Старейшина-наставник давно уже развил Небесное око. Когда Лу Ян во второй раз применил Технику рассечения воды, старейшина наконец разглядел её принцип.
— А, ты разложил воду на два газа — водород и кислород. Обычно такое случается только когда в воду бьют молниевые заклинания. Не думал, что ты сумеешь добиться того же простым заклинанием. И правда замечательно.
В мире культивации даже заклинания вроде «Прикосновением обратить камень в золото», менявшие вещество на атомном уровне, можно было небрежно применять. Состав и классификация атомов давно были разобраны до конца. Старейшина-наставник мог подобрать любой камень и превратить его в радиоактивный материал.
Для культиваторов, достигших первосортного Золотого ядра или Великого совершенства стадии Зарождающейся души, культивация уже входила в полное и безупречное состояние, поэтому радиоактивные вещества не могли им навредить.
Вскоре выражение лица старейшины-наставника стало странным. Поглаживая бороду, он вспомнил самый главный вопрос.
— Однако техника, которой я тебя учил, должна была рассекать воду и давать невосприимчивость к водным заклинаниям. Почему она даёт такой эффект?
Лу Ян серьёзно ответил:
— Но это и есть Техника рассечения воды. Смотрите: она рассекает воду, разделяя её на два газа, которые тоже невосприимчивы к водным заклинаниям.
Старейшина-наставник долго размышлял. Он никак не мог избавиться от ощущения, что здесь что-то не так, но не мог точно указать, что именно. И название, и эффект ничем не отличаются от Техники рассечения воды.
Это и есть Техника рассечения воды.
— Поздравляю! Теперь ты овладел всеми пятью видами стихийных заклинаний! — его хороший брат Мэн Цзинчжоу с жаром захлопал. В таланте к заклинаниям он сильно уступал Лу Яну. Полдня промучившись с Техникой рассечения воды и ничего не добившись, он просто полностью от неё отказался.
Старейшина-наставник помедлил, но всё же кивнул.
— Раз ты овладел пятью видами стихийных заклинаний, теперь сможешь соединять их по Теории пяти элементов и, через взаимное порождение пяти элементов в бесконечном круговороте, формировать мощные составные заклинания.
Затем старейшина-наставник замолчал. За тысячу с лишним лет обучения учеников Секты Пяти Элементов я видел всевозможные заклинания пяти элементов. Любого ученика я могу наставить в том, как соединять заклинания на основе освоенных им элементов.
Но такой, как Лу Ян...
По правде говоря, я никогда не видел ни одного из заклинаний пяти элементов, которыми овладел Лу Ян...
— Заклинания пяти элементов — доказательство вашей преданности пути заклинаний. Я, как посторонний, не вправе самонадеянно указывать вам дорогу культивации. Культивация ценит следование собственной истинной природе. Давайте так: после занятия сами потренируйтесь в создании составных заклинаний пяти элементов.
— А теперь перейдём к внезапной проверочной работе. Не списывать.
Старейшина-наставник повернулся, чтобы взять проверочные листы с кафедры, и обнаружил, что они превратились в кучку пепла. Пока старейшина-наставник раньше не обращал внимания, Истинное пламя золотистой птицы Лу Яна выплюнуло искру и сожгло бумаги.
При всём огромном актёрском опыте пятерым с трудом удавалось подавить улыбки.
С мрачным лицом старейшина-наставник распустил занятие.
~~~
— Младший брат Ли, ты правда хочешь бросить мне вызов? — Лу Ян посмотрел на Ли Хаожаня с неразборчивой улыбкой, удивлённый, что тот сам его нашёл.
— Именно, старший брат Лу. Разве ты не сказал, что освоил составные заклинания пяти элементов? Я хотел бы у тебя поучиться! — на губах Ли Хаожаня висела улыбка.
Это не было безрассудным решением. Сила Лу Яна всем очевидна, но я не стреляю вслепую. У меня есть половина воспоминаний Цинь Хаораня, а в них — множество грозных заклинаний. В отличие от других, мне не нужно мучительно разбирать, как их применять; я могу использовать их сразу.
Именно в этом заключалась его уверенность, позволившая вызвать Лу Яна.
— Хорошо! Я как раз искал случай испытать свои составные заклинания. Принимаю твой вызов! — Лу Ян широко улыбнулся, переполненный азартом.
