Бой продолжался.
Потери обеих сторон росли. С начала схватки прошло уже больше четырёх часов. Из более чем трёхмиллионной армии демонических зверей потери превысили сто тысяч; защитники города потеряли более ста пятидесяти тысяч. Можно сказать, обе стороны заплатили немалую цену.
А среди всех самым заметным был отряд Чжао Хая.
С начала боя потери на их стороне не превысили и десяти человек. Это сделало их центром внимания всего поля боя.
Надо сказать, что место, где держались Чжао Хай и его люди, было одним из самых яростно атакуемых. И при таком натиске удерживать позицию так долго с столь малыми потерями было поистине чудом.
Вокруг Чжао Хая и его людей уже не было видно культиваторов. Те, кто держался там поначалу, давно были перебиты зверями. А те, кто пришёл позже, увидев, как яростно звери атакуют Чжао Хая, не рисковали приближаться.
Так отряд Чжао Хая стал главной целью атак зверей на том участке.
Увы, до сих пор зверям так и не удалось сломить их оборону.
Фэн Линъюнь и Ло Сюэр тоже это заметили.
Фэн Линъюнь уже несколько раз снаряжал подкрепление, чтобы соединиться с Чжао Хаем и вместе ударить по зверям. Но каждый раз звери отбрасывали их назад.
Чжао Хай тоже это заметил.
Он уже понял, что звери атакуют их так яростно не по собственной воле — ими командуют Ху Ван и Сян Цюэ. Эти двое оборотней направляли зверей на Чжао Хая, намереваясь уничтожить их одним ударом.
Именно поэтому Чжао Хай до сих пор не выпустил нежить в бой. Он берёг её как последний козырь.
Атаки зверей, казалось, не знали усталости. Они бешено рвались вперёд, создавая чудовищное давление не только на Чжао Хая, но и на всю Шаншань.
Фэн Линъюнь не был глупцом. Он тоже видел, что делают Ху Ван и Сян Цюэ.
Он понял: Ху Ван во что бы то ни стало решил убить Чжао Хая.
Но это лишь укрепило в Фэн Линъюне желание защитить Чжао Хая.
Хотя он обещал Линь Лину, что Чжао Хай вступит в секту Владыки Сабли, и теперь Чжао Хай считался её учеником — даже если бы он погиб, секте Истинного Дао не было бы до этого дела. Но ради дружбы с Линь Лином он не мог допустить, чтобы с Чжао Хаем что-то случилось.
К тому же секта Владыки Сабли и секта Истинного Дао издавна дружны. Если с его помощью секта Владыки Сабли обретёт ещё одного гениального ученика, это пойдёт на пользу и ему, и секте Истинного Дао.
Так что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы с Чжао Хаем что-то случилось.
С этой мыслью Фэн Линъюнь тут же достал переговорный артефакт и настроил формационный диск внутри.
Этот артефакт выглядел как мобильный телефон и позволял связываться со многими людьми. Однако набирали не номер, а связывались через формационный диск на артефакте собеседника — куда сложнее, чем простой набор.
Ло Сюэр, увидев это, непонимающе спросила:
— Кому ты пишешь?
Фэн Линъюнь, глядя на ещё не подключившийся артефакт, серьёзно ответил:
— Брату Линю. Чжао Хай в опасности, а нам нельзя вмешиваться. Если позвать брата Линя, мы втроём сможем выйти из города и сразиться с Сян Цюэ и Ху Ваном. Тогда они отступят, и Чжао Хай будет в безопасности.
Ло Сюэр кивнула и больше ничего не сказала.
Тут артефакт подключился, и в нём появился Линь Лин.
Он с недоумением взглянул на Фэн Линъюня:
— Линъюнь, что случилось? Почему ищешь меня в такой момент? У вас там тоже всё закончилось?
Фэн Линъюнь поспешно покачал головой:
— Нет, брат Линь. Если есть возможность, приведи людей на подмогу. У нас тут не всё гладко — Ху Ван и Сян Цюэ ведут сюда войско.
— Раньше, когда я посылал Чжао Хая в разведку, он, похоже, чем-то прогневал этих двоих. Теперь они, кажется, взялись за него всерьёз, хотят во что бы то ни стало убить и яростно атакуют. Боюсь, он не выстоит.
Линь Лин переменился в лице. Затем тут же кивнул:
— Хорошо, у нас здесь уже всё закончилось. Я сейчас же приведу людей. Но до моего прихода ни в коем случае нельзя допустить, чтобы с Чжао Хаем что-то случилось. Даже если тебе придётся вмешаться — вмешайся. Если что, я прикрою.
С этими словами он отключил связь.
