Свист — свист — свист — свист!
Череда звуков рассекаемого клинком воздуха донеслась с тренировочной площадки. Чжао Хай в воинском одеянии упражнялся там с саблей. Удар за ударом он рубил с точностью, словно машина, а глаза его оставались неподвижными, будто он вовсе не осознавал своих движений.
Любой посторонний, увидев его, наверняка решил бы, что Чжао Хай зациклился на тренировках — от такого механического повторения толку мало. Но никто не знал, что сейчас он постигал «Саблю восьми врат золотого замка».
Тело Чжао Хая упражнялось, а его мышление уже полностью слилось с мышлением этой техники. Потому он и выглядел таким отрешённым.
Внезапно монотонный свист прекратился. Глаза Чжао Хая ожили, и сабля в его руке словно тоже стала живой. Вокруг него возник огромный призрачный образ. Он был странным — походил на необычайно сложную формацию, но в ней было восемь врат, и на каждых висел большой золотой замок.
Звук сабли стих, а восемь врат становились всё более плотными, пока не стали похожи на восемь исполинских городских ворот. И эти восемь врат располагались по направлениям Багуа.
Лишь через некоторое время огромный призрачный образ медленно рассеялся. Фигура Чжао Хая вновь проявилась на площадке. А Цю Те, всё это время стоявший в стороне, остолбенело смотрел на него и пришёл в себя, лишь когда видение исчезло.
Во взгляде Цю Те, устремлённом на Чжао Хая, читалось безграничное восхищение. В его глазах никто не мог сравниться с Чжао Хаем. Особенно после того, как в прошлый раз демонические звери напали на двор номер пятьдесят два. Тогда Чжао Хай не отправил Цю Те на пик Инь-Ян — он был уверен в защитных формациях двора. Потому Цю Те стал свидетелем всего боя Чжао Хая со зверями.
Когда Цю Те увидел, как Чжао Хай в свирепом доспехе, с огромным гундао в руке ведёт армию нежити в атаку, глаза мальчика загорелись. В его маленьком сердце образ Чжао Хая запечатлелся навсегда. А когда он вырос, то без колебаний выбрал гундао своим оружием. Впрочем, это уже другая история, и мы её пока оставим.
Чжао Хай убрал саблю, рассеял дух сабли в сердце и обернулся к стоявшему в стороне, покрытому потом Цю Те. Тот только что вышел из тренировочного зала. Сейчас его ежедневная нагрузка увеличилась — всё благодаря лекарственным ваннам. Ведь в отварах, которые он принимал, было немало драгоценных материалов. Узнай об этом внешние ученики секты, они бы лопнули от зависти.
Чжао Хай подошёл к Цю Те и улыбнулся:
— Сяо Те, как тренировки? Я сейчас пойду к наставникам. Хочешь со мной проведать деда?
Цю Те подумал и согласился. Всё-таки он был ребёнком, и возможность увидеть деда радовала его.
Чжао Хай, видя его согласие, улыбнулся:
— Хорошо, иди умойся. После этого пойдём к деду.
Цю Те откликнулся, сбегал в баню, ополоснулся, переоделся и выбежал обратно. Чжао Хай подхватил его, мелькнул белый свет — и они оказались на пике Инь-Ян.
Цю Чжэнь теперь жил куда легче, чем прежде. Хоть он и продолжал ухаживать за растениями, это было скорее по привычке, а не работой.
Увидев Чжао Хая и Цю Те, Цю Чжэнь тут же вышел навстречу и поклонился:
— Приветствую, молодой хозяин.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Дядя Чжэнь, вы всё такой же церемонный. Я пришёл к наставникам и привёл Сяо Те. Вы давно не виделись, поговорите, а я пойду к учителям.
Цю Чжэнь откликнулся. Чжао Хай направился к гостиной. Не успел он войти, как услышал голос старейшины Иня:
— Входи.
Чжао Хай откликнулся, толкнул дверь, вошёл и поклонился старейшинам. Старейшина Инь махнул рукой, и Чжао Хай сел на стул рядом.
