Лу Ян никак не мог понять. Как Сяо Синхай без причины исчез и превратился в какую-то Драконью жемчужину?
Сяо Синхай что, сам откинул крышку гроба, вылез и положил внутрь Драконью жемчужину?
Мэн Цзинчжоу и Ли Хаожань были в таком же недоумении.
Только Ман Гу вдруг всё понял и с печальным выражением лица сказал:
— Даосскому товарищу Синхаю не вылечили тяжёлые раны, и он превратился в шариру!
Лу Ян: «…»
Ман Гу, может, ты перестанешь говорить? У меня почти начали появляться мысли, а ты прервал эту цепочку рассуждений.
— Что это за Драконья жемчужина? — тихо спросил Лу Ян у Ли Хаожаня.
— Я тоже не видел настоящую вещь, только слышал о ней. Драконья жемчужина — верховное сокровище Драконьего племени и древнее чудо. Её происхождение и ранг неизвестны. Она чрезвычайно твёрдая, неразрушимая, способна нейтрализовать бесчисленные яды, исцелять раны, помогать культивации и приносить удачу. Её чудесным свойствам нет числа.
Лу Ян вспомнил. Чтобы спасти человека, шифу когда-то украл у принцессы Дворца драконов верховное сокровище Драконьего племени. Похоже, это была именно эта Драконья жемчужина.
Не думал, что теперь очередь ученика украсть Драконью жемчужину… Тьфу, меня чуть не утянула в канаву логика Драконьего племени. Я вообще не понимаю, что происходит.
Ао Е всё ещё спорил с Ао Ранем. Чем больше он смотрел на гроб, тем знакомее тот казался.
— Это гроб того внучка Цинь Цзюняня! — наконец вспомнил Ао Е происхождение гроба.
Цинь Цзюнянь был Первым старейшиной Секты Ищущих Дао.
Ао Е помассировал лоб, чувствуя, что сегодняшние события становятся всё сложнее, чем больше он пытается их объяснить.
И тут с неба раздался глубокий, властный голос:
— Хватит, Ао Е. Это дело, вероятно, не имеет отношения к Секте Ищущих Дао.
Ао Е поднял взгляд и увидел, как в море входит истинный дракон, более крупный, чем он сам. Тело дракона изгибалось девятью витками, было полно силы, а в когте он держал ещё один гроб.
Ао Е нахмурился:
— Ао Ли, разве ты не преследовал другую группу?
Лу Ян и Мэн Цзинчжоу узнали Ао Ли. Именно он представлял Драконье племя на церемонии основания Демонического государства, что говорило о его статусе в Дворце драконов.
Более того, Ао Ли и Первый старейшина были старыми знакомыми.
Тогда Ао Ли застрял в скорби похоти во время скорби сердечного демона, глубоко увяз и не мог выбраться. Первый старейшина применил небольшой приём, сделав Ао Ли бессильным, и тот успешно прошёл скорбь похоти. Можно сказать, это была спасительная милость.
Ао Ли опустился и открыл гроб в своём когте. Гроб был наполнен драконьей кровью, а внутри лежал Сяо Синхай и поглощал её. Кровь принадлежала Ао Ли — лучшая по качеству среди драконов стадии Слияния.
Лежа в гробу, Сяо Синхай поприветствовал их:
— Лу Ян, что происходит? — Необъяснимое воодушевление Драконьего племени по отношению ко мне немного чрезмерно.
Лу Ян тоже хотел знать, что происходит.
— Племянник Синхай, подробно расскажи, что случилось после того, как ты покинул племя Куньпэн.
Сяо Синхай не понял почему, но всё же послушался, сознательно пропустив часть, где его избил отец. Сор из избы выносить нельзя — нельзя дать отцу потерять лицо снаружи. Он рассказал только, что лежал в гробу, а группа Лу Яна принесла его на морской рынок Дворца драконов.
Ао Рань наконец понял, что произошло.
— Иными словами, Секта Ищущих Дао и те четыре вора Божественного преображения взяли не те гробы?
Гробы Первого старейшины были спрятаны по всему Восточному морю; найти один из них не было странностью.
Ао Ли покачал головой и поправил:
— Не четыре культиватора Божественного преображения. После смерти их маскировка рассеялась. Мы уже подтвердили: это были печально известные Четверо воров с острова Цзюйсюань.
— Четверо культиваторов Божественного преображения? Мы получили Траву Предка драконов у четырёх культиваторов Божественного преображения! — воскликнул Мэн Цзинчжоу.
Ао Рань кивнул и облегчённо выдохнул. Теперь всё объясняется.
— Должно быть, Четверо воров с острова Цзюйсюань украли Драконью жемчужину, убили моего подчинённого и забрали Траву Предка драконов. Всё это не имеет отношения к ученикам Секты Ищущих Дао.
