— Тогда я только прибыла в Демонический регион. Я была одна и совсем не знала местность. Тот суанни решил, что меня легко обидеть, и попытался распустить руки. В приступе гнева я его убила. Этот суанни был гением своего племени. Убить его на глазах у всех остальных гениев — огромная потеря лица, так что племя Суанни, естественно, не собиралось оставлять это без ответа. Мне долго пришлось бежать.
— А что было потом?
— Потом я попросила Старшую сестру помочь мне дать отпор. Теперь племя Суанни стало куда послушнее — по крайней мере на поверхности. — Гань Тянь улыбнулась. За мной гонятся многие; возможно, среди них есть и убийцы, тайно посланные племенем Суанни.
Услышав, что Гань Тянь вошла в Демонический регион на стадии Божественного преображения, легко убила демонического гения того же уровня и уклонялась от преследования племени Суанни, Лу Ян счёл её поистине выдающейся.
~~~
Трое вошли в тайное владение. Внутри небо было забито жёлтым песком, а торнадо бесновались, неся в себе гигантские камни. Любого, кто попадал внутрь, ждала верная смерть.
Ветер был таким сильным, что Лу Яна и Мэн Цзинчжоу едва не сдуло. К тому же в песчаной буре видимость была крайне низкой, и даже духовное сознание вытянуть было трудно.
— Это Жемчужины усмирения ветра. Возьмите по одной. — Гань Тянь дала каждому по лазурной нефритовой жемчужине. Держа жемчужины, они почувствовали, что тела стали легче, будто окружающий ветер исчез, и теперь можно свободно двигаться.
— Не то чтобы ветер вокруг вас исчез. Жемчужины усмирения ветра выпускают ветер в противоположном направлении, уравновешивая и взаимно уничтожая ветер вокруг вас, — лениво объяснила Бессмертная фея Вечности. — Таланты и способности суанни связаны с ветрами и туманами. Эти две жемчужины, скорее всего, очищены из черепов суанни.
— Хорошие сокровища.
Гань Тянь громко напомнила:
— Держитесь рядом со мной, иначе легко потеряетесь.
— Третья старшая сестра, вы ясно видите путь впереди?
— Не глазами, я его чувствую. С тех пор как пришла в Демонический регион, я закрыла глаза, чтобы тренировать остальные четыре чувства, больше не полагаясь ни на зрение, ни на духовное сознание.
С ростом культивации пять чувств и духовное сознание становились острее. Но чтобы продвинуться дальше, одних улучшений, приходящих от роста культивации, было недостаточно: нужно было намеренно тренировать чувства.
— Старшая сестра, вы решили тренировать четыре чувства после того, как увидели туман между Центральным континентом и Демоническим регионом? — Мэн Цзинчжоу вспомнил туман перед входом в Демонический регион.
— Да, туман послужил напоминанием.
— Тогда, старшая сестра, вы знаете, почему Демонический регион стоит вертикально на Центральном континенте? А как насчёт Восточного моря, Буддийского царства и Крайнего Севера?
— Я знала, что ты это спросишь. Сейчас времени мало. Когда выйдем, я объясню вам постепенно.
— Времени мало?
— Угу. Если старики узнают, что я показалась здесь, они обязательно пришлют людей убить меня. Нам лучше покинуть тайное владение до их прибытия.
— Старшая сестра, вы раскрыли личность ученицы Секты Ищущих Дао? — Будучи культиватором с двойной личностью — учеником Секты Ищущих Дао и старшим молодым господином семьи Мэн, — Мэн Цзинчжоу всегда заботился о безопасности и крепко держал в голове совет дедушки Ба.
— Этого не было. Меня преследуют за мои собственные заслуги. — Говоря это, Гань Тянь взмахнула гуцинем и легко отбила летящие крупные камни.
— Мы пришли.
Трое оказались перед каменной комнатой. Вокруг неё располагалась неизвестная формация, преграждавшая песчаные бури и торнадо. Там было так тихо, будто они оказались в другом, изолированном мире.
Перед каменной комнатой сидели две статуи суанни, высеченные из камня. Почувствовав чужаков, они приняли оборонительные позы и приготовились атаковать.
Гань Тянь даже не взглянула на них: двумя пощёчинами она разбила статуи вдребезги. Из обломков она подняла два недоделанных ключа, соединила их в полный ключ и открыла каменную комнату.
Глаза Лу Яна сузились. Эти две статуи суанни непростые. На полной силе они могут ненадолго проявить боевую мощь, сопоставимую с базовым Божественным преображением. Если бы в тайное владение пришли только мы с Мэн Цзинчжоу, одни эти каменные статуи доставили бы нам огромную головную боль.