Старейшина Инь взглянул на него и заговорил первым:
— Неплохо. Получив награду от секты, ты не бросился сразу в Павильон Сабли за секретными руководствами. Это я одобряю. Какими бы хорошими ни были секретные руководства, твоим становится лишь то, что ты освоил. Честно говоря, при твоей нынешней силе слишком высокоуровневые секретные руководства тебе мало полезны. Только накапливая понемногу, а затем изучая высокое, ты добьёшься вдвое большего, затратив вдвое меньше усилий.
Чжао Хай кивнул:
— Да, учитель, я так и думал. Потому и не спешу в Павильон Сабли. Тех, что у меня есть, пока достаточно.
Старейшина Инь кивнул. Старейшина Ян заговорил:
— Сяо Хай, какую технику сабли ты сейчас отрабатываешь? В прошлый раз я видел, что «Сабля золотого луча» у тебя уже неплохо получается.
Услышав это, Чжао Хай опешил. Он сразу понял: старейшина Ян знал о готовящемся нападении зверей на гору Диле и, беспокоясь, приходил присмотреть. От этой мысли на душе у Чжао Хая стало тепло. Он верил: если бы ему грозила смертельная опасность, старейшины Инь-Ян вмешались бы, не дожидаясь, пока он применит пространство.
Но Чжао Хай лишь на миг опешил, а затем подавил чувства и серьёзно ответил:
— Отвечаю, учитель: «Саблю золотого луча» я уже почти освоил, сейчас отрабатываю «Саблю восьми врат золотого замка». В прошлый раз, когда звери напали, я понял, что мои техники слишком наступательны, а защитным я уделял мало внимания. Потому всё это время упражняюсь в «Сабли восьми врат золотого замка» и уже достиг малого успеха.
Старейшина Ян кивнул:
— Хорошо, ты правильно делаешь. Тебе и вправду пора освоить «Сабль восьми врат золотого замка». На самом деле, прежде чем браться за «Саблю катящегося камня», тебе следовало сначала выучить её. В бою нужно сначала рассчитать поражение, а потом победу. Но в самом бою нельзя колебаться из-за этих расчётов. То есть ты должен продумать, что будет, если проиграешь, но в бою выкладываться полностью. Понял?
Чжао Хай серьёзно ответил:
— Да, понял. Будьте спокойны, учитель.
Старейшина Ян кивнул. Старейшина Инь взглянул на Чжао Хая и серьёзно произнёс:
— Сяо Хай, вообще-то мы учили тебя немного. Но твоими успехами мы довольны. Ты идёшь твёрдо, шаг за шагом, и мы за тебя спокойны.
Чжао Хай серьёзно ответил:
— Благодарю за похвалу, учитель.
Старейшина Инь кивнул и продолжил:
— В ближайшее время в секту прибудут новые внутренние ученики для пополнения горы Диле. Я надеюсь, если у тебя будет время, ты отстроишь для них жильё и заодно наладишь с ними отношения. Это пойдёт тебе на пользу в будущем.
Чжао Хай кивнул:
— Да, будьте спокойны, учитель, я всё улажу.
Старейшина Ян серьёзно произнёс:
— И ещё одно, Сяо Хай. В прошлый раз я видел, как ты верхом на звере с гундао в руках атаковал демонических зверей. Ты справился отлично. И я заметил, что ты хорошо владеешь гундао — ты учился раньше?
Чжао Хай кивнул:
— Да. Ещё в низшем мире. Я вознёсся с самого низкого уровня. В нашем мире люди не умеют летать, и бои ведутся большими отрядами. Сила людей невелика, потому на поле боя воины сражаются в основном в ближнем бою. Там взаимодействие разных родов войск доведено до совершенства. Потому в низшем мире я учился не только мечу и сабле, но и другому оружию, даже сам обучал армию. А гундао я освоил именно на тамошних полях сражений. Тамошние боевые искусства хоть и не столь глубоки, как здесь, но при умелом использовании дают неплохой результат. В прошлый раз, когда звери напали, я повёл нежить и применил кавалерийскую тактику низшего мира — вышло неплохо.
Старейшина Ян кивнул и вздохнул:
— Выходит, и в низшем мире есть чему поучиться. Ты хорошо справился. И ты можешь изучить, как используется другое оружие. Путь сабли не ограничивается одним её видом. Сабель много, и ты должен понимать особенности каждой — это пойдёт на пользу твоему пути сабли.
Чжао Хай серьёзно ответил:
— Да, учитель, запомню.
