По сравнению с тем, что было три года назад, сильнее всего в Минтае изменились даже не повзрослевшие черты лица, а глаза. Они сияли, словно два острых кончика меча.
— Старший брат Лу Ян, я слышал, вы преодолели беспрецедентную Непобедимую божественную молнию и стоящую на первом месте Молниеносную беду Неба-Цянь, которая появляется только при прорыве культиваторов Божественного преображения, и достигли стадии Божественного преображения.
Минтай отложил молот и сложил кулаки в приветствии. Он искренне радовался встрече с Лу Яном.
Хотя в Башне меча все превозносили его талант в Дао меча до небес, в его глазах только Лу Ян обладал высшим талантом, а сам он всё же немного уступал.
Если бы во время моего испытания я встретил Непобедимую божественную молнию и Молниеносную беду Неба-Цянь, я бы точно не выжил.
— А это?.. — Минтай заметил Юнь Мэнмэн, которая всё это время тихо стояла рядом.
— Её фамилия Юнь. Я познакомился с ней по дороге; пока она путешествует со мной.
— Так это госпожа Юнь. — Минтай вежливо поприветствовал её и не выказал ни малейшего пренебрежения из-за её более низкой культивации.
Юнь Мэнмэн подумала: Люди во внешнем мире довольно хорошие, совсем не такие, как описывала бабушка: сплошь коварные и расчётливые. Она ещё предупреждала, что в путешествии нужно держаться скромно: подавлять культивацию и не раскрывать настоящего уровня, пока не встречу Маленькую Чжи.
— Ты здесь куёшь мечи? — Лу Ян заметил большой молот, который Минтай только что отложил.
— Это традиция, оставленная первым главой Башни. Он считал, что мечевые культиваторы могут углубить понимание Дао меча через ковку клинков. С тех пор каждый ученик Башни меча обязан изучать технику ковки.
Первым главой Башни был Верховный владыка Башни меча, гений своего поколения. Он быстро продвигался в культивации, но остановился на стадии Полубессмертного и погиб во время Испытания вознесения к бессмертию.
Обычно Минтай называл Верховного владыку Башни меча «мастером». Однако то, что он был духом меча Верховного владыки Башни меча, оставалось тайной. Об этом знали лишь немногие старшие Башни меча. Поэтому перед Лу Яном Минтай не мог проговориться.
Впрочем, Лу Ян знал происхождение Минтая: Бессмертная фея Вечности уже рассказала ему.
— Вот оно как, — сказал Лу Ян.
— Старший брат Лу Ян, вы пришли купить меч? Все эти личные мечи выкованы учениками нашей Башни меча. Вероятно, они не удовлетворят вашим требованиям.
— Не обязательно… — Лу Яну было неловко прямо сказать, что качество этих мечей слишком низкое и они его недостойны.
— Старший брат Лу Ян, почему бы вам не попытать счастья на Великом собрании поиска меча? Если какой-нибудь меч войдёт с вами в резонанс, он сам последует за вами.
— На Великом собрании поиска меча есть такое?
Хотя Лу Ян был мечевым культиватором, а Великое собрание поиска меча было важнейшим событием для всех мечевых культиваторов, он не слишком за ним следил. Он знал только, что это традиция, оставленная Верховным владыкой Башни меча, и что проводится она раз в столетие.
— Наша Башня меча часто куёт мечи. Среди поколений глав Башни и старейшин было немало тех, кто любил ковать духовные мечи. Иногда им удавалось выковать меч с духовной природой.
— Когда срок жизни глав Башни и старейшин иссякал, эти мечи оставались без хозяев. Если насильно передать их мечевым культиваторам, с которыми нет сродства, это вызовет недовольство мечей.
— Но если держать их запечатанными, покрывая пылью, их духовная природа со временем исчезнет.
— Башня меча не желает позволить духовным мечам пылиться, поэтому мы открыли хранилище мечей. Тот, кто сможет войти в резонанс с определённым духовным мечом, может забрать его и дать ему снова засиять в руках подходящего мечевого культиватора. Однако только для личного пользования: продавать или дарить его запрещено. После смерти культиватора духовный меч должен быть возвращён в нашу Башню меча.