Фэн Линъюнь ошарашенно уставился на артефакт. Лишь через некоторое время он обернулся к Ло Сюэр:
— Сюэр, ты слышала, что сказал брат Линь? Он сказал, что в случае необходимости я могу вмешаться? Он что, готов насмерть защищать Чжао Хая?
Ло Сюэр кивнула:
— Похоже на то. Но Чжао Хаю пока ничего не грозит. Лучше нам не вмешиваться — иначе перед сектой не оправдаемся. Думаю, брат Линь скоро будет здесь.
Фэн Линъюнь кивнул:
— Хорошо, присмотри там. А я заставлю этих бездельников пошевеливаться. Право, что с ними стало? Их так долго гоняют звери — и им не стыдно?
С этими словами он отправился командовать остальными культиваторами.
А Ло Сюэр приблизилась к участку Чжао Хая. Хоть она и не вмешалась, но её намерение было очевидным.
Увидев это, Ху Ван потемнел лицом.
Сян Цюэ тоже помрачнел и серьёзно произнёс:
— Похоже, они готовы насмерть защищать Чжао Хая. Как думаешь, если ему будет грозить опасность, они вмешаются?
Ху Ван мрачно ответил:
— Даже если раньше не стали бы, теперь станут. Этот Чжао Хай показал такое умение командовать и такую силу, что... Будь я на их месте, я бы тоже нарушил правила и защитил его.
— И ты разве не заметил? Фэн Линъюнь с кем-то связался. Думаю, он вызвал подмогу. Похоже, на этот раз мы ничего не сможем сделать.
Сян Цюэ злобно выругался, но ничего не мог поделать.
Он не мог войти в Шаншань. Даже если бы сейчас ударил по Чжао Хаю, не пробил бы защитный барьер города. Что бить, что не бить — толку никакого.
Ху Ван же, глядя на плотный боевой порядок Чжао Хая, слегка нахмурился.
Он думал, как бы справиться с Чжао Хаем.
Вспомнив, как прежде его удар был отбит сабельной ци Чжао Хая, Ху Ван вдруг встрепенулся.
Он внезапно придумал способ одолеть Чжао Хая.
Но этот способ можно было применить лишь раз. Если не выйдет — больше он не сможет его использовать.
Ху Ван махнул рукой, подзывая одного зверя.
Зверь был престранного вида. Похож на четырёхногую ящерицу, но на голове — гребень из костяных шипов, хвост длинный и тонкий, глаза круглые, а двигался он, казалось, не слишком быстро.
Ху Ван подозвал зверя, что-то ему приказал и махнул рукой.
Зверь кивнул и медленно скрылся в лесу, вскоре пропав из виду.
Сян Цюэ, стоявший рядом, тоже слышал приказ. Он с недоумением взглянул на Ху Вана, но ничего не сказал.
Они знали друг друга давно. Он прекрасно знал, на что способен Ху Ван. Раз тот так распорядился — значит, у него был свой замысел.
Время шло.
Ху Ван неотрывно следил за участком Чжао Хая. Так прошло двадцать минут.
И тут Ху Ван внезапно взревел:
— Мерзавец, умри!
С этими словами он ударил кулаком в сторону Чжао Хая.
На этот раз он вложил в удар всю силу.
Огромный золотистый тигр, сотканный из кулачной мощи, с рёвом устремился к стене, где стоял Чжао Хай. На этот раз удар Ху Вана не только обладал мощью тигра — он и видом своим напоминал тигра. И даже когда этот тигр прыгнул, раздался оглушительный рёв — поистине устрашающее зрелище.
Однако Ло Сюэр ничуть не обеспокоилась.
На её губах даже мелькнула презрительная усмешка. Она прекрасно знала: даже этот удар Ху Вана, вложившего всю силу, не достигнет Чжао Хая.
Барьер Шаншани — не пустая декорация. Не то что удар Ху Вана — даже кто-то сильнее его не пробьёт защитный барьер города. Ей незачем было тревожиться о Чжао Хае.
Но вскоре лицо Ло Сюэр переменилось.
Она заметила, что в прежде столь ладном боевом порядке Чжао Хая вдруг возникла сумятица. Культиваторы все как один двинулись навстречу кулачной мощи Ху Вана. Их внимание полностью сосредоточилось на этом ударе.
А звери, воспользовавшись моментом, ринулись в атаку и разом смяли их порядок.
Ло Сюэр внезапно поняла, зачем Ху Ван нанёс этот удар.
Он бил не для того, чтобы пробить оборону Шаншани. Этот удар должен был отвлечь внимание культиваторов, а затем звери смяли бы их порядок.
А стоит зверям сломать порядок Чжао Хая — и им конец.