Старейшина Инь серьёзно произнёс:
— Не зацикливайся только на сабле, не забывай и о духовной энергии. Ты всё ещё на ступени Нового Рождения, постарайся скорее перейти на ступень Сгущения Образа.
Чжао Хай откликнулся:
— Да, учитель, я не прекращал тренировать духовную энергию. Будьте спокойны.
Старейшина Инь кивнул:
— Хорошо, иди. В ближайшее время тренируйся как следует и не ходи на гору Улун. Секта собирается провести там зачистку и выпустит много заданий. Но это вызовет ответную волну зверей. Тебе пока туда нельзя — слишком опасно. Задания будут выполнять внутренние ученики. Ты хоть и носишь это звание, но по силе пока равен внешнему ученику, и тебе рано. Так что просто тренируйся. И ещё: в ближайшие годы можешь не участвовать в великом соревновании внутренних учеников. Просто тренируйся.
Чжао Хай кивнул и откликнулся. Он понимал: старейшины желают ему добра. С его нынешней силой идти на гору Улун и вправду рано. Он не из тех молодых культиваторов, кто, услышав «нельзя», упрямо лезет. Чжао Хай давно перерос возраст импульсивности. Он ясно понимал, что ему нужно — спокойно тренироваться и наращивать силу.
Старейшина Ян серьёзно произнёс:
— Но и совсем без дела ты не останешься. Ты знаешь, что под контролем нашей секты Владыки Сабли огромные земли. Там живёт много обычных людей, никогда не занимавшихся совершенствованием. По сути, как в твоём низшем мире. Для удобства управления мы поддерживаем там несколько государств. Но не думай, что на землях секты Владыки Сабли никто не буянит. В Мире Истинного Духа есть раса, которая доставляет всем головную боль. Ты, возможно, о ней не слышал — здесь о ней редко говорят. Это призрачный клан. В описании секты о нём не пишут. Вот нефритовая табличка, возьми, прочитай и узнаешь. Секта иногда выпускает задания на зачистку призрачного клана. Можешь брать некоторые. Это и закалка, и знакомство с ними. Потому что в будущем твоими главными противниками станут именно они.
С этими словами старейшина Ян протянул Чжао Хаю нефритовую табличку. Чжао Хай взял её, но сразу читать не стал, лишь убрал и сказал:
— Да, будьте спокойны, учитель.
Старейшина Ян кивнул и махнул рукой:
— Иди. И не забудь как следует изучить табличку, не относись к этому легкомысленно.
Чжао Хай откликнулся, поднялся, поклонился и вышел. Забрав Цю Те, он покинул пик Инь-Ян. А после его ухода старейшина Инь серьёзно сказал старейшине Яну:
— Не рано ли знакомить Сяо Хая с призрачным кланом? Он ведь недавно в Мире Истинного Духа. Помню, обычно вознёсшиеся из Мира Прыгающего Дракона три года возделывают землю для секты, чтобы привыкнуть к здешней жизни, и только потом их посылают наружу и рассказывают о призрачном клане.
Старейшина Ян покачал головой:
— Не рано. Сяо Хай не обычный человек, к нему нельзя подходить с общей меркой. Пусть узнает о призрачном клане раньше. Думаю, он не разочарует.
Старейшина Инь вздохнул:
— Надеюсь. Эти твари хоть и ушли в подполье, но время от времени высовываются. И, по-моему, они восстанавливают силы и однажды устроят большую бойню. Пусть Сяо Хай узнает о них раньше.
Старейшина Ян кивнул:
— Да. Мы столько лет воюем с призрачным кланом, но не можем уничтожить. Напротив, они становятся всё изощрённее. А секты Мира Истинного Духа погрязли во внутренних распрях. Я даже подозреваю, что некоторые крупные секты враждуют между собой не без их участия. Нужно быть осторожнее.
Старейшина Инь серьёзно произнёс:
— В стране Гэсанътана неспокойно. Говорят, там появились призраки. Секта собирается послать людей. Нам тоже стоит обратить внимание. За эти годы мы потеряли много людей в зачистках призрачного клана. Это плохой знак — возможно, за этим стоит их замысел. Эти крысы в норах становятся всё хитрее!
Старейшина Ян кивнул и вздохнул. В гостиной повисло молчание.
(Конец главы)