В словах Чжао Хая, вообще говоря, было немало уязвимых мест.
Но сейчас никому не было дела до подобных тонкостей. Факт лежал перед глазами: тот самый «отдел Тёмный Цветок» долины Сто цветов и впрямь оказался людьми из мира небесных демонов. Что тут ещё скажешь?
Тот старейшина долины Сто цветов и вовсе выглядел пристыженным. Он сложил руки в поклоне и произнёс:
— Не будь вас, господин, мы бы так и не узнали, что этот Тёмный Цветок — фигура, подставленная расой небесных демонов. Это мы перед вами виноваты. Прошу, господин, садитесь.
Главное место в зале Сто цветов по-прежнему пустовало, но в остальных местах были расставлены сиденья. Все принялись рассаживаться.
Чжао Хай обвёл их взглядом и чуть улыбнулся:
— Все здесь свои, так что не буду больше церемониться.
— Долина Сто цветов не может оставаться без главы. Давайте сегодня же станем свидетелями и попросим долину Сто цветов избрать нового главу. Как вы на это смотрите?
Слова Чжао Хая можно было счесть в высшей степени властными.
Казалось бы, избирать главу или нет — дело самой долины Сто цветов, и Чжао Хая оно нисколько не касается. Но Чжао Хай всё же вмешался, и никто не посмел сказать ни слова против — ведь сила говорила сама за себя.
К тому же долина Сто цветов теперь считалась вступившей в Свободный союз, а банда Чёрного Тигра была его главой. Так что если Чжао Хай хотел вмешаться в это дело, остальным и сказать было нечего.
Ли Сюньхуа взглянул на людей долины Сто цветов и глухо произнёс:
— Господин, дозвольте мне поговорить с ними наедине.
Чжао Хай взглянул на Ли Сюньхуа и кивнул:
— Хорошо, старший брат Ли, прошу.
С этими словами он перестал обращать на них внимание.
Ли Сюньхуа поспешно поднялся и обратился к нескольким старейшинам долины Сто цветов:
— Прошу, старейшины.
Если уж говорить честно, положение Ли Сюньхуа было выше, чем у этих старейшин. Теперь, услышав его слова, они, разумеется, не посмели проявить небрежность и, поспешно отозвавшись, повернулись и вышли.
Ли Сюньхуа отвёл старейшин в соседнюю комнату покоя и, глядя на них, сказал:
— Господа, я понимаю, почему вы до сих пор не избрали нового главу.
— Скажу вам прямо: даже если вы изберёте главу, долина Сто цветов впредь уже не поднимется.
— Я и те, кто участвовал в союзном войске, уже решили вступить в банду Чёрного Тигра. Сперва я не хотел вмешиваться в это дело, но теперь вынужден сказать.
Услышав это, старейшины на миг опешили, а затем переменились в лице.
Они прекрасно понимали: те культиваторы, что участвовали в союзном войске, были элитой долины. Если все они вступят в банду Чёрного Тигра, это будет равносильно тому, что из долины Сто цветов уйдёт большая часть её лучших сил. И тогда долина Сто цветов непременно падёт.
Ли Сюньхуа, глядя на них, глухо произнёс:
— Теперь и вы вступили в Свободный союз. Хотя сект в Свободном союзе немало, сильнейшая — банда Чёрного Тигра.
— Если вы и впрямь изберёте нового главу, долина Сто цветов сохранится. Но положение её в Свободном союзе впредь будет невысоким.
— Потому я всё же надеюсь, что вы как следует подумаете и, лучше всего, поступите так же, как я, — вступите в банду Чёрного Тигра.
— Разумеется, я не говорю, чтобы вы вступали поодиночке. Если вы изберёте кого-то главою и он приведёт всю долину Сто цветов в банду Чёрного Тигра, это будет великая заслуга. Банда Чёрного Тигра вас не обидит.
— К тому же вы станете людьми банды Чёрного Тигра. А банда Чёрного Тигра своих в обиду не даёт — никто не посмеет вас тронуть, и выгод будет немало.
— Я сказал всё, что мог. Прошу вас, подумайте как следует.
Услышав это, старейшины на миг опешили, а затем у всех переменились лица.
Если они и впрямь поступят так, как говорит Ли Сюньхуа, и вступят в банду Чёрного Тигра, то долины Сто цветов больше не будет. А значит, прервётся и её линия преемственности. Это было выше их понимания.
Они хотели было подняться и осадить Ли Сюньхуа, но никто не решился открыть рот.
