Мэн Цзинчжоу говорил правду. Даже Лу Ян был вынужден признать это. Согласно записям, старый Мэн — единственный культиватор духовного корня одиночки, доведший себя до таких крайностей. Его смелость и воля достойны похвалы.
Поражение У Цихана было предрешено. Даже если бы они сразились снова, итог оказался бы тем же. Он добровольно признал поражение; разница в их преданности Дао была слишком велика.
Услышав презрение Мэн Цзинчжоу к опоре на телосложение, У Цихан понял, что ему не соперник.
— Я получил наставление.
Защитники Культа Сияющего солнца помогли ему подняться, обработали раны и увели на задний двор.
Юнь Чжи сделала глоток чая, чтобы смочить горло, и неторопливо сказала:
— Глава культа Чи, похоже, у святого сына вашего уважаемого культа есть некоторые изъяны в культивации. После возвращения вам следует тщательно его наставить.
— Разумеется, разумеется. — Глава культа Чи покрылся холодным потом и снова почувствовал непостижимую глубину Культа Небесного двора. Нужно обязательно ухватиться за их бедро,[1] чтобы воспользоваться их силой и влиянием.
Он всё время бросал Му Байи многозначительные взгляды, надеясь, что тот сгладит ситуацию, но Му Байи делал вид, что ничего не замечает.
Это ты настоял на том, чтобы показать силу Культа Сияющего солнца. Теперь тебя унизили и ударили по лицу — какое это имеет отношение ко мне?
Му Байи вынул из-за пазухи кольцо-хранилище и с подобострастной улыбкой протянул его Юнь Чжи.
— Глава культа Юнь, это прибыль лавок. По нашему соглашению шестьдесят процентов принадлежат вашему уважаемому культу.
Юнь Чжи коротко проверила кольцо духовным сознанием и бросила его обратно в руку Му Байи.
Му Байи не понял её намерения и задумался, не сделал ли он чего-нибудь не так и не оскорбил ли Культ Небесного двора.
Юнь Чжи объяснила:
— Шашлычная сеть всё ещё расширяется; сейчас как раз нужны средства. Пока оставьте эти деньги у себя. Вернуть нам прибыль будет не поздно, когда дело станет стабильно доходным.
Му Байи чрезвычайно обрадовался. Значит, они всё это время следили за развитием шашлычной сети. Культ Небесного двора видел все мои старания!
С этими духовными камнями новые лавки откроются ещё быстрее! Даже Великая Ся будет у нас в руках.
— Глава культа Му, у меня есть новые идеи по повышению качества шашлыка. Почему бы вам не попробовать? — с улыбкой предложил Лу Ян, доставая из кольца-хранилища свиток писания.
— Это?
— «Реквием перерождения». При забое скота возникает обида и задерживается в мясе, влияя на его качество. Если во время забоя просто читать «Реквием перерождения», эта проблема решается. Я проверял: шашлык действительно становится вкуснее.
Глаза Му Байи расширились, рот приоткрылся от удивления. Раз даже молодой глава культа Лу это проверил, в чём тут сомневаться?
— Но «Реквием перерождения»… Ваш уважаемый культ также углублялся в буддийское учение? — Судя по членам Культа Небесного двора, с которыми мы сталкивались, никто из них не похож на выходца из буддийских сект.
— Буддийское учение? — Лу Ян усмехнулся, находя вопрос смешным. — Мой шифу, Небесный Владыка Доу, один из основателей буддизма. Как мы можем не разбираться в буддийском учении?
— Что?!
Му Байи и глава культа Чи больше не могли усидеть на местах; защитники обоих культов тоже не выдержали. Небесный Владыка Доу куда страшнее, чем мы представляли!
Основатель буддизма! Вес этой личности огромен. Вероятно, даже сами буддийские секты этого не знают, иначе давно пришли бы преклониться перед Небесным Владыкой Доу. Если Небесный Владыка Доу публично объявит этот статус, всем буддийским сектам мира придётся опираться на него, чтобы искать ортодоксию.
Вот она, мощь древних фигур. Их поступки из древней эпохи тянутся до наших дней, а влияние глубоко до ужаса.
Му Байи спросил дальше:
— Я также видел, как старшая Ляньи проявила божественную мощь в Городе демонов и победила верховного владыку Чжу Тяня. После этого племя Феникса добровольно присоединилось к Царству демонов. Значит, это Царство демонов…
— Младший, ум у тебя довольно острый, — Цзян Ляньи прямо признала и больше не скрывала. — Твоя догадка верна. Чжу Тянь находится под моим контролем, и сила Царства демонов в моём распоряжении.
