Проводив Бессмертного Небесного Мандата, чьи навыки ковки артефактов оказались всего лишь средними, обратно в Бессмертный дворец Лунного лавра, Лу Ян наконец вернул свою культивацию в правильное русло и сосредоточенно посвятил себя практике.
Через час появился коварный льстец, нарушивший планы Лу Яна.
— Старина Лу, слышал, ты ходил в Бессмертный дворец?
— Что, завидуешь? — Лу Ян самодовольно фыркнул, отчего Мэн Цзинчжоу заскрипел зубами от негодования.
С тех пор как сила солнца усилилась, Мэн Цзинчжоу стал всё осторожнее подходить к женщинам. Такое место, как Бессмертный дворец Лунного лавра, было для него почти запретной зоной.
Когда Лу Ян внезапно исчез, Мэн Цзинчжоу долго недоумевал. Лишь расспросив людей, он узнал, что Лу Ян бросил его и отправился наслаждаться жизнью в Бессмертный дворец Лунного лавра.
Мэн Цзинчжоу не мог смотреть, как Лу Ян погружается в такое разложение. Он сурово отчитал его, надеясь встряхнуть заблудшего друга.
— Завидую, как же! Мы, культиваторы, должны целиком и полностью посвящать себя культивации. Такой, как ты, кто день за днём шатается без дела, определённо ничего не добьётся!
— А ты? Ты этот месяц культивировал?
— Более-менее. Пока тебя не было этот месяц, я отправился в тайную область, которая открывается раз в триста лет, и случайно встретил Лун Хо. По тонким подсказкам я вывел, что дух тайной области и был её хозяином. Я сорвал его план по захвату тела и сразился с ним. Хотя его уровень культивации был выше моего, против сущностей души у меня природное преимущество. Преодолев разрыв, я объединился с Лун Хо и схватил его.
— После этого я передал душу местным властям. Пока ждал награды, заметил, что они действуют необычайно эффективно, словно только и хотят поскорее меня прогнать. Проведя тайное расследование, я обнаружил следы коррупции у местных властей и их сговор с Безжалостным культом. Идя по этой ниточке, я выяснил, что источник — префект.
— Когда префект понял, что его заговор раскрыт, он той же ночью удрал. Под проливным дождём я преследовал его тысячу ли, рубил посланных им смертников и игнорировал медовую ловушку отправленных красавиц. Я гнался за ним до рассвета и наконец прижал у городских ворот.
— Подняв голову, я понял, что погоня привела меня аж к имперской столице. Разобравшись с префектом, я заодно заехал домой. А когда вернулся, услышал, что ты вернулся из Бессмертного дворца.
— Так… когда ты за этот месяц культивировал?
Мэн Цзинчжоу с серьёзным лицом сказал:
— По меньшей мере я сохранял сердце, устремлённое к культивации. Просто мирские дела не давали мне возможности.
— Я тоже! — Лу Ян вспылил. Можно подумать, только тебя мирские дела опутали.
— Ну да, конечно.
— Старина Мэн, говорю тебе: следи-ка лучше за тоном. Сейчас у тебя ещё есть время подлизаться ко мне. Потом захочешь — будет поздно.
Мэн Цзинчжоу с презрением отмахнулся от его слов.
— Мне подлизываться к тебе? Мечтай.
— Ты не знаешь? Во время этой поездки в Бессмертный дворец я не только столкнулся с культиваторами Великой Цянь, но и встретил Бессмертного Небесного Мандата. Когда он увидел меня, он был чрезвычайно благодарен, похлопал меня по плечу и вдохновил усердно культивировать. Он обещал хорошенько присмотреть за мной, когда я буду проходить небесную беду.
— Что?! — Мэн Цзинчжоу был совершенно ошеломлён. Подумать только, пока меня не было рядом, Лу Ян получил такую удачу.
Какой культиватор не боится небесных бед? Даже могучий Цинь Хаожань погиб во время своей небесной беды и переродился как младший брат Ли. Раз у Лу Яна есть связь с Бессмертным Небесного Мандата, значит, он освобождён от величайшего препятствия культивации и сможет беспрепятственно взмыть в небеса?
Мэн Цзинчжоу услужливо начал разминать Лу Яну плечи и голову, а его голос смягчился.
— Старина Лу… ах нет, старший брат Лу, я только что, возможно, говорил немного резковато. Прошу простить. Ты же знаешь, учитывая наши отношения…
Лу Ян теперь был человеком положения. Как Второй командующий Великой Доу, разве мог он опускаться до мелких перепалок с Мэн Цзинчжоу?
— Наши отношения и так не нуждаются в словах. Мы всегда делили и счастье, и беду. Не волнуйся, когда я снова встречу старшего Бессмертного Небесного Мандата, обязательно попрошу его и о тебе как следует позаботиться.
