— Одна из четырёх регенток Культа Небесного двора, Великий император Нирваны Крайнего Юга — Цзян Ляньи. — Голос её был мягок, когда она представлялась. В тот момент, когда она откинула капюшон, вся площадка погрузилась в молчание, и само представление Цзян Ляньи прозвучало отчётливо.
— Древняя прародительница Фениксов?
— Я не ошибся? Это госпожа Цзян Ляньи, древняя предок племени Феникса, одна из двух предков демонической расы!
— Разве не говорили, что она погибла? Она всё ещё жива?
Двое высших членов Культа Девяти Преисподних облегчённо выдохнули. Ши Хуагу махнул рукой, выглядя очень уверенно.
— Я же говорил, что раньше связывался с молодым главой культа Лу. Я проверял его древними тайнами и заклинаниями распознавания лжи; его личность настоящая! По-моему, верховный владыка Чжу Тянь просто плохой проигравший! Он сказал это только от безысходности!
Среди толпы поднялся шум. Не говоря уже о мелких культиваторах, даже прославленные эксперты мира культивации не могли усидеть на месте. Они поднимались в потрясении, пристально смотрели на Цзян Ляньи и выжигали эту сцену в памяти. Даже если человеческие культиваторы из Буддийского царства и Великой Ся раньше не видели внешности Цзян Ляньи, о её славе они слышали.
Это была могущественная фигура, прославленная ещё с древней эпохи, куда более знаменитая, чем Чжу Тянь. За более чем триста тысяч лет истории она стала для демонической расы почти божественным существом.
Верой демонической расы был Демонический Бессмертный, но его внешность оставалась неизвестной. Поэтому именно Цзян Ляньи была той, на чей призыв демоны откликались бы единодушно.
Реакция демонов была ещё сильнее. Они были так взволнованы, что кровь прилила к голове. Они беспомощно суетились, теряли дар речи, а тела их неконтролируемо дрожали. У многих демонов на глазах выступили слёзы; они эмоционально опускались на колени, кричали, что бессмертная явилась, и выражали почтение Цзян Ляньи. Даже великие демонические цари не были исключением. Они от всего сердца испытывали перед Цзян Ляньи искреннее благоговение, кланялись ей и молили о защите.
Словно древний миф возродился.
Чжу Тянь полагался на силу своего Зачаточного Плода Дао, чтобы заставить демонов подчиниться, а Цзян Ляньи одним лишь появлением заставила демонов сменить сторону. Члены Демонического альянса колебались, не зная, к какой стороне склониться.
Культиватор Пересечения Бедствий из драконьего племени Восточного моря изо всех сил потёр глаза, задаваясь вопросом, не подводит ли его старческое зрение и не видит ли он галлюцинацию. Он не мог поверить происходящему. Старый драконий император решил, что племя Феникса в опасности, и специально отправил его помочь.
Помочь им к чёрту! Судя по нынешнему виду, древняя предок племени Феникса всё ещё здесь. Что вообще может случиться с племенем Феникса? Это существо на одном уровне с нашим древним предком. Если не появится бессмертный, кто сможет ей противостоять?
Культиваторы Пересечения Бедствий из драконьего племени Восточного моря и драконьего племени Демонического региона посмотрели на Цзян Минцзы и племя Феникса. Они хотели узнать, знало ли племя Феникса о существовании Цзян Ляньи и была ли это их козырная карта.
Обернувшись, они увидели, что Цзян Минцзы плачет как ребёнок, вытирая слёзы и сопли.
Как человек с самой высокой культивацией в племени Феникса, он был их опорой и хребтом. В каждом важном деле решение зависело от него. Многие демоны смотрели на сокровища племени Феникса, как тигры, рыщущие вокруг добычи. Один неверный шаг с его стороны мог ввергнуть всё племя в невозвратную гибель; давление было огромным.
То, что Чжу Тянь заставил племя Феникса выбрать сторону, поставило его в тяжёлое положение. Но теперь древняя предок вернулась. Наконец-то над мной есть кто-то старший. Моё бремя наконец можно сложить.
Реакция соплеменников Феникса была ещё сильнее, чем у Цзян Минцзы. Все они плакали навзрыд. Некоторые даже не могли удержать человеческий облик и превращались в фениксов, символизирующих Пять добродетелей[1]. Их фениксовые крики непрерывно разносились по всему Демоническому городу. Что до гениев молодого поколения, в тот момент, когда они увидели Цзян Ляньи, их духовные платформы опустели, и они потеряли всякое восприятие внешнего мира.
Только Мэн Цзинчжоу, уже встречавший Цзян Ляньи, смог сохранить ясность.
— Проклятье! Почему не я стою на небесном алтаре? Я тоже смог бы побить такого парня, как Чжу Юньу. — Мы ведь договорились вместе вернуться в секту и прорваться к стадии Зарождающейся души. Этот внук Лу Ян не держит слово: прорывается посреди боя и крадёт всё внимание.
