— Заклинание, связанное со снами? — Лу Ян редко касался подобных вещей. Заклинания входа в сон были узкой ветвью. Насколько он знал, в Секте Ищущих Дао это направление изучали лишь немногие, вроде Первого старейшины, причём Первый старейшина был самым искусным.
Вдруг выражение Лу Яна стало странным. Он смутно вспомнил, что в самом начале культивации встретил во сне загадочную фигуру, называвшую себя Тофуным Небесным Владыкой. Та утверждала, что можно стать сильнее, просто поедая тофу…
Тогда я был невежественен и решил, что это просто кошмар.
Но теперь, если подумать, неужели это было делом Старшей сестры?
— Если вы не знакомы с заклинаниями входа в сон, легко попасть под их власть. Но с этой бессмертной рядом я гарантирую, что такие заклинания не смогут вами управлять! — Бессмертная фея Вечности целыми днями в ментальном пространстве либо смотрела зрелища, либо крепко спала, что доказывало глубину её исследований в области сновидческих заклинаний.
— Входя в сон, можно управлять людьми?
— Конечно. Ты должен был это испытывать. Ты спишь и видишь сон, а после пробуждения содержание сна постепенно стирается из памяти, остаётся лишь смутное впечатление, верно?
Лу Ян кивнул. Процесс звучит правильно.
— Тогда если кто-то с помощью заклинания определяет содержание твоего сна и поддерживает это долгое время, разве ты не будешь исподволь меняться?
Лу Яна озарило, и он вспомнил одно дело.
Давным-давно одна торговая гильдия в широких масштабах использовала заклинания входа в сон, чтобы рекламировать себя и продавать товары, добившись впечатляющих продаж. Позже схема раскрылась. Великая Ся оштрафовала гильдию почти до банкротства и ввела законы о рекламе, чтобы предотвратить подобные случаи.
— Бессмертная фея, ты хочешь сказать, что с юной госпожой Чжун произошло именно это?
— Да.
Получив наставление бессмертной, Лу Ян тут же вернул сознание наружу.
В этот момент Ши Чань и Мэн Цзинчжоу ещё обсуждали, под каким заклинанием находится Чжун Цинъэр, когда Лу Ян уверенно произнёс только что добытый ответ и заслужил высокую похвалу Ши Чаня.
— Как и ожидалось от старшего брата Лу Яна! Благодетельница Чжун Цинъэр наверняка находится под таким заклинанием!
Мэн Цзинчжоу покосился на Лу Яна. Я-то прекрасно знаю, на что способен этот парень. Такой профессиональный ответ явно пришёл от бессмертной.
Ши Чань повернулся к Чжун Цинъэр, которая всё ещё ела кашу с соленьями.
— Благодетельница, вы правда влюбились в Кан Вэя в первый миг, когда увидели его? Видели ли вы его раньше где-нибудь — например, во сне?
Троица не скрывала разговора, и Чжун Цинъэр, пока ела, всё услышала. Вопрос Ши Чаня заставил её слегка нахмуриться, и она неуверенно сказала:
— Я плохо помню. У меня правда есть ощущение, будто я где-то его видела, но если подумать внимательно, то нет.
— В тот миг, когда я неделю назад увидела господина Кана на улице, мне показалось, что мы давно знакомы и что мы предназначены друг другу судьбой.
Чжун Цинъэр не влюбилась в Кан Вэя слепо. Если он действительно стоял за этим, она непременно потребовала бы объяснений.
Ши Чань поднял два пальца.
— Есть две возможности.
— Либо Культ Девяти Преисподних прав, и перерождение действительно существует, а значит, вы с благодетелем Каном были связаны судьбой в прошлой жизни.
— Либо вы находитесь под заклинанием входа в сон.
Лу Ян про себя заметил: Перерождение действительно существует, но ограничивается одним Ли Хаожанем.
— Вторая возможность наиболее вероятна.
Чжун Мин взорвался гневом и хлопнул себя по бедру.
— Я знал, что с этим сопляком Каном что-то не так! — Он схватил железную лопату, готовый броситься наружу и поймать Кан Вэя.
Ши Чань остановил Чжун Мина.
— Благодетель, не горячитесь. Действия Кан Вэя нарушили закон, но для прочного дела нужны доказательства. Как насчёт такого: сегодня ночью мы втроём тоже войдём в сон. Найти доказательства во сне — самый безопасный способ.
Услышав это, Чжун Мин успокоился. И правда, это лучшее решение.
Лу Ян спросил:
— Ты умеешь пользоваться техниками входа в сон?
— Немного учился. Однажды, когда этот бедный монах находился вне монастыря, усмиряя демонов и уничтожая зло, одна демонесса возжелала моей красоты и попыталась управлять мной во сне. К счастью, во сне я читал сутры в зале Махавиры, и статуя Будды явилась, подавив демонессу.
