В огромном помещении, расположенном прямо под ареной, вокруг изломанного и бессознательного тела Слэйда собралась группа людей.
Это было лазаретное отделение, где в перерывах между матчами лечили травмированных участников. О раненых заботился не кто иной, как маги из Гильдии травников.
Однако даже у них желудок скрутился, когда они увидели, в каком состоянии находился Слэйд. Не сломанные руки, колени и лодыжки заставили их содрогнуться.
Нет, это было совсем другое…
Что-то действительно коварное.
Из-за статуса Слейда как дворянина из Акриона, лидер Гильдии травников Халберт Доусон лично вмешался.
Когда он посмотрел на тело юноши, его сердце похолодело. Он никогда не видел, чтобы кого-то так жестоко избивали. Он нежно прижал руку к животу юноши, посылая в тело нить маны, чтобы увидеть хаос внутри.
Видя внутреннее состояние Слэйда, Доусон вдохнул холодный воздух.
«Боже мой… что это за темная магия?!» — воскликнул он, быстро убрав руку.
«Что это значит?!» Старик, стоявший рядом с лидером гильдии, взревел в ярости. — Исправь его, черт возьми!
Это был никто иной, как дядя Слэйда, Олкотт Шипли.
"Разве ты не гребаный травник 3-го класса?! Вылечи его немедленно! Я требую этого!" Лицо Олкотта покраснело от гнева, когда он кричал не только на Доусона, но и на других травников.
Халберт Доусон повернулся к нему, его глаза сузились. Затем он заговорил холодным, полным враждебности голосом: "Кто ты такой, чтобы отдавать мне приказы, маг Шипли? И где, по-твоему, ты должен предъявлять такие требования?"
Олкотт стиснул зубы, его глаза блестели от ярости. Он повернулся к своему бессознательному племяннику и не смог больше сдерживать гнев.
"Этот проклятый Мерлин! Как он посмел!" Он взревел от тоски. "Как он посмел сделать это с моим Слэйдом?! И почему, черт возьми, она ничего с этим не сделает?! Черт побери! Черт побери!"
Сразу после окончания матча Олкотт бросился противостоять Мерлину. Он хотел знать, почему все зашло так далеко. Разве это не был просто турнир между молодыми магами?
Но жестокость, которую Мерлин причинил Слэйду, была жестокой, мстительной и совершенно бесчеловечной.
Олкотт хотел знать, почему. Но более того… он хотел убить сумасшедшего.
Но произошло нечто неожиданное. Вместо этого ему противостояла наблюдательница турнира профессор Матильда Уитакер. Она сказала ему, что Мерлина заставят заплатить за свои действия… только после завершения турнира.
«Черт возьми!» Олкотт взревел, его глаза пылали беспрецедентной яростью. Он повернулся к Доусону и рявкнул: "Мне все равно, что для этого нужно! Ты должен исправить его! Ты должен!"
Доусон пристально посмотрел на пожилого мужчину, затем беспомощно вздохнул. Затем он медленно покачал головой. «Теперь ничего нельзя сделать», — сказал он.
Услышав эти слова – то, что он уже знал, но отказывался признать, – тело Экотта невольно задрожало.
Доусон сделал паузу на несколько мгновений, а затем сказал мрачным тоном: "Каналы маны Слэйда были уничтожены. Он больше не может извлекать ману... никогда".
Взгляд лидера гильдии переместился с живота Слэйда на область паха, заставив его глаза задрожать. Он непроизвольно сглотнул, а затем продолжил: «И… он больше не может иметь детей».
Он никогда не видел такой дьявольской техники, которая перерезает каналы маны человека, делая его калекой. И не только это, но и сделало цель стерильной.
Как бы он это ни видел… Доусон чувствовал, что эта техника должна принадлежать безжалостному дьяволу!
И когда в его памяти появилось раскрашенное лицо Мерлина, он не мог не задаться вопросом:
Он… воплощение дьявола?