Сначала он попросил Бессмертную фею Вечности раскрыть бессмертное сознание и осмотреть окрестности, чтобы убедиться: никто, например старейшины-наставники, не увидит, как он применяет заклинания пяти элементов, особенно металлические.
— Драться! Драться! Драться! — Мэн Цзинчжоу подзадоривал их, мечтая, чтобы зрелище стало как можно больше. Не терпится увидеть, какую подлую задумку этот внук Лу Ян снова выкинет на этот раз.
Тао Яоя и Ман Гу тоже стояли рядом. Ман Гу раздобыл в столовой барана и с помощью техник управления трупами заставил овечью тушу танцевать на Истинном огне трёх вкусов. Время от времени троица отрывала куски хрустящей, ароматной баранины.
На самом деле с Истинным огнём трёх вкусов Лу Яна даже приправы были не нужны: вкус был на целый уровень выше того, что они ели в Секте Управления Трупами.
Есть и смотреть бой — что за прекрасная жизнь.
Перед началом боя Лу Ян по-доброму предупредил:
— Сразу скажу: проклятия и всё такое лучше не используй. На меня они не подействуют. Только сам получишь отдачу.
Хотя Ли Хаожань не знал, почему Лу Ян невосприимчив к проклятиям, он верил, что тот не станет обманывать его в этом вопросе.
Минус один метод, который я могу применить.
То, что Цинь Хаожань смог перевести свои долги на Ши Хуагу, показывает: он наверняка был искусен в кармических заклинаниях. Потеря одного метода — не такая уж большая проблема.
Воздух напрягся, и оба приняли стойки.
Ли Хаожань ударил первым. Его руки быстро складывали печати, с ладони донёсся треск, и в ней сгустилась фиолетовая божественная молния.
— Ладонная молния!
Фиолетовая божественная молния вырвалась наружу, ионизируя воздух, и превратилась в рычащего молниевого дракона, бросившегося на Лу Яна.
Лу Ян словно заранее предвидел этот ход: в последний миг шагнул в сторону и уклонился. Молниевый дракон промахнулся и врезался в землю, оставив её обугленной.
— Заимствование ветра!
Завыл вихрь, поднимая песок и камни. Взметнувшаяся пыльная завеса заслоняла обзор и даже блокировала духовное сознание. Однако духовное сознание Лу Яна далеко превосходило сознание обычных культиваторов. Пусть его радиус и был ограничен, он всё равно обнаружил три атаки, скрытые в песчаной буре.
— Истинное пламя золотистой птицы.
Две золотистые птицы закружили вокруг Лу Яна, образуя огненный вихрь. Три атаки столкнулись с пламенным вихрем и исчезли, даже не изменив направления ветра.
— Младший брат Ли, такие мелкие заклинания не сработают.
Ли Хаожань остался невозмутим.
— Знаю. Одиночные атаки против тебя, старший брат Лу, бесполезны. Но что, если увеличить их количество?
— Ладонная молния!
Четыре разряда молнии выстрелили одновременно.
Выражение Лу Яна стало острым. Он управлял двумя золотистыми птицами, превращая их в две полосы света. Они столкнулись с четырьмя молниями, вызвав оглушительный грохот.
— Ну как, старший брат Лу? — Ли Хаожань усмехнулся, а его четыре руки двигались, собирая в ладонях новые атаки.
— Четыре руки? — Лу Ян опешил.
Из-за пыли Лу Ян раньше не заметил, как Ли Хаожань это сделал. Зато Мэн Цзинчжоу и остальные видели всё ясно.
Пока Лу Ян был занят атаками, Ли Хаожань частично оторвал себе две руки, оставив кости соединёнными. Затем он использовал Золотое ядро перерождения, чтобы восстановить эти две руки, и одновременно отрастил ещё две из-под мышек.
Так у него стало четыре руки.
Ли Хаожань знал, что обычных заклинаний против Лу Яна недостаточно. Если одна-две обычные техники неэффективны, что если четырьмя руками одновременно применить четыре вида заклинаний?!
Если бы четырёхрукое состояние не нагружало его так сильно, Ли Хаожань с радостью отрастил бы шесть рук для этого боя. Пусть он не мог выполнить «Три головы, шесть рук», но всё же мог воспроизвести этот эффект иным способом.