— Маленький младший брат, ты слышал о битве бессмертного демона с двумя предками драконов и фениксов? — Гань Тянь вспомнила одну легенду и решила, что, возможно, у её маленького младшего брата есть другая версия или толкование.
— Эти трое дрались? — Лу Ян подумал: Разве Бессмертный Цилинь не каждый день стоял на коленях на формациях мечей? Вы трое дрались в постели?
— Да. По слухам, это была битва бессмертного демона с племенами драконов и фениксов за место в вознесении к бессмертию. Иначе говоря, битва за бессмертное вознесение. Она знаменита в истории и входит в десятку великих битв непревзойдённых экспертов. Многие учёные хотят глубоко исследовать эту битву. Однако существующие записи о ней очень расплывчаты, и исследование полно трудностей.
— Во многих древних текстах записано, что бессмертный демон и два предка драконов и фениксов все были полубессмертными. Эти трое обладали силой заслонять небеса и сражались среди звёзд. Они бились так, что небо и земля померкли, солнце и луна утратили свет, мир погрузился во тьму, где перед глазами не было видно собственной руки, а среди народа поднялась паника. В конце концов бессмертный демон, сражаясь один против двоих, заплатил ценой жизни и выиграл битву. Он изменил небеса и заменил солнце, позволив миру вновь обрести свет.
— Бессмертная фея, ты знакома с той битвой?
— Что за вопрос? Эти две девчонки-дракон и феникс — мои неофициальные ученицы, а Бессмертный Цилинь — тот, кого я била с детства. Со всеми тремя у меня близкие связи. Как я могла не смотреть такую важную битву? — Бессмертной фее Вечности показалось, что Лу Ян её недооценил. Я всегда забочусь о друзьях.
— Не только я. Небесный Мандат, Эпоха и Девятислойный тоже смотрели со стороны. Та битва действительно была довольно ожесточённой. Боевая сила Бессмертного Цилиня была страшной. Даже сражаясь один против двоих, он не был забит насмерть.
— Изначально это была схватка трёх сторон. Но пока они дрались, две девчонки-дракон и феникс обнаружили, что Бессмертный Цилинь самый трудный противник и его нужно сначала убрать, поэтому объединились и атаковали его вместе.
— Бессмертного Цилиня тяжело ранили, избили так, что лицо распухло и посинело. Вид был настолько неприглядный, что словами не описать. Он понял: так нельзя, ведь все внизу смотрят. Если этот его образ разойдётся, как он потом будет показываться людям?
— Во время боя он то намеренно, то будто случайно смещался ближе к солнцу и луне, едва не перепугав ворона Цзиньу и Нефритового Кролика до смерти. Когда дерутся три полубессмертных, даже лёгкое касание уложит их на полгода, а два касания — на всю жизнь. Ворон Цзиньу и Нефритовый Кролик быстро убежали вместе с солнцем и луной.
— После их бегства небо и земля погрузились в полную тьму, потому что света попросту не осталось. Мы могли видеть битву Бессмертного Цилиня, но смертные и обычные культиваторы — нет. План Бессмертного Цилиня удался.
— Сражаться один против двоих Бессмертному Цилиню всё равно было трудно. К счастью, в тот момент не было света. Иначе, если бы все увидели, как его колотят, он, наверное, захотел бы умереть на месте. Мои навыки живописи великолепны, поэтому я воспользовалась случаем и нарисовала эту сцену. Бессмертный Цилинь много раз просил у меня картину, но я ему её так и не отдала.
— Поскольку я била Бессмертного Цилиня с детства, жизненная сила у него была крепкая. Зачаточный Плод Дао выживания сильнейшего позволял ему становиться тем сильнее, чем дольше он сражался, и очень подходил для затяжного боя. А про сжигание срока жизни ты знаешь, верно? По сути, это наступательный метод обмена раны на рану. Бессмертный Цилинь заранее использовал свой Зачаточный Плод Дао, чтобы приспособиться к сжиганию срока жизни. В итоге он мог повышать боевую силу, не сокращая срок жизни.
— Под конец битвы приёмы двух девчонок-дракона и феникса уже почти не действовали на него. Бессмертный Цилинь вышел победителем, а две девчонки признали поражение от всей души.
— После победы Бессмертный Цилинь хотел пригласить Нефритового Кролика и ворона Цзиньу обратно, но они ни за что не соглашались возвращаться. Он уже напугал их и прогнал; разве легко попросить их вернуться?
— Не имея выхода, Бессмертный Цилинь мог только пригласить других ворона Цзиньу и Нефритового Кролика.
Лу Ян: «…»
Какие великолепные «солнце и луна утратили свет», «изменил небеса и заменил солнце» и «заплатил ценой жизни».