И вот, когда Ло Сюэр уже готова была броситься на помощь Чжао Хаю, он вдруг шевельнулся, словно уклоняясь от чего-то. А затем рубанул клинком влево.
Вместе с ударом слева от него брызнула кровь.
И тут же медленно проявился зверь, с мучительным воем.
Увидев этого зверя, Ло Сюэр переменилась в лице.
Она наконец вспомнила — это тот самый зверь, которого Ху Ван недавно подзывал к себе.
Вот оно что: этот зверь умел становиться невидимым.
Удар Ху Вана, отвлекающий культиваторов, звери, ломающие порядок Чжао Хая, — всё это было лишь отвлекающим манёвром. Настоящим убийственным приёмом был этот зверь.
Ху Ван хотел, чтобы невидимый зверь подкрался к порядкам Чжао Хая и, пока их внимание отвлечено кулачной мощью и атакующими зверями, нанёс внезапный удар и прикончил Чжао Хая.
Однако план Ху Вана явно не вполне удался.
Хотя порядок Чжао Хая и пошатнулся, внезапная атака зверя провалилась. Чжао Хай его заметил и тяжело ранил одним ударом клинка.
Но опасность для Чжао Хая и его людей не миновала.
Их плотный боевой порядок был сломан зверями. Теперь опасность грозила не только Чжао Хаю, но и всем людям мира культивации.
Чжао Хай понял: пора.
Он взмахнул рукой, и вокруг него внезапно появилось около тысячи единиц нежити стадии долголетия, которые ринулись на зверей.
Это внезапное подкрепление ошеломило зверей. Их отбросили назад. Порядок мира культивации восстановился.
Но за эти мгновения Чжао Хай потерял около двадцати человек.
И тут люди мира культивации обнаружили, что кулачная мощь Ху Вана не проникает в Шаншань. Их обманули.
Это открытие, помноженное на потери, привело людей мира культивации в ярость. Они с ожесточением бросились на зверей. Вскоре звери, окружившие Чжао Хая, понесли тяжёлые потери и были сброшены со стены.
Такой поворот застал всех врасплох.
Ло Сюэр, уже готовая вмешаться, замерла. Ху Ван и Сян Цюэ тоже застыли. Сражавшиеся звери и культиваторы — и те остолбенели.
Все смотрели на Чжао Хая, на нежить, стоявшую рядом с ним.
И тут в Шаншани вспыхнул белый свет.
А затем из города взметнулась ввысь мощная аура.
Эта аура была исполнена невероятной властности. Едва она появилась, как, казалось, само небо и земля изменились. Все ощутили тяжесть, словно над их головами навис клинок — огромный клинок, готовый в любой миг обрушиться.
Ху Ван и Сян Цюэ тоже ощутили эту ауру.
Ху Ван переменился в лице и мрачно произнёс:
Это же люди из секты Владыки Сабли. Неужели Линь Лин тоже здесь, в Мире Прыгающего Дракона? Тогда беда. Слон, отступаем. Не уйдём сейчас — потом не сможем.
Сян Цюэ тоже ощутил эту ауру. Он кивнул:
— Хорошо. Если это и вправду Линь Лин по прозвищу Клинок, Играющий Жизнью, лучше уходить. С ним связываться — себе дороже. А с Фэн Линъюнем и Ло Сюэр мы точно не справимся.
Ху Ван кивнул.
Затем он взмахнул рукой, и в ней появился рог.
Рог был сделан будто из бычьего, недлинный, чёрный как смоль. Ху Ван поднёс его ко рту и изо всех сил подул.
У-у-у...
Низкий звук рога разнёсся по всему полю боя.
Все звери услышали рог. Едва раздался этот звук, как они тут же прекратили бой, развернулись и ушли, не задерживаясь ни на миг.
А Ху Ван и Сян Цюэ, мелькнув, исчезли.
Однако перед уходом оба пристально взглянули на Чжао Хая. Они хотели запомнить его лицо.
Едва звери отступили, как в Шаншани раздались радостные крики.
Очевидно, культиваторы радовались, что отразили эту атаку.
И тут Линь Лин разыскал Фэн Линъюня и Ло Сюэр.
Линь Лин не пошёл к Чжао Хаю. Он уже видел, что тот в безопасности. Потому он направился прямо к Фэн Линъюню и Ло Сюэр и, сжав кулак, поклонился им:
— Линъюнь, Сюэр, вы потрудились. Я, старший брат, запомню вашу услугу.
Фэн Линъюнь горько усмехнулся:
— Полно, брат Линь, ты меня этим только смущаешь. На этот раз я и вправду ничем не помог. Чжао Хай цел лишь благодаря собственной силе, мы тут ни при чём.
(Конец главы)