Почему я сказал, что если у рода Лун есть честолюбие, то союз с кем-либо пойдёт ему на пользу? Причина — в нынешнем положении рода Лун. Оно и впрямь чересчур исключительное, словно у отшельника, стоящего над миром. Он всегда возвышается над всеми, потому люди и благоговеют перед ним; но ты не станешь думать, что отшельник может сделаться императором — он и чиновником-то стать не сможет.
Род Лун таков. В Мире Истинного Духа он — словно такой вот отшельник. Положение исключительное, никто не смеет его задевать. Но это положение само собой провело черту между родом Лун и остальными силами Мира Истинного Духа. И если род Лун захочет вновь властвовать над Миром Истинного Духа, эту черту ему придётся сломать.
Как её сломать? Способ прост. Если они заключат союз с кем-то и начнут открыто вмешиваться в дела этой секты на континенте, черта сама собой исчезнет. Люди вдруг подумают: а, так они тоже часть Мира Истинного Духа, всего лишь одна из сил в нём, и ничего особенного собой не представляют.
А стоит людям так подумать, и род Лун перестанет быть тем родом Лун, с которым все считаются. Заключив союз с одним, непременно наживёшь врага в другом. И тогда этот другой, разумеется, станет против тебя действовать, а исключительное положение рода Лун само собой рассыплется.
Чжао Хай считал, что сейчас род Лун ещё не помышляет о господстве над Миром Истинного Духа. Потому что у рода Лун есть враг — враг, от которого невероятно болит голова: призрачные культиваторы.
Призрачные культиваторы отделились от рода Лун и всеми силами стремятся уничтожить его. В таких обстоятельствах мечтать о господстве над Миром Истинного Духа почти невозможно. Потому даже если род Лун и впрямь заключит союз с сектой Владыки Сабли, это будет тайный союз, ни в коем случае не открытый. Даже если секта Владыки Сабли объявит о союзе, род Лун непременно выступит с опровержением.
Но так или иначе, если секта Владыки Сабли действительно заключит союз с родом Лун, то в нужный момент род Лун непременно встанет на её защиту. Достаточно уже того, что он способен на это. Сила и слава рода Лун говорят сами за себя, и никто не смеет его недооценивать.
Чжао Хай подробно рассказал Инь-Янским старцам о том, что было в подземном мире, и лишь тогда те ушли. Едва они ушли, Лаура тут же обернулась к Чжао Хаю:
— Хай, неужели мы и впрямь так это и стерпим? Ты, может, и стерпишь, а я — нет.
Чжао Хай взглянул на Лауру и чуть улыбнулся:
— Стерпеть? Разве это возможно. Но нам нужно дождаться случая. Когда случай представится, мы непременно отомстим секте Владык Меча.
Лаура непонимающе взглянула на Чжао Хая:
— Какой случай?
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Отличный случай. На сей раз род Лун повёл великие секты в подземный мир и устроил там такое. Если призрачные культиваторы не придут мстить — вот это будет странно. Так что в ближайшее время они непременно начнут мстить великим сектам Мира Истинного Духа. Вот это и будет наш случай.
Лаура взглянула на Чжао Хая и задумчиво произнесла:
— Хай, ты хочешь сказать...
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Я хочу сказать: если у призрачных культиваторов не хватит сил, я могу им немного помочь. В моём пространстве столько нежити-призрачных культиваторов, что они уже чешутся от безделья.
Услышав это, Лаура опешила, а затем расхохоталась вместе с остальными. Мэйгэн взглянула на Лауру:
— Старшая сестра, я же говорила: Хай не из тех, кто сносит обиды молча. Что, угадала?
Лаура рассмеялась:
— Хай, ты, пожалуй, давно придумал, как отомстить секте Владык Меча и остальным? Иначе не придумал бы этого сейчас.
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Разумеется, давно придумал. Эти типы захотели со мной разобраться. Если я не отомщу — разве это буду я?
Лаура и остальные расхохотались ещё громче. Они знали: секте Владык Меча, секте Укротителей Зверей и секте Непревзойдённого Меча несдобровать.
Прежде Чжао Хай не смел слишком высовываться, потому что в Мире Истинного Духа слишком много мастеров. Особенно если учесть, что высшая ступень здесь — Разрыв пустоты, способность рассекать самое пространство. Какое это могущество! Если бы такой мастер и впрямь сумел рассечь пустоту и проникнуть в его пространство, у Чжао Хая были бы крупные неприятности. Потому он и держался незаметно. Хоть способности у него были немалые, знали о них немногие. Даже те, кто знал, не стали бы болтать. Посторонние считали Чжао Хая просто одарённым культиватором, который быстро совершенствуется, — и только.