Услышав эти слова от самого мастера-травника, Олкотт не мог не расплакаться. Когда он посмотрел на своего племянника с непреодолимой грустью в глазах, ему вдруг что-то вспомнилось.
…Вернее, кто-то.
Он поспешно повернулся к Доусону и крепко схватил его за руки. «Тёмный Король», — выпалил он.
"Говорят, что он талантливый травник! Я уверен... Я уверен, что если это он, то он сможет вылечить моего племянника. Он должен! Он должен!"
Глаза Олкотта вспыхнули вновь обретенной энергией. "Вызовите его! Вызовите его немедленно! Только он сможет вылечить Слэйда!"
Когда Доусон услышал имя Темного Короля, его сердце охватил ужас. Вспоминая ту ужасающую ночь и змей… Доусон вздрогнул.
«Отпусти меня!» Он зарычал, отталкивая Олкотта Шипли.
— Ничего, он…
Слова Доусона застряли у него в горле. Он боялся произнести свое имя. Он боялся даже подумать о своем имени, опасаясь, что умрет ужасной смертью.
— Уведите вашего племянника, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой. "Никто ничего не может для него сделать. Просто радуйся... тому, что он жив. А теперь иди. Хватит тратить мое время".
Олкотт Шипли был в ярости! Он собирался возразить, как вдруг…
Глубокий вздох эхом разнесся по лазарету, за которым последовал спокойный голос, пропитанный озорством.
«Кто-то произнес мое имя?»
Все повернулись к источнику голоса, и вот он.
Молодой человек в развевающейся темной мантии и черной остроконечной шляпе небрежно прислонился к стене, скрестив руки, и наблюдал за ними с блеском веселья в глазах.
Под всеобщим шоком – и ужасом Доусона – Адам медленно подошел к кровати, на которой лежал Слэйд. Не обращая внимания на всех, он положил руку на живот юноши и закрыл глаза.
Никто не осмеливался говорить. Они наблюдали за происходящим, надеясь увидеть чудо. В конце концов, это был Темный Король.
Несколько мгновений спустя Адам открыл глаза. Он перевел взгляд на Олкотта Шипли и сказал с абсолютной уверенностью: «Я могу его вылечить».
Олкотт был ошеломлен и не мог поверить своим ушам. Когда он наконец понял, что происходит, он был совершенно вне себя.
Он собирался произнести слова благодарности и тому подобное, но Адам прервал его прежде, чем он успел начать.
"Однако!" Он прямо сказал: "Мои услуги будут стоить вам целое состояние. Я не думаю, что вы понимаете, что случилось с этим молодым человеком. Его положение очень, очень тяжелое".
Он сделал паузу на мгновение, немного приподняв подбородок и с гордостью продолжая: "Конечно, я верю, что я единственный, кто может спасти его. В конце концов, я величайший травник в Акадийской Империи".
«Т-возьми это!» Олкотт поспешно удалил свои артефакты космического типа. «Возьмите все!»
От легкого движения руки Адама артефакты исчезли в его рукавах. Затем он дважды хлопнул и приказал: "Хорошо, тогда все уходите. Я не могу позволить, чтобы кто-то меня беспокоил. Чоп-чоп!"
Олкотт ушел первым, ослепленный верой в Темного Короля. Хэлберт Доусон, естественно, ушел последним, взглянув на Адама с подозрением и страхом — огромным страхом.
Наконец, палата лазарета стояла молчаливая и пустая, если не считать Адама и Слэйда.
Адам повернулся к бледному, потерявшему сознание молодому человеку. Он протянул руку, покрытую духовной энергией, и безжалостно схватил голову юноши.
Его губы скривились в жестокой ухмылке, когда он подумал:
Калека, бесплодная, а теперь… Я превращу тебя в овощ!
Еще раз спасибо TheActualGod за суперподарок! Ценю твою поддержку, приятель! 🙂