Круг обороны Чжао Хая сжимался всё сильнее, и в конце концов он едва успевал отражать удары девяти противников. К тому времени их глаза налились кровью, и каждый с яростью обрушивал на Чжао Хая удар за ударом.
И тут внезапно один практик издал короткий хрип и, не понимая, что происходит, рухнул на землю.
Все замерли.
Следом ещё двое практиков хрипло выдохнули и один за другим упали.
Люди остолбенели, резко обернулись — и увидели, как тот самый практик ступени Отторжения Пыли, которого Чжао Хай уже убил, снова поднялся на ноги. С ледяным лицом он держал окровавленный длинный меч и шёл прямо на них.
Практики застыли. Особенно тот, на кого он напал.
Чжао Хай взглянул на их лица и вдруг громко расхохотался:
— И впрямь у вас смелости не занимать. Вы даже не удосужились разузнать, кто я такой, и уже осмелились напасть. Неужели не знали, что я чёрный маг и могу в кратчайший срок превратить мертвеца в нежить?
С этими словами он взмахнул рукой, и те трое практиков, которых убила нежить ступени Отторжения Пыли, тоже поднялись как нежить. Три новых нежити сразу вступили в бой.
Теперь из окруживших Чжао Хая практиков погибла почти половина.
И вот тут нападавшие наконец запаниковали. Хотя они заметили, что после превращения в нежить практик ступени Отторжения Пыли стал куда слабее — самое большее, ступени Нового Рождения, — страх уже вышиб из них дух. Откуда им было взять смелость и дальше тягаться с Чжао Хаем? Они не знали, какие ещё козыри у него припасены, и боялись, что если продолжат, то все полягут здесь.
Стороны обменялись ещё несколькими ударами, и вдруг один из практиков негромко бросил:
— Уходим в разные стороны!
С этими словами он яростно взмахнул мечом дважды, развернулся и бросился прочь, мгновенно исчезнув из виду. Остальные последовали его примеру: нанесли по паре быстрых ударов, оттеснили Чжао Хая и его нежить, а затем повернулись и бежали.
Чжао Хай лишь слегка улыбнулся. Он не стал их преследовать, а взмахом руки убрал нескольких нежитей.
Во время второй внезапной атаки нападали не только та нежить ступени Отторжения Пыли, но и ещё один двойник Чжао Хая вместе с тем Дхарма-образом. Правда, после удачной вылазки Чжао Хай сразу отозвал и двойника, и Дхарма-образ, так что практики ничего не заметили. Они решили, что всё сделала нежить ступени Отторжения Пыли.
И то, что та нежить в последующих схватках показывала силу лишь ступени Нового Рождения, объяснялось вовсе не падением её силы после превращения. Так велел Чжао Хай. Пусть другие не знают, что у него припрятан такой козырь, и думают, будто превращённые в нежить практики сохраняют лишь силу ступени Нового Рождения. Тогда в будущем, если у него возникнут неприятности, эта нежить ступени Отторжения Пыли ещё сможет сослужить службу.
Чжао Хай отпустил тех практиков потому, что прекрасно понимал: у него нет силы удержать их всех. А раз так, лучше дать им уйти. Отпустить одного или шестерых — разницы нет. Чем больше уйдёт, тем лучше: пусть разнесут весть о его силе.
Впрочем, Чжао Хай знал, что теперь его испытание вряд ли будет лёгким. Убежавшие практики непременно приведут за собой новых охотников. Надо готовиться.
Он взглянул на свой временный лагерь. Палатка была разрушена, всё вокруг усеяно обломками стрел — здесь больше не остановиться.
Чжао Хай ничуть не жалел об этом. Он заметил нападавших именно потому, что те применили построение «Стрела». На самом деле это построение было талисманом под названием «Стрелы дождя» — крупномасштабным талисманом металлической атаки, довольно мощным.
Прежде Чжао Хай мало разбирался в талисманах Мира Истинного Духа. Но позже он выменял в Зале разного секты Владыки Сабли нефритовую табличку, где были записаны способы использования и изготовления некоторых распространённых талисманов этого мира. Талисманы Мира Истинного Духа и в применении, и в изготовлении были куда сложнее, чем в мире культивации.
Когда нападавшие использовали талисманы, возникли колебания энергии. Хотя они были далеко, Чжао Хай сразу проснулся, успел выставить защиту и не дал себя достать.