— Ваша уважаемая секта поистине великодушна! — искренне воскликнул Лу Ян. О ценности мечей с духовной природой можно и не говорить. Великодушие Башни меча, позволяющей посторонним пользоваться ими, достойно восхищения. Как и ожидалось от святой земли мечевых культиваторов.
— Мы просто не хотим, чтобы духовные мечи пылились, — подчеркнул Минтай. Как дух меча, он чувствовал это особенно глубоко.
— Может, предложить Башне меча подумать о сотрудничестве с нашей Сектой Ищущих Дао? — предложила Бессмертная фея Вечности из ментального пространства.
— Сотрудничестве?
— Смотри: Башня меча не хочет, чтобы духовная природа мечей исчезла, а у нашей Секты Ищущих Дао как раз есть подходящие возможности.
— Пятый старейшина настолько способен?
— Не этот малыш. Чтобы сохранить духовную природу меча, нужно либо найти ему хозяина, либо возвысить духовную природу до духа меча. Посмотри на Духа реки вашей секты — это как раз второй метод.
Услышав это, Лу Ян примерно понял мысль Бессмертной феи Вечности, и у него дёрнулся глаз.
— Другими словами, Бессмертная фея, вы предлагаете переработать всех узников Пика Заключения в духов мечей и соединить их с мечами Башни меча?
— Верно. Хорошая идея, правда?
— Нет, — Лу Ян решительно отверг предложение. Праведная секта так поступать не должна.
Массовая переработка душ, зловещий ветер, призрачный вой — если посторонние это увидят, они решат, что Секта Ищущих Дао — демонический культ.
— Кроме того, когда придёт время, как решать вопрос собственности духовных мечей? Мы что, должны украсть все эти мечи для Секты Ищущих Дао? Наша секта — лидер праведного пути; так вести себя нельзя.
— Пожалуй, в твоих словах есть смысл.
— Какая жалость. Я как раз думала устроить большое мероприятие по переработке духов мечей и переработать Гуань Шаньхая в твой меч Цинфэн. Бессмертный меч с духом меча стал бы высшим бессмертным артефактом; даже Бессмертный Небесного Мандата не мог бы выковать такой.
— Подожди, кажется, чтобы дать твоему бессмертному мечу дух меча, не обязательно перерабатывать Гуань Шаньхая. — Бессмертная фея Вечности придумала блестящий способ повысить качество меча Цинфэн.
— Что вы имеете в виду?
Она таинственно улыбнулась.
— Сяо Янцзы, достань меч Цинфэн.
Лу Ян послушался и вынул меч Цинфэн из идентификационной нефритовой таблички, хотя всё ещё не понимал намерений Бессмертной феи Вечности.
Бессмертная фея Вечности вылетела из ментального пространства, скользнула по руке Лу Яна и юркнула в меч Цинфэн.
— Теперь твой меч Цинфэн — бессмертный артефакт высшего уровня с духом меча!
Я так долго сидела в ментальном пространстве; сменить обстановку тоже неплохо.
Бессмертная фея Вечности строго предупредила:
— Нельзя убирать меч Цинфэн обратно в идентификационную нефритовую табличку.
— Ладно…
Лу Ян небрежно пару раз взмахнул мечом Цинфэн. По теории Бессмертной феи Вечности теперь это должно было быть сильнейшее оружие в мире, но он не почувствовал разницы; меч казался таким же, как раньше.
— Старший брат Лу Ян, почему вы вдруг достали меч? — Минтай был озадачен. Старший брат Лу Ян будто только что был одержим чем-то неблагим: внезапно начал размахивать мечом, словно хотел рубануть кого-нибудь наугад.
— Ничего. Просто дал ему подышать свежим воздухом.
— А. — Минтай мог это понять. Мечевые культиваторы относятся к своим мечам как к возлюбленным; неудивительно, что они немного не в себе.
— Кстати, Бессмертная фея, с этой девушкой по имени Юнь Мэнмэн ничего странного нет? — Лу Ян никак не мог отделаться от ощущения, что с Юнь Мэнмэн что-то не так, хотя не мог понять, что именно.
Бессмертная фея Вечности недовольно фыркнула.
— Ты угощал её хотпотом, пиншу и пирожными; какие у неё могут быть проблемы?
Даже я ещё не наслаждалась таким обращением.