Лу Ян честно пересказал битву Гань Тянь. Выслушав, она приобрела странное выражение лица.
— Маленький младший брат, то, что ты рассказал... это дикие неофициальные байки? — Эти дикие байки и правда дикие: осмеливаются так распространять слухи о Бессмертном Цилине.
— Нет, это официальная история.
Гань Тянь: «?»
Видя, что ни Мэн Цзинчжоу, ни Гань Тянь не нуждаются в бессмертной технике укрепления ян, а он своей культивацией не может её повредить, Лу Ян мог только временно оставить её у себя, намереваясь в следующий раз сдать в библиотеку писаний и обменять на очки вклада.
— Что это? — Лу Ян поднял клетку размером с ладонь. Цепи запирали внутри маленького золотого суанни. Маленький суанни был похож на пламя: мерцал и менялся.
Услышав описание Лу Яна, Гань Тянь быстро дала ответ:
— Это сущностная душа суанни, очищенная из души суанни. Она уже мёртвый предмет. Если её поглотить, можно ещё сильнее пробудить родословную и получить более мощные способности. Похоже, убитый мной суанни убил соплеменника и собирался поглотить его сущностную душу для себя. Но прежде чем успел, его убили.
— Убийство соплеменника — тяжкое преступление. К тому же жертва-суанни определённо была чистокровной и имела высокий статус. Прошло так много времени; даже если мы отдадим это племени Суанни, боюсь, они решат, что я просто оправдываюсь.
— Изначально это была сущностная душа уровня Божественного преображения; вы двое не должны были бы суметь её поглотить. Но прошло почти двести лет. Даже если на ней были печати, они уже неэффективны. Значительная часть сущности вытекла, и теперь она понизилась до уровня Зарождающейся души — как раз вам подходит.
— Младший брат Мэн, ты можешь поглотить эту сущностную душу. Суанни — раса, рождённая от союза драконов и львов. Они от природы обладают чертами и драконов, и львов, хотя владеют ими не полностью. Если ты поглотишь сущностную душу суанни, у тебя будет шанс получить черты дракона и льва. В частности, возможно, ты заглянешь в часть знаменитой Печати бесстрашного льва буддийских сект.
— Она твоя. — Лу Ян передал сущностную душу суанни Мэн Цзинчжоу.
Хорошим братьям не нужны слова благодарности. Мэн Цзинчжоу положил одну руку на клетку, другой поддержал её. Сущностная душа суанни превратилась в нити золотого света, которые вошли в его тело через Восемь чудесных меридианов. На лбу Мэн Цзинчжоу выступили капли пота, вскоре промочившие всё тело. Зубы его застучали: в ментальном пространстве он вступил в ожесточённую борьбу с сущностной душой.
— Если хочешь кричать, просто кричи. Я поставила в пещере печати; снаружи никто ничего не услышит, — добрая Гань Тянь напомнила ему, чувствуя, что Мэн Цзинчжоу сдерживает себя.
Стоило словам прозвучать, как Мэн Цзинчжоу будто нашёл выход. Его зрачки сузились в вертикальные щели, стали золотыми, горло задрожало, и он издал звук, невозможный для человека.
Р-р-рев!
Это был львиный рык.
— Драконьего рёва нет. Похоже, ты освоил львиный рык. Жаль, черты дракона намного сильнее львиных. Впрочем, это тоже неплохо. В твоём рыке есть отчасти обаяние буддийского Львиного рыка. Я слышала, ты ещё изучил Кулак архата. С буддизмом у тебя глубокая связь. В будущем, возможно, ты овладеешь Печатью бесстрашного льва.
— Эм, старшая сестра, могу спросить, что это за драконьи черты, о которых вы сказали?
— Их много. Например, призывать ветер и дождь, иметь крепкое физическое тело, ездить на облаках и тумане, драконья врождённая похотливость и тому подобное — всё это хорошие черты.
Мэн Цзинчжоу невольно почувствовал, что одну черту он абсолютно не должен получить.
— Даже если получишь, ничего страшного. Старшая сестра очень хвалила твою силу воли. Если получишь эту последнюю черту и всё равно сохранишь изначальный ян, скорость твоей культивации точно превзойдёт маленького младшего брата.
Мэн Цзинчжоу яростно замотал головой и содрогнулся от запоздалого страха. К счастью, я уже вырвался из семьи Мэн и накопил заслуги добрыми делами, поэтому едва избежал этой беды.
Сейчас мне уже тяжело сдерживаться. Если к этому добавится драконья врождённая похотливость, даже если все из Висячего монастыря будут по очереди читать мне сутры, а мастер Цзеша возьмёт моё тело под контроль, я не смогу противостоять физиологическим позывам.