Чжао Хай оглядел место боя, покачал головой и не стал ничего прибирать. Он вошёл в лес, подошёл к большому дереву и с помощью древесного иного искусства забрался внутрь, чтобы отдохнуть.
Хорошенько выспавшись внутри дерева, Чжао Хай выбрался наружу и двинулся дальше. По дороге он на ходу перекусил сухим пайком, но при этом стал ещё осторожнее.
Три дня пути прошли без новых нападений. И всё же Чжао Хай не позволял себе расслабиться. Теперь он был на виду, а враг — в тени, и неизвестно, когда тот внезапно нанесёт жестокий удар. Потому Чжао Хай стал ещё осмотрительнее.
Ведь против него действовала целая секта Владык Меча, к которой, возможно, присоединится и секта Укротителей Зверей. А секта Владыки Сабли, судя по всему, в ближайшее время помочь ему не могла — кто велел ему проходить испытание? Теперь всё зависело от него самого, и осторожность была необходима.
Чжао Хай не знал, что не прошло и дня с тех пор, как он покинул место схватки с учениками секты Владык Меча, а в секте Владыки Сабли уже получили весть. Несколько практиков секты, занимаясь делами снаружи, увидели разорённый лагерь Чжао Хая и следы боя вокруг. Это показалось им крайне необычным: место находилось не так далеко от владений главного зала секты Владыки Сабли. То, что там на кого-то напали, само по себе было событием немалым. Потому они сразу донесли наверх.
Когда высшие круги секты Владыки Сабли получили это известие, они пришли в ярость. Они не ожидали, что нападение произойдёт прямо у них под носом. А после проверки выяснилось, что напали на человека из секты Владыки Сабли. Как могли высшие круги стерпеть такое?
Тень под лампой. Это было явное пренебрежение, тень под лампой!
Высшие круги секты Владыки Сабли это понимали. Противник знал, что место находится не слишком далеко от главного зала секты и считается зоной самого строгого контроля, где почти никто не осмеливается устраивать беспорядки. Именно поэтому за долгие годы контроль секты там ослаб, и враги воспользовались лазейкой.
Из-за этого одного старейшину секты, отвечавшего за эти земли, немедленно отстранили от должности. Одновременно секта Владыки Сабли отправила крупные силы и провела масштабную зачистку вокруг главного зала.
Не проверишь — не узнаешь. После зачистки выяснилось, что вокруг главного зала секты Владыки Сабли действительно скрывалось немало людей. Всего обнаружили пять-шесть сотен лазутчиков из других сект. Число немалое. Некоторые из них уже успели завести здесь семьи, но в конце концов их всё равно нашли. Хорошего конца у них не было. Секта Владыки Сабли отнеслась к этому со всей определённостью: убивать, не проявляя ни малейшей мягкости.
На какое-то время вокруг главного зала секты Владыки Сабли воцарилась тревожная атмосфера. Даже некоторые нераскрытые лазутчики сбежали.
Чжао Хай не знал, что одна стычка с людьми из секты Владык Меча вызовет такой переполох.
Теперь он уже вошёл в небольшой город. Этот городок тоже находился под контролем секты Владыки Сабли. В нём имелся филиал секты. Правда, власть секты Владыки Сабли над этим городком была явно невелика. Филиал был небольшим: всего около пятидесяти человек, а его глава — старейшина ступени Мгновенного перемещения.
Впрочем, Чжао Хай не собирался наведываться в филиал секты Владыки Сабли. Он проходил испытание и не мог вступать в контакт с филиалом. Потому он просто нашёл в городке небольшую гостиницу и хорошенько отдохнул.
После ночного отдыха силы Чжао Хая наконец восстановились. На следующий день он не стал сдавать комнату, а с саблей за спиной вышел из гостиницы и принялся бродить по улицам городка.
Каково же было удивление Чжао Хая, когда он увидел в этом городке множество практиков. И почти все они носили с собой сабли или мечи, но не принадлежали к секте Владыки Сабли. Чжао Хай не мог взять в толк, отчего практиков здесь так много.
Он зашёл в первую попавшуюся харчевню, заказал два блюда и кувшин вина. Затем дал слуге золотой и окликнул его:
— Слушай, почему в городе столько практиков? Что-то случилось?
Слуга только что получил от Чжао Хая награду и потому отвечал без утайки. Он взглянул на Чжао Хая:
— Господин нездешний?
