бессмертных. Что вы имели в виду? — внезапно спросил Лу Ян. Это было то, что Юнь Чжи однажды вскользь упомянула в первый год его пребывания в Секте Ищущих Дао, когда он культивировал на Пике Небесных Врат и ещё не достиг стадии Закладки фундамента.
Но сейчас у нас есть Пять древних бессмертных, император Цянь, император Юй, имперский наставник и так далее — бессмертных немало. Как же в мире может не быть бессмертных?
— Под «бессмертным» я тогда имела в виду не культиваторов, сгустивших Плод Дао. В этом вопросе старшая Бессмертная фея должна понимать.
— Бессмертный не стареет и не умирает, не рождается и не исчезает, не ограничен сроком жизни, свободно странствует между небом и землёй и не связан никакими правилами.
— Эта строка из Слов мудрецов. Она же является первоначальным определением «бессмертного» и появилась даже раньше Девятислойного Бессмертного и остальных.
Бессмертная фея Вечности вышла из тела Лу Яна.
— Девочка Юнь права. Это и было первоначальное определение «бессмертного». Позже мы постепенно вывели «Зародыш Плода Дао» и «Плод Дао», поэтому стали называть всех культиваторов, сгустивших Плод Дао, бессмертными.
Лу Ян машинально кивнул.
— Так вот оно как… — Затем он вдруг заметил в словах Бессмертной феи Вечности нечто странное. — Постойте, Бессмертная фея, вы только что сказали: «мы вывели Зародыш Плода Дао и Плод Дао»?
— Именно. Зародыш Плода Дао придумали мы, Пять древних бессмертных.
— Помнишь, что изначальная форма Бессмертного Эпохи — Дерево Цзяньму? Его сила была равна стадии Пересечения Бедствий.
— Когда я была на стадии Тренировки ци, он был на стадии Пересечения Бедствий. Когда я была на стадии Зарождающейся души, он был на стадии Пересечения Бедствий. Когда я достигла стадии Пересечения Бедствий, он всё ещё был на стадии Пересечения Бедствий. Как думаешь, почему? Потому что он не хотел получить Зародыш Плода Дао?
Лу Ян смутно почувствовал поразительную возможность, но всё же продолжил в тон Бессмертной фее Вечности.
— Почему?
Бессмертная фея Вечности хихикнула.
— Потому что он один не мог вывести Зародыш Плода Дао. Только когда все пятеро из нас достигли стадии Пересечения Бедствий и объединили силы, нам удалось вывести Зародыш Плода Дао.
— Разумеется, главным образом благодаря мне. Бессмертный Небесного Веления и остальные просто пользовались готовым.
— Тогда, когда мы вывели Зародыш Плода Дао и Плод Дао и пришло время дать им название, мы решили, что титул «бессмертный» неплох, поэтому стали называть культиваторов с Плодом Дао «бессмертными».
Лу Ян втянул холодный воздух. Бессмертная фея, так вы ещё и одна из основателей системы культивации?
И вкус в названиях у вас тоже неплох. Я-то думал, вы придумали бы что-нибудь вроде «стадии Непобедимости».
Бессмертная фея Вечности продолжила:
— Если исходить из первоначального определения «бессмертного», в нынешнем мире действительно нет никого, кого можно назвать бессмертным.
Лу Ян подумал, что впредь, пожалуй, стоит проявлять к Бессмертной фее Вечности чуть больше уважения. Она и первопроходец системы Плода Дао, и основательница буддизма.
— О, название «бессмертный» придумал Бессмертный Небесного Веления. Мои предложения «стадия Непобедимости» и «стадия Доудоу» они единогласно отклонили.
Она сердито топнула ногой.
— Я столько усилий вложила, что плохого в том, чтобы назвать сферы в честь меня? А они всё равно возражали! Непоправимые люди!
Лу Ян: «…»
Бессмертная фея, последние несколько предложений можно было и не говорить.
***
В конце концов Лу Ян был человеком, прошедшим великие бури и расширившим кругозор вместе с Бессмертной феей Вечности. Узнав этот поразительный кусок истории, способный потрясти древность и современность, он быстро успокоил разум и всё равно выбрал пошаговую культивацию.
До становления бессмертным мне ещё далеко. Нет смысла думать о столь далёких вещах.
В культивации нет понятия времени. Время ускользает, дни и месяцы пролетают.
В мгновение ока Лу Ян культивировал целый час.
— Старина Лу, хочешь пойти поиграть? — Мэн Цзинчжоу не мог вынести, что Лу Ян культивирует. Он примчался на Пик Небесных Врат и с жаром позвал Лу Яна выйти развлечься — поистине мерзкий поступок.
К счастью, сердце Лу Яна было подобно старому Будде в медитации, непоколебимо перед внешними влияниями.
— Пойдём к Восточному морю.
— Пойдём. — Лу Ян вскочил с большого камня.
Его Даосское сердце оказалось недостаточно твёрдым, и Мэн Цзинчжоу его соблазнил. Так перспективное семя культивации пало, вызывая сожалительные вздохи наблюдателей.
— Но почему тебе вдруг захотелось к Восточному морю? — Лу Ян был озадачен. Причина должна быть.
— Разве старый конь не из племени драконьих лошадей? Его родина — в Восточном море. Он хочет навестить семью, и я, естественно, согласился.
— Раз старый конь едет к Восточному морю, думаю, мы двое можем воспользоваться случаем и поехать вместе. Мы оба ведь ещё не бывали у Восточного моря.
— Хороший брат. — Лу Ян был тронут. Старина Мэн никогда не забывает обо мне, когда речь о хороших вещах вроде прогулок наружу.
На самом деле у Мэн Цзинчжоу была ещё одна причина отправиться к Восточному морю.
Последние дни люди всё время называли его «сильнейшим одиночкой» и советовали оставаться одиноким, чтобы иметь безграничные перспективы. Его лицо было слишком тонким, чтобы выдерживать такие похвалы, поэтому он хотел спрятаться где-нибудь снаружи и немного отдохнуть.
Восточное море было хорошим местом: далеко и без знакомых.
Не нужно рассказывать об этом Лу Яну, а то он тоже начнёт меня хвалить. Тогда смысл поездки пропадёт.
— Только мы двое?
— Я собирался пригласить и младшую сестру Тао с двумя остальными. Всё-таки редко выпадает возможность отправиться в дальнюю поездку.