Потому что все понимали: Ли Сюньхуа прав. Не вступи они в банду Чёрного Тигра — и при нынешнем положении долины Сто цветов их непременно начнут теснить все. Тогда жить им станет ещё труднее.
В комнате надолго воцарилось молчание.
Затем тот немолодой старейшина, что говорил с Чжао Хаем, обратился к Ли Сюньхуа:
— Младший брат Ли, если мы и впрямь вступим в банду Чёрного Тигра, сохранится ли линия преемственности нашей долины Сто цветов?
Под «линией преемственности» он имел в виду технику культивации.
Культиваторы придавали этому большое значение. Ведь техника культивации, особенно в великих сектах, сама по себе была наследием. Потому под линией преемственности многих сект и понимали их технику культивации.
Ли Сюньхуа глухо произнёс:
— Непременно сохранится.
— На деле, когда я вступал в банду Чёрного Тигра, господин Чжао Хай уже сказал мне: в банде Чёрного Тигра будет создано Отделение Сто цветов, и я стану его главой, чтобы передавать линию преемственности долины Сто цветов.
— Если вы тоже вступите в банду Чёрного Тигра, то не только сохраните линию преемственности, но и полностью удержите земли долины Сто цветов. Только вместо прежней долины Сто цветов будет Отделение Сто цветов.
Услышав это, старейшины принялись переговариваться.
Честно говоря, теперь они и впрямь дрогнули.
Хотя, вступив в банду Чёрного Тигра, они попадут под её начало, но ведь и прежде они не были главами. Теперь же, вступив в банду Чёрного Тигра, они всё равно могли получить место старейшины. К тому же можно было сохранить линию преемственности долины Сто цветов.
Выходило, что это и впрямь неплохо.
Тот немолодой старейшина взглянул на стоявшего в стороне молчаливого Ли Сюньхуа, и в его глазах блеснул огонёк. Он глухо произнёс:
— Господа, как вам предложение младшего брата Ли? По-моему, оно превосходно. Мы можем вступить в банду Чёрного Тигра, и тогда все наши нынешние трудности разрешатся.
Старейшины подумали и тоже кивнули.
И впрямь. Стоит им вступить в банду Чёрного Тигра — и все их нынешние проблемы разрешатся. Для них это, безусловно, благо.
Увидев, что все согласны, немолодой старейшина продолжил:
— Раз все согласны, дело простое.
— Предлагаю так: сейчас же выдвинем Ли Сюньхуа новым главой долины Сто цветов. Младший брат Ли пользуется в долине немалым авторитетом, к тому же он близок с Чжао Хаем из банды Чёрного Тигра. С ним во главе нас, после вступления в банду Чёрного Тигра, уж точно не будут притеснять.
Ли Сюньхуа и подумать не мог, что они обратят взоры на него.
Он хотел было возразить, но остальные неожиданно дружно кивнули.
Лицо Ли Сюньхуа переменилось.
Он поспешно произнёс:
— Господа, не говорите ерунды! Этот пост главы может занять любой из вас, но только не я.
— Я уже вступил в банду Чёрного Тигра, и многие об этом знают. Если я ещё и стану главой долины Сто цветов, как на это посмотрят со стороны?
— Это не только не обрадует банду Чёрного Тигра, но, возможно, вызовет её недовольство. Долине Сто цветов это не принесёт ничего доброго.
— Потому этот пост главы я ни в коем случае не могу занять.
Услышав это, старейшины опешили. Затем, поразмыслив, поняли, что так оно и есть.
Если Ли Сюньхуа станет главой, другие секты непременно увидят в этом расширение банды Чёрного Тигра, заранее подготовленный ход. Тогда те секты начнут остерегаться банды Чёрного Тигра. А банде Чёрного Тигра это ни к чему.
Но, поняв это, они оказались в затруднении.
Они и впрямь не могли выбрать достойного главу. Как тут не растеряться?
Ли Сюньхуа, видя их замешательство, мысленно обругал их свиными головами. Ему пришлось продолжить:
— Господа, зачем вам непременно выбирать главу?
— Достаточно от имени совета старейшин сдаться банде Чёрного Тигра, а затем попросить Чжао Хая назначить главу. Разве так не лучше?
Услышав это, старейшины опешили.
Затем тот немолодой старейшина негромко рассмеялся и, отвесив Ли Сюньхуа поклон, произнёс:
— Младший брат Ли всё продумал лучше всех. Хорошо, так и сделаем.
С этими словами он сделал приглашающий жест и вывел Ли Сюньхуа из комнаты покоя.