— Я опасался, что подобное повторится, поэтому изучил техники входа в сон. Если благодетель Кан сегодня ночью применит Технику иллюзорного сна, я втяну обоих старших братьев в сновидение.
— Хорошо.
— Благодетель Чжун Мин, пожалуйста, принесите три комплекта постелей, чтобы мы, три старших и младших брата, могли поспать.
Чжун Мин немедленно велел слугам убрать пол будуара и принести из боковых комнат три комплекта хороших постелей.
— Стыдно говорить, но, по слухам, основатель буддизма мог заснуть в любое время и в любом месте, воистину достигнув состояния «Небо, Земля и я сосуществуем». Этот бедный монах ещё не достиг такого уровня; мне нужна постель, чтобы уснуть.
Лу Ян украдкой взглянул на Бессмертную фею Вечности, которая в крайне неприличной позе крепко спала на лотосовом троне. В Демоническом регионе она часто спала на деревьях; она и правда может заснуть где угодно.
Войти в сон можно было только ночью. Иначе, если в сон войдут только они трое, а Кан Вэй не войдёт, всё будет бессмысленно.
Ожидание было довольно скучным, и трое стали беседовать с Чжун Цинъэр.
Чжун Цинъэр видела, что Ши Чань красив и держится с достоинством. Хоть он и монах, внешность у него была выдающаяся: его по праву можно было назвать прекрасным юношей, и он был куда красивее Кан Вэя.
Ши Чань заметил это и наставительно сказал:
— Благодетельница, этот бедный монах покинул мирскую жизнь. Если у вас есть обо мне какие-либо иные мысли, пожалуйста, отсеките их, чтобы они не образовали узел в сердце.
Мэн Цзинчжоу, как ни смотрел, всё сильнее считал Ши Чаня бельмом на глазу и хотел прямо сейчас насильно скормить ему двадцать капель ян-усиливающей крови.
Наступила ночь.
Чжун Цинъэр во время разговора начала клевать носом и вскоре заснула.
— Другая сторона уже наложила заклинание? — Мэн Цзинчжоу был нетерпелив. Он ещё ни разу сознательно не входил в сон.
— Подождём ещё немного.
Прошла ещё четверть часа, и Ши Чань внезапно крикнул:
— Сейчас! Старшие братья, готовьтесь входить в сон!
Мэн Цзинчжоу тут же лёг, забрался под удобное одеяло и закрыл глаза.
Вдруг его лицо изменилось.
— О нет!
— Что такое?
— Я слишком взволнован, не могу заснуть!
Остальные лишились слов.
К счастью, Лу Ян умел быстро приспосабливаться и соображал на ходу. Он выскользнул из-под одеяла и потянулся.
— Не проблема. Я просто ударю тебя, и ты уснёшь. Расслабься, иначе эффект будет хуже.
— Что за чёрт, погоди, ты серьёзно, твою…
Большой кулак постепенно заполнил всё поле зрения Мэн Цзинчжоу. Раздался громкий удар, и он потерял сознание.
Лу Ян остался доволен результатом и мирно заснул.
Ши Чань тоже уснул. Во сне он сложил ручные печати и применил Технику входа в сон, втянув себя и двух спящих рядом людей в сон Чжун Цинъэр.
— Значит, мы внутри сна? Как необычно. — Мэн Цзинчжоу впервые сознательно вошёл в сон и ощущал лёгкую туманность.
Лу Яну тоже было любопытно. Они находились в роще персиковых цветов, а лепестки падали словно розовый снег.
— Благодетельница там. — Ши Чань указал на маленькую беседку неподалёку. Это было лучшее место в персиковой роще: оттуда можно было любоваться цветами, не покрываясь лепестками. — Не шумите. Давайте сначала подкрадёмся и посмотрим.
Трое на цыпочках тихо двинулись к беседке.
В беседке Чжун Цинъэр была одета смело, куда соблазнительнее, чем в будуаре.
Она держала за руку увиденного во сне Ши Чаня и ласково смотрела на него. Иллюзорный Ши Чань был с волосами и ещё красивее.
— Ши Чань, давай будем вместе, хорошо?
— Хорошо.
Неподалёку, шатаясь, подошёл мужчина и смотрел на эту сцену с неверием.
— Цинъэр, кто… кто он?
Чжун Цинъэр посмотрела на мужчину и ровно сказала:
— Кан Вэй, давай расстанемся.
Мэн Цзинчжоу: «…»
Он повернулся и посмотрел на настоящего Ши Чаня.
Парень, у тебя что, Бессмертное тело суккуба?