Ао Ли согласился:
— Я тоже так думаю. Это должно быть недоразумение. Однако бесспорный факт, что племянник Синхай помог нашему племени уничтожить Четверых воров с острова Цзюйсюань. Он всё равно герой нашего племени!
Группа Лу Яна тоже облегчённо вздохнула. Хорошо, что мы восстановили последовательность событий. Мы чистые, невинные культиваторы праведного пути. Мы не можем стать ворами просто потому, что один раз посетили Дворец драконов. Это повредило бы репутации Секты Ищущих Дао.
Конечно, даже без Сяо Синхая как свидетеля Лу Ян смог бы всё объяснить и снять с них подозрения.
Потому что Бессмертная фея Вечности всё это время смеялась.
Она точно всё видела, но молчала!
В его ментальном пространстве русалка Бессмертная фея Вечности смеялась так, что чуть не надорвала живот и уже не имела сил плавать в море. Она перекатывалась на своей водяной кровати, и её смех разносился по всему ментальному пространству, полностью игнорируя мрачное лицо Лу Яна.
Лу Ян сожалел только о том, что он не бессмертный и не может проучить Бессмертную фею Вечности за то, что она наслаждалась зрелищем и не думала о том, как проблема разрастается снежным комом.
— Кстати, Бессмертная фея, ты видела эту Драконью жемчужину? — Лу Ян раньше слышал от Ли Хаожаня, что это древний предмет. Поскольку Бессмертная фея Вечности тоже происходила из древности, он решил, что она может его узнать.
— Какая Драконья жемчужина? Разве это не та бусина, которую Бессмертный Цилинь и Бессмертный Небесного мандата часто щёлкали туда-сюда, сидя на корточках? Разве она не должна идти комплектом?
— А?
Бессмертная фея Вечности была озадачена его озадаченностью:
— Ты разве не слышал эту историю? Странно. Разве среди простого народа не часто встречаются узоры вроде «цилинь играет с жемчужиной» или «истинный дракон играет с жемчужиной»? Говорят, это к удаче.
— И сказать, что это к удаче, не будет ошибкой. Каждый раз, когда я приглашала их на трапезу, они перед едой играли один раунд, а во время еды держали её на столе.
— Кстати, эта вещь ещё умеет обезвреживать яды. Только я не уверена, для чего её используют.
Лу Ян мгновенно понял. Эта вещь, вероятно, магическое сокровище для обезвреживания ядов. Каждый раз перед едой Бессмертный Цилинь и Бессмертный Небесного мандата под предлогом игры в шарики открыто доставали Драконью жемчужину.
Хотя, судя по описанию Бессмертной феи Вечности, обезвреживающий эффект Драконьей жемчужины был минимальным.
— Но этот шарик такой большой. Разве двум бессмертным было не неудобно играть? — Лу Ян показал руками: жемчужина была размером с ладонь. Как они играли?
— О, это не её первоначальный вид. Внешний слой — защитная оболочка. Эта бессмертная покажет тебе настоящий облик жемчужины.
Лу Ян хотел остановить её, но услышал цепочку непонятных древних слов. На спокойно лежавшей в гробу Драконьей жемчужине появилось бесчисленное множество тонких трещин.
Крак, крак…
На глазах у всех Драконья жемчужина раскололась, открыв первоначальный облик шарика — сероватую бусину размером с пилюлю.
— Видишь, она выглядит так. Это бусина, выкованная из целой звезды, чрезвычайно прочная.
Члены Драконьего племени пришли в ужас. Разве Драконья жемчужина не неразрушима? Как она взяла и треснула?
Лу Ян виновато опустил голову.
Вдруг нефритовая табличка личности на поясе Лу Яна стала горячей, отзываясь на сероватую бусину.
Сероватая бусина выплыла из гроба. Прежде чем Лу Ян успел среагировать, он почувствовал огромную силу притяжения, которая крепко прилепила его к бусине.
Лу Ян понял: браслет с драконьим узором внутри его нефритовой таблички личности и эта бусина вызвали какой-то неизвестный резонанс!
— Что за…
Под потрясёнными взглядами всех присутствующих бусина со свистом унесла Лу Яна в небо и исчезла без следа. Её скорость была такой высокой, что все остались далеко позади; никто из присутствующих не мог догнать.
Огромные драконьи глаза Ао Ли дважды моргнули.
— Это Лу Ян похитил Драконью жемчужину… или Драконья жемчужина похитила Лу Яна?
Ао Ли тоже не знал, как поступить с этой ситуацией, и неуверенно предложил:
— Может, связаться с Сектой Ищущих Дао?
Ао Рань посмотрел в небо, туда, куда улетели Лу Ян и бусина, и тихо вздохнул в душе.
Старина Ба, я правда ничем не могу помочь.