Мэн Цзинчжоу был глубоко тронут.
— Хороший брат! Вот это верность!
— Кстати, по дороге назад я ещё слышал, что несколько старших членов и учениц Бессмертного дворца после твоего визита забеременели. Люди говорят, что это твоих рук дело. Ты знаешь об этом?
— Чушь! — Глаза Лу Яна покраснели от ярости. Все эти слухи — чистая клевета! Какое это имеет отношение ко мне? Это вода Реки близнецов вызвала их беременность. Что сделал я? Я всего лишь дал Бессмертному дворцу совет.
— Подождите… Если так сказать, то это дело действительно имеет ко мне отношение.
Услышав это, Мэн Цзинчжоу, чьи руки разминали плечи Лу Яна, тут же схватил его за плечи и швырнул прочь. Его глаза полыхали гневом.
— Ну и ну, старина Лу! Не думал, что так ошибался в тебе. Неужели ты способен на такие грязные дела! Покажи руку, сегодня я должен как следует тебя проучить!
— Нет, я имел в виду, что всего лишь посоветовал им пить из Реки близнецов…
Золотая печать кулака в форме свастики, десять чжанов в поперечнике, рухнула на него. Лу Ян сложил пальцы мечом и рассёк её.
— Чёрт, старина Мэн, ты притворяешься, что не слышишь меня, да?!
— Похотливый мерзавец, получай!
— Как раз дам тебе увидеть Верховное проявление Дхармы чистого ян, которому я научился у предка!
За спиной Мэн Цзинчжоу медленно поднялось золотое Проявление Дхармы, похожее на великое солнце. Оно возвышалось на сотню чжанов, его черты были расплывчаты. Каждое его движение несло ауру первозданной древности. В одной руке оно держало щит, в другой — алебарду.
— Верховное проявление Дхармы чистого ян? — Лу Ян слышал о Проявлении Дхармы чистого ян, доступном только обладателям Бессмертного тела чистого ян. Но это выглядит как ещё более крайняя версия, вероятно, специально подогнанная Мэн Цзюньцзы для Мэн Цзинчжоу.
Бум!
Одна рука Проявления Дхармы смела вниз, отправив Лу Яна в полёт. Теперь Лу Ян был уверен. Это определённо сильнее Проявления Дхармы чистого ян. По описанию Бессмертной феи, то не настолько грозное.
— Думаешь, я тебя испугаюсь?! — Лу Ян вытащил меч Цинфэн, активировал Формацию мечей, истребляющих бессмертных, и направил остриё на Мэн Цзинчжоу.
Мэн Цзинчжоу, предвидя это, бросился в атаку, налетая на Лу Яна. Так, даже если мне придётся встать на колени, я всё равно утяну Лу Яна за собой своим Проявлением Дхармы.
Лу Ян внутренне выругал бесстыдство Мэн Цзинчжоу и сменил технику меча.
— Десять тысяч мечей возвращаются к одному!
Меч Чэнъин, набор мечей Семи звёзд и меч Цинфэн слились воедино, а мечная ци взорвалась потоком. Верховное проявление Дхармы чистого ян подняло щит, чтобы заблокировать её, а другой рукой замахнулось алебардой на Лу Яна.
— Вселенная в ладони!
Огромная ладонь опустилась и сжала Верховное проявление Дхармы чистого ян.
Увидев это, Мэн Цзинчжоу применил «Три головы, шесть рук», и его Проявление Дхармы последовало за ним: шесть рук сложились вместе, блокируя страшный удар ладони.
— И это всё, на что ты способен?
— С тобой справиться более чем достаточно!
Двое сцепились в клубок: приёмы меча, заклинания и Проявление Дхармы безостановочно сталкивались.
Недалеко Юнь Мэнмэн сидела на ветке дерева, болтая ногами. Она явно была в хорошем настроении. Время от времени она доставала из бумажного пакета сушёный ломтик батата и с удовольствием хрустела им. Покрытыми крошками пальцами она указала на сражающуюся пару.
— Разве их не стоит остановить?
Сидевшая рядом Юнь Чжи тоже взяла сушёный ломтик батата и медленно им насладилась.
— Не нужно. Они всегда такие.
Юнь Мэнмэн повернулась к Гань Тянь слева.
— Хочешь сушёный батат?
— Нет, благодарю. Я сыграю на цине, чтобы им было веселее.
Гань Тянь положила гуцинь на колени и начала играть эпическую мелодию, которая разнеслась по всему Пику Небесных Врат, подталкивая Лу Яна и Мэн Цзинчжоу сражаться ещё яростнее.
Поскольку руки Гань Тянь были заняты, Юнь Мэнмэн время от времени кормила её сушёным ломтиком батата.