Тишина.
Абсолютная тишина.
Услышав эту новость, члены обоих культов затаили дыхание.
Глоток.
Глава культа Чи сглотнул, руки у него похолодели. Такое огромное Царство демонов — и теперь вот так принадлежит Культу Небесного двора?
Му Байи и прежде подозревал это, но когда Цзян Ляньи подтвердила прямо, он всё равно был потрясён.
Прохладный голос Юнь Чжи нёс след небрежности:
— Враги Небесного Владыки Доу — Бессмертный Небесного мандата и ещё трое бессмертных. Если мы не способны контролировать даже Царство демонов, как можно говорить о противостоянии четырём бессмертным?
— Воды Великой Ся оказались глубже, чем я предполагала. У них есть как минимум один бессмертный. Императорский двор не обращал внимания на прежние мелкие стычки ваших двух культов. Но если вы продолжите в том же духе… в эти смутные времена легко могут произойти непредвиденные события.
— Культ Вечности — перевёрнутая повозка впереди, предупреждение и урок, который нам следует усвоить. Если бы Культ Вечности всё ещё существовал, у демонической стороны мог бы быть ещё один полубессмертный. Какая жалость.
Полубессмертный?
— Глава культа Юнь, вы хотите сказать…
В ответ Му Байи получил ледяной взгляд.
— Кстати, как ваш Культ Девяти Преисподних обнаружил «Девять подземных миров»? По моим расследованиям, с тех пор как древние Девять подземных миров исчезли, в нынешнюю эпоху от них не осталось никаких следов. И всё же ваш Культ Девяти Преисподних твёрдо утверждает, что Девять подземных миров существуют и позволяют душам реинкарнировать. Что это значит?
Происхождение Культа Девяти Преисподних всегда было неразгаданной тайной, известной лишь верхушке культа. Это был хороший случай спросить.
Раз у Культа Небесного двора были вопросы, Му Байи, естественно, должен был ответить. Но прежде нужно было проводить Культ Сияющего солнца.
— Даосский товарищ Чи, уже поздно. Позвольте проводить вас?
Глава культа Чи расслышал подтекст в его словах и понял, что Му Байи выгоняет его. В любом случае наша цель на сегодня достигнута. Какое мне дело до происхождения Культа Девяти Преисподних?
— Идём.
Культ Сияющего солнца удалился.
Теперь, увидев, что остались только свои, Му Байи мог спокойно поделиться сведениями.
— На самом деле это не такая уж великая тайна. Причина, по которой мы верим в существование Девяти подземных миров, началась с нашего основателя.
— Восемьдесят тысяч лет назад основатель родился на свет. Казалось, он был рождён со знанием: в его голове постоянно всплывали разные сведения о культивации. По мере роста его культивации эти знания становились яснее и могли быть проверены, за исключением одного вида знания, которое противоречило теориям того времени.
— Реинкарнация?
— Да, реинкарнация. В воспоминаниях говорилось, что все души умерших реинкарнируют в месте под названием «Девять подземных миров», и он не был исключением. Единственная разница заключалась в том, что у всех остальных после реинкарнации стирали память, а он сохранял воспоминания прошлых жизней.
— Ради этого он тайно основал Культ Девяти Преисподних, чтобы исследовать тайны реинкарнации и местоположение Девяти подземных миров.
— Основателя тоже нельзя считать по-настоящему реинкарнировавшим: его воспоминания были размыты. Если говорить непочтительно, это могло быть и результатом неудачной попытки могущественного эксперта захватить тело.
— Что касается более недавнего случая, это мой предшественник, глава культа Цинь Хаожань. После смерти главы культа Циня три заместителя главы культа случайно нашли страницу из его дневника. В дневнике были записаны растерянность Цинь Хаожаня относительно прошлой жизни и его непонимание будущего. Поэтому каждый из них нашёл культиватора, который утверждал, что является реинкарнацией главы культа Циня, чтобы унаследовать его наследие.
Му Байи показал угодливую улыбку и слегка наклонился вперёд.
— Я, разумеется, не верю людям, которых нашли они. Я доверяю только суждению вашего уважаемого культа. Цинь Яньянь из вашего культа — истинная реинкарнация главы культа Циня.
[1] Китайское выражение «ухватиться за бедро» означает льстить и искать покровительства у влиятельного и сильного человека, чтобы воспользоваться его положением и получить выгоду; примерно как «ехать на чужом авторитете».