Старый Таоу, запечатанный внутри Кун Хао, тоже оцепенел. Изменения в Демоническом регионе полностью превзошли его воображение. Я всего лишь хотел увидеть основание Демонического царства и посмотреть, как поживают мои враги. Как всё превратилось в такую ситуацию?
Кроме того, такая могущественная фигура, как древняя прародительница Фениксов, всего лишь «одна из четырёх регенток» Небесного двора. Насколько же ужасна сила древнего Небесного двора?
Увидев реакцию всех вокруг, пятеро старейшин слегка утешились. Вот так и должно быть! Не только мы так отреагировали, увидев древнюю прародительницу Фениксов. Все одинаковые.
Над небесным алтарём повисла мёртвая тишина.
Среди десяти демонических императоров одни искренне присягнули Чжу Тяню, другие находились под контролем его Зачаточного Плода Дао. Но к какой бы группе они ни относились, в тот момент, когда они увидели Цзян Ляньи, они почувствовали робость младшего перед старшим.
Чжу Тянь даже покрылся холодным потом. Нынешние демоны могут не знать личности Цзян Ляньи, но как древний великий демон я могу не знать?
Жена Бессмертного Цилиня.
Одни только эти несколько слов поднимают статус Цзян Ляньи на новый уровень и полностью затмевают меня.
Проклятье! Почему Цзян Ляньи должна была выскочить в такой критический момент?
В боях один на один Чжу Тянь не боялся. Я признаю, что Цзян Ляньи сильна и относится к первому эшелону полубессмертных. Но я контролирую столько демонов, и мой Плод Дао близок к завершению. Наши силы сопоставимы.
Успокойся, успокойся. Чжу Тянь несколько раз глубоко вдохнул, усмиряя настроение, чтобы холодно обдумать вопрос и привести мысли в порядок.
Разве уже не подтверждено? Я не почувствовал подавления Плода Дао Бессмертного Цилиня, значит, Бессмертный Цилинь погиб. С основанием Демонического царства у меня есть могучая армия. Одна лишь Цзян Ляньи не поднимет волн. Если бы не это, я не осмелился бы на церемонии основания царства заимствовать имя Бессмертного Цилиня, чтобы обосновать своё положение.
— Что, больше меня не узнаёшь? — Увидев, что Чжу Тянь погрузился в мысли, Цзян Ляньи заговорила с холодной усмешкой, не проявляя милосердия.
Чжу Тянь не хотел сейчас окончательно ссориться с Цзян Ляньи. Он принял человеческую форму, сложил кулаки в приветствии и улыбнулся.
— Приветствую товарища по Дао Цзян. Прошло триста тысяч лет с нашей последней встречи. Ваша изящная манера всё так же прекрасна.
— Однако почему я не слышал о Небесном дворе? Когда вы к нему присоединились, товарищ по Дао? — Чжу Тянь хотел контролировать племя Феникса и использовать его как пешки. Без сомнения, он также жаждал высших сокровищ, которые она оставила племени.
Как Цзян Ляньи могла в такой ситуации дать Чжу Тяню лицо?
— С каких пор я должна докладывать тебе о вступлении в Небесный двор? Не говоря уже о тебе, даже Бессмертный Цилинь не осмелился бы так вмешиваться в мои дела!
Услышав разговор двоих, толпа внизу снова бурно загудела. Лица людей светились возбуждением. Перед ними публично приподнималась завеса тайны древней эпохи!
— Древний Небесный двор действительно существовал?!
— Почему я никогда о нём не слышал? Я думал, что Небесный двор, записанный в книгах, — это всего лишь то, что древние бессмертные написали забавы ради.
— Что ты понимаешь? Бессмертные смотрели далеко вперёд и имели свои соображения. Как это могло быть забавы ради? Какой тупица!
— Этот молодой глава культа Лу был настоящим первым гением древних времён. Неудивительно, что он победил Чжу Юньу.
— Вы слышали представление госпожи Цзян? Она одна из четырёх регенток Небесного двора. Над ней обязательно есть кто-то ещё, например правитель Небесного двора, Небесный Владыка Доу.
— Молодой глава культа Лу — ученик Небесного Владыки Доу, ученик бессмертного!
Толпа восхищалась талантом и удачей молодого главы культа Лу.
У него такой великий шифу.
Чжу Тянь нахмурился.
— Что именно такое этот Небесный двор…
Уголки губ Цзян Ляньи поднялись в насмешливой улыбке, когда она сверху вниз посмотрела на Чжу Тяня.
— Небесный двор — существование, известное только бессмертным; он связан с тайнами бессмертных. Если бы я не была женой Бессмертного Цилиня, я не имела бы права знать о нём.
— А ты — думаешь, что имеешь право?
Примечания
Пять добродетелей: человеколюбие, праведность, благопристойность, мудрость и честность / доверие / верность. ☜