— Как я и думал, это место, куда могут войти только мы, два культиватора Зарождающейся души.
Дверь каменной комнаты с грохотом открылась. Перед глазами предстала небольшая куча духовных камней, а рядом — несколько руководств по двойной культивации.
Племя Суанни было ответвлением драконов. Они унаследовали от драконов врождённую похотливость и были одержимы двойной культивацией. Именно поэтому тот суанни тогда спровоцировал Гань Тянь.
Помимо этого, там лежали всевозможные природные сокровища, пестревшие так, что глаза разбегались.
Мэн Цзинчжоу поднял бронзового цвета плод. На ощупь он был словно ледяной нефрит, и в нём чувствовалась жизненная сила.
— Это Дерево-белое золото-нефрит?
Дерево-белое золото-нефрит было природным сокровищем, существовавшим с древних времён. Условия его формирования были крайне строгими. Только корни духовных растений, обретших сознание, могли впитать земно-металлическую ци и породить такой плод. Он приносил огромную пользу культиваторам духовного корня золота, повышая жизненную силу и контроль над металлами.
Насколько знал Мэн Цзинчжоу, сейчас такие плоды были только у Секты Пяти Элементов. Их давали духовные растения, растущие на Ветви Металла, и урожай был крайне мал.
— Неужели этот суанни убил ученика Секты Пяти Элементов и ограбил труп...
— Не думаю, — сказал сбоку Лу Ян.
— Почему?
Лу Ян поднял лежавший рядом лист бумаги и встряхнул его.
— Это свидетельство о покупке, выданное Сектой Пяти Элементов. Если будет проблема с качеством, товар можно вернуть.
Мэн Цзинчжоу: «…»
Почему Секта Пяти Элементов придерживается правил ещё жёстче, чем наша семья Мэн?
Лу Ян поднял ещё один лист.
— Это долговая расписка суанни. Он занял много денег у торговой гильдии, чтобы купить Дерево-белое золото-нефрит. Теперь, наверное, безнадёжный долг.
Суанни не обладал способностью Цинь Хаораня переносить карму, при которой тот, кто поднял долговую расписку, становился новым должником. Он был всего лишь одним из гениев племени Суанни. Соперничество внутри племени было ожесточённым, и некоторые вещи нужно было самому зарабатывать, вырывать и занимать!
— Тогда отлично. Этот плод отдам тебе. Он усилит твою мечную ци. — Мэн Цзинчжоу бросил плод Лу Яну.
— Хорошо. Быстро используйте личные нефритовые таблички и заберите всё. Разбирать и выбирать, что вам нравится, будете уже после выхода. — Благодаря богатому опыту бегства от преследований Гань Тянь прикинула, что времени почти не осталось. Если задержаться ещё, сбежать будет поздно.
Услышав это, Лу Ян и Мэн Цзинчжоу активировали личные нефритовые таблички и смели всё наследство суанни.
Гань Тянь вынула кусок звериной шкуры, усадила на него двоих и прорвалась сквозь песчаную бурю, вылетев из тайного владения.
Бум! В тот миг, когда трое вышли наружу, на них обрушились яростные атаки. Звериная шкура опасно качнулась и чуть не рухнула.
— Небесная дева демонического звука! Посмотрим, куда ты сегодня убежишь!
— Отдай жизнь!
— За бесчисленные злодеяния ты сегодня непременно будешь уничтожена!
Несколько культиваторов Слияния перекрыли выход из тайного владения. Их накопленные, заранее подготовленные удары обрушились на звериную шкуру, перепугав Лу Яна и Мэн Цзинчжоу.
Мы всего лишь на стадии Золотого ядра. Почему мы уже заранее наслаждаемся обращением как с Молчаливым даосским жрецом?
Натиск атак не прекращался. Звериная шкура покрылась дырами, а трое людей на ней постепенно поблекли.
— О нет! Это иллюзия, созданная Жемчужиной миражной раковины!
— Думаете, такими силами сможете меня поймать?
Иллюзия рассыпалась. Гань Тянь холодно усмехнулась и превратилась в луч света, воспользовавшись шансом прорвать окружение.
Эта сцена напомнила ей первый урок Молчаливого даосского жреца.
«Маленькая Гань, как моя третья ученица, прежде всего ты должна научиться убегать».
Наставления Молчаливого даосского жреца сыграли ключевую роль в том, что она много раз едва избегала смерти.