Чжао Хай кивнул:
— Верно. Я проездом. Впервые здесь. Что, в этих краях так сильно увлечены боевым искусством? Отчего столько практиков?
Слуга улыбнулся:
— Господин, вы не знаете. Наш городок прежде не имел названия, и филиала секты Владыки Сабли здесь тоже не было. Но однажды господа из секты Владыки Сабли во время испытания случайно обнаружили в пятидесяти ли к северо-востоку отсюда подземную пещеру. В той пещере водилось немало демонических зверей, а ещё рос мох цинъянь — редкое растение тех пещер. Говорят, мох цинъянь — неплохое лекарственное сырьё, очень полезное для совершенствования практиков. Тогда секта Владыки Сабли и основала здесь филиал, а городок назвала Мипань. Потому что та подземная пещера похожа на лабиринт, и никто не знает, насколько она велика. Многие практики вошли туда и больше не вышли.
Слуга замолчал, взглянул на других посетителей и тихо добавил:
— На самом деле всё хорошее из пещеры давно вынесли люди секты Владыки Сабли. Даже если войти туда сейчас, мха цинъянь почти не найдёшь. Но практики всё равно надеются на удачу. Чем больше их входило и погибало, тем больше добра там оставалось. Многие из тех, кто приходит позже, разбогатели не на мхе цинъянь, а на вещах, оставленных другими практиками. Потому теперь сюда стремится всё больше народу. Правда, секта Владыки Сабли установила правило: в месяц в пещеру пускают только тысячу человек. Мест ограниченное число, и их разыгрывают на торгах — кто даст больше, тот и войдёт. Если же за месяц не набирается тысяча, то достаточно заплатить сто нефритовой эссенции с человека. Вот-вот наступит день входа в пещеру, оттого и собралось столько практиков.
Чжао Хай кивнул, махнул рукой, отпуская слугу, и остался сидеть, потягивая вино. Он пил и размышлял о той подземной пещере.
Честно говоря, среди вещей в пещере вряд ли нашлось бы что-то, ради чего стоило бы туда лезть. Его интересовала сама пещера. Из слов слуги Чжао Хай понял: это место беззаконное. Там убить человека и отнять сокровище — обычное дело. А отношение секты Владыки Сабли было предельно ясным: они берут только плату, а больше ни во что не вмешиваются. Хоть перебейте друг друга — их не касается. Значит, в пещере нет никаких правил. Там решает только сила.
А главная цель испытания Чжао Хая — схватки с разными противниками, накопление опыта. Разве такое место без правил не подходит ему лучше всего?
От этой мысли глаза Чжао Хая загорелись. Он взглянул на окрестных практиков, чуть улыбнулся и принялся маленькими глотками пить вино. Улыбка в его глазах становилась всё заметнее.
После еды Чжао Хай не спешил возвращаться в гостиницу, а принялся бродить по улицам.
Он заметил забавную вещь: в Мипань собралось множество практиков, и все они были не святыми, а самыми настоящими вояками. Когда у вояк случаются трения, они обычно хватаются за оружие. Но в этом городе такое встречалось редко. Многие, поссорившись, назначали время и место, а то и вовсе уходили за город, чтобы разобраться, и ни за что не обнажали оружие в городе.
Сначала Чжао Хай не понимал, в чём дело, но потом догадался: это правило секты Владыки Сабли. Хотя городок уже не относился к владениям главного зала, строго говоря, он был не так уж далеко. Если лететь на летающем магическом звере, пожалуй, и дня не пройдёт, как окажешься здесь. Потому практики, приходившие в город, не смели нарушать установленный сектой порядок. В большинстве это были странствующие культиваторы или люди из мелких семей и сект — где им тягаться с таким исполином, как секта Владыки Сабли? Потому все конфликты решались за городом.
Честно говоря, Чжао Хай одобрял такой порядок. Будь в городе слишком неспокойно, обычные люди не стали бы здесь жить. А без них практикам было бы трудно пополнять припасы. К тому же это ударило бы по репутации секты Владыки Сабли. Потому Чжао Хай считал такое правило разумным.
Пробродив по городку день и осмотрев его расположение, Чжао Хай вернулся в свою гостиницу.
Та гостиница называлась «Юэлай кэчжань» — первая крупная сеть отелей во всех мирах уся. Чжао Хай выбрал её именно из-за названия.
(Конец главы)