Но теперь Чжао Хай был другим. Хоть он по-прежнему не станет выставляться напоказ, некоторые средства, которых он прежде не смел применять, теперь уже мог себе позволить. Смелость эта шла от силы, которая была у него в руках. Когда он только попал в Мир Истинного Духа, он даже нежить из своего пространства выпустить не мог. А если бы и выпустил, боевая мощь у неё была настолько низкой, что никакой помощи от неё не было. Он всего добивался сам, потому чем незаметнее, тем лучше.
Теперь всё было иначе. В пространстве Чжао Хая теперь было немало могучих культиваторов. Всех их он заполучил уже здесь, в Мире Истинного Духа. Прежде сильнейшими были лишь культиваторы ступени Мгновенного перемещения — уже это придавало Чжао Хаю уверенности. А после похода в подземный мир в его пространстве прибавилось трое призрачных культиваторов ступени Алмазного тела. Ступень Алмазного тела! Инь-Янские старцы и те лишь ступени Алмазного тела, а в секте Владыки Сабли они считаются мастерами. А теперь у Чжао Хая в руках трое таких же мастеров, как Инь-Янские старцы. Нетрудно понять, откуда взялась его уверенность.
Хотя сам Чжао Хай сейчас не был особенно силён, он уже мог потягаться с культиватором ступени Мгновенного перемещения. К тому же за ним стояли род Лун и секта Владыки Сабли. Секта Владыки Сабли всегда защищала своих, и случись с Чжао Хаем беда — непременно встала бы за него.
С родом Лун дело обстояло схожим образом. Хоть род Лун и не славился защитой своих, но на этом континенте тех, кто всерьёз обидел род Лун и не получил отпора, было немного. Стало быть, род Лун тоже не из мягкосердечных.
Сейчас Чжао Хай занимал высокое положение в секте Владыки Сабли, и она им дорожила. А род Лун из-за случившегося чувствовал себя перед Чжао Хаем виноватым. Потому впредь он будет ещё сильнее стараться привязать Чжао Хая к себе. И если кто-то посмеет тронуть Чжао Хая, он первым встанет на его защиту.
С этими двумя силами за спиной тех, кто осмелился бы всерьёз тронуть Чжао Хая, можно было пересчитать по пальцам. Именно поэтому Чжао Хай и осмелился мстить секте Владык Меча. И мстить он собирался чужими руками — руками призрачных культиваторов. От призрачных культиваторов и без того исходит аура смерти, так что если Чжао Хай выпустит свою нежить и обрушится на три секты с помощью техник призрачных культиваторов, никто и не заподозрит его.
Прошло около десяти дней с тех пор, как Чжао Хай и остальные вернулись на континент Истинного Духа. Эти десять дней на континенте царило спокойствие. Однако от старейшин секты Владыки Сабли Чжао Хай узнал, что все участники подземного похода получили награды, причём щедрые. Разумеется, и Чжао Хаю досталась награда, да ещё и самая большая. Но никто из участников не возражал. Все прекрасно понимали: не будь Чжао Хая, им, пожалуй, навеки остаться бы в подземном мире. Тогда их гнали, как собак.
Эти десять дней Чжао Хай ничего особенного не делал. Он всё время оставался в секте Владыки Сабли. Но в последнее время он собирался отлучиться: хотел вернуться в род Лун, проведать тех детей.
Через полмесяца после возвращения Чжао Хая в Мир Истинного Духа он привёл Лауру и остальных в род Лун. Едва их семья вернулась в Паньлун, как их тут же приветствовал весь род Лун. Особенно родители тех детей, которых учил Чжао Хай. Сейчас род Лун тоже обучал детей по его методу, и даже изготовил усовершенствованные машины для их тренировок.
Но дети учились вяло, без огонька. Вот что больше всего удручало их родителей. Казалось, детям нравилось заниматься боевым искусством только с Чжао Хаем. Когда их учил кто-то другой, они не проявляли ни малейшего рвения.
Едва Лун Динтянь услышал, что Чжао Хай с жёнами вернулся в Паньлун, как у него отлегло от сердца. Лун Сян, вернувшись, рассказал ему о том, что произошло в подземном мире, и это привело Лун Динтяня в ярость. Он никак не ожидал, что человека, которого он с таким трудом привязал к себе, Лун Сян умудрится обидеть — да ещё так сильно. Теперь ещё неизвестно, вернётся ли тот вообще в род Лун. Как тут не разозлиться?
Но в то же время Лун Динтянь по-новому оценил способности Чжао Хая. Узнав от Лун Сяна, когда тот напал на Чжао Хая, и сопоставив время ухода Лауры и остальных, Лун Динтянь сразу сообразил: Чжао Хай наверняка владеет каким-то неведомым другим способом, позволяющим предупредить Лауру и остальных об уходе. Каким бы ни был этот способ, он доказывал немалую силу Чжао Хая. Передать весть Лауре и остальным на таком расстоянии, за столь короткое время да ещё под чужими взглядами, незаметно — уже одно это говорило о его возможностях. Как было не дорожить таким талантом?
Потому, едва услышав о возвращении Чжао Хая, Лун Динтянь сразу поспешил в его дворик. А во дворике Чжао Хая было полно народу. Дети носились и резвились. Родители беседовали с Чжао Хаем и его близкими. Держались они вовсе не как могучие культиваторы, а как самые обычные люди.
Увидев Лун Динтяня, все поднялись и приветствовали его. Лун Динтянь махнул рукой и с лёгкой улыбкой произнёс:
— Ладно, не надо церемоний, садитесь. Я пришёл, услышав, что Сяо Хай вернулся. Сяо Хай, пока тебя не было, мне даже пить стало неинтересно. Ха-ха-ха, сегодня ты уж составь мне компанию, выпьем по паре чарок.
Чжао Хай улыбнулся:
— Раз уж вы сами сказали, как я посмею отказаться. Не беспокойтесь, сегодня составлю вам компанию как следует.
Лун Динтянь кивнул и обвёл взглядом людей в комнате. Те сразу поняли намёк и удалились. Когда все ушли, Лун Динтянь обернулся к Чжао Хаю:
— Сяо Хай, о том, что случилось в подземном мире, я уже знаю. В том вина Лун Сяна, не держи на него зла.
Услышав это, Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Что вы, старейшина, не стоит. Я не в обиде. Я понимаю, сколько глаз следит за человеком на его месте. Понимаю и то, чем ему приходится руководствоваться. Так что я не сержусь, правда.
Услышав это, Лун Динтянь вздохнул с облегчением. Затем он вздохнул снова:
— Хорошо, что ты понимаешь. Наш род Лун сейчас хоть и выглядит блистательно, но среди тех, кто внизу, мало кто принимает нас всерьёз. Беда в том, что из-за нынешнего положения нам многое неудобно делать открыто. А люди из-за этого думают, будто род Лун их боится, и ведут себя всё наглее. Я уже решил: роду Лун пора показать свою силу. Мы должны дать этим людям понять: с родом Лун нельзя так просто играть.
Услышав это, Чжао Хай опешил. Он никак не ожидал, что Лун Динтянь отреагирует так резко. Судя по его виду, он словно хотел отомстить секте Владык Меча. Это было для Чжао Хая неожиданностью.
Как и говорил прежде Лун Динтянь, род Лун хоть и занимал исключительное положение, но всерьёз с ним считались немногие. Потому что те люди не знали, какова сила рода Лун. Возможно, в их глазах род Лун был всего лишь отжившим свой век семейством, которое возвысили лишь потому, что все стороны не могли найти иной точки равновесия.
В их глазах, не возвысь они род Лун, он был бы ничем. Они могли бы стереть его в порошок одним движением руки. Потому-то они и не питали к роду Лун ни малейшего почтения. Иначе Лэй Цзянь не посмел бы открыто подставить Лун Сяна.
А род Лун — дело обстояло совсем особо. Он слишком дорожил своим исключительным положением. Можно сказать, это положение превратилось в оковы, сковавшие род Лун. Теперь роду Лун нельзя было ни того, ни другого; нельзя было обидеть ни этого, ни того. Пока кто-то не наносил роду Лун или его отпрыскам настоящего вреда, род Лун терпел, сколько мог. А того не ведал, что именно его терпимость делала тех людей всё наглее, и теперь дело дошло до открытого попрания достоинства рода Лун.
К счастью, род Лун не был глуп. Из выходки Лэй Цзяня он уловил кое-какие проблемы и ощутил тревогу. Именно поэтому Лун Динтянь и говорил такие слова. По его мнению, роду Лун пора было пошевелиться. Если тигр всё время лежит недвижимо, даже мышь сочтёт его куском мяса и подойдёт откусить.
Видя, что Чжао Хай долго молчит, Лун Динтянь с недоумением спросил:
— Что такое, Сяо Хай? О чём задумался?
Чжао Хай очнулся и поспешно улыбнулся:
— Да ни о чём. Старейшина, если вы хотите затеять ссору рода Лун с сектой Владык Меча из-за меня — не стоит. Сейчас не время для конфликтов. Думаю, призрачные культиваторы вот-вот придут мстить. Нам лучше как следует подготовиться к встрече с ними, иначе у всего континента Истинного Духа будут большие неприятности.
Лун Динтянь кивнул и махнул рукой:
— Ладно, не думай об этом. Пойдём, выпьем. О неприятностях поговорим потом.
С этими словами он, не слушая возражений, увлёк Чжао Хая наружу.
(Конец главы)