На деле о том, что произошло в комнате покоя, Чжао Хай знал досконально.
Просто Чжао Хай не ожидал, что Ли Сюньхуа окажется столь понятливым. Если долина Сто цветов и впрямь вольётся в банду Чёрного Тигра, для банды это будет крайне важно.
Впрочем, вскоре Чжао Хай уже думал о том, кого поставить во главе Отделения Сто цветов.
Поразмыслив, Чжао Хай решил, что главой отделения следует назначить Ху Цяня.
Ху Цянь теперь был безгранично предан банде Чёрного Тигра и немало для неё сделал. Отдать ему пост главы отделения было лучшим выбором.
Но под этим главой отделения следовало учредить ещё и должность заместителя. И этот пост заместителя лучше всего было отдать кому-то из семьи Хань.
Семья Хань всегда была вернейшей опорой главы банды Чёрного Тигра. Хотя её люди и занимались тайными делами, обделять их не следовало.
Если бы семье Ху оказали слишком много милостей, а семье Хань — никаких, у семьи Хань могли бы возникнуть обиды.
Потому Чжао Хай и задумал учредить под главой Отделения Сто цветов должность заместителя и отдать её семье Хань.
Так оба крупнейших знатных рода банды Чёрного Тигра получат выгоду и впредь будут ещё вернее служить банде.
Остальные старейшины Отделения Сто цветов пусть останутся из людей долины Сто цветов. Но Ли Сюньхуа и его людям предстояло вернуться вместе с ним в банду Чёрного Тигра — для Ли Сюньхуа у Чжао Хая было особое назначение.
Ли Сюньхуа был талантливым человеком. Банде Чёрного Тигра как раз нужны были люди, и определить его в главный зал банды было бы лучше всего.
Размышляя обо всём этом, Чжао Хай достал нефритовый меч для передачи посланий, записал свои мысли и выпустил его.
Едва он выпустил меч, как из комнаты покоя вышли Ли Сюньхуа и старейшины долины Сто цветов.
Теперь все в зале смотрели на них, не зная, какое решение они приняли. Чжао Хай уже всё знал, но не подал виду, лишь сидел и молча наблюдал за ними.
Выйдя, Ли Сюньхуа подошёл к Чжао Хаю, отвесил ему поклон, а затем сел позади него и больше не говорил ни слова.
Тогда тот немолодой старейшина долины Сто цветов подошёл к Чжао Хаю и, склонившись, произнёс:
— Господин, после того как в нашей долине Сто цветов появился такой человек, как прежний глава, нам стыдно стоять перед миром культивации.
— После совместного обсуждения всех старейшин наш совет старейшин решил: долина Сто цветов вливается в банду Чёрного Тигра. Просим господина принять нас.
С этими словами немолодой старейшина склонился перед Чжао Хаем.
Остальные тоже склонились перед Чжао Хаем:
— Просим господина принять нас.
Такое поведение людей долины Сто цветов ошеломило людей из других сект.
Люди из других сект невольно перевели взгляды на Чжао Хая, а затем на Ли Сюньхуа. Они поняли: то, что старейшины вдруг захотели влить долину Сто цветов в банду Чёрного Тигра, непременно связано с Ли Сюньхуа.
Ли Сюньхуа сидел с непроницаемым лицом.
Тут Чжао Хай поднялся и, поддерживая старейшину, произнёс:
— Не нужно так, господа.
— Если вы и впрямь хотите влиться в банду Чёрного Тигра, это возможно. Но решать это не мне — нужно испросить согласия главы банды.
— Если вы и впрямь этого хотите, прошу немного подождать.
Немолодой старейшина поспешно ответил:
— Так и должно быть. Прошу, господин.
Чжао Хай кивнул, достал ещё один нефритовый меч для передачи посланий, вложил в него содержание и выпустил.
А Чжан Фэн как раз сидел в своём кабинете, держа в руке нефритовый меч, присланный Чжао Хаем в прошлый раз.
Глядя на содержание меча, он и подумать не мог, что долина Сто цветов сможет влиться в банду Чёрного Тигра.
Он полагал, что самое большее — долина Сто цветов станет членом Свободного союза и будет подчиняться ему как главе союза. Но не ожидал, что теперь долина Сто цветов одним шагом вступит прямо в банду Чёрного Тигра.
А ещё предложение Чжао Хая — назначить Ху Цяня главой Отделения Сто цветов, а кого-то из семьи Хань — заместителем.
Предложение было превосходным. Как бы ни были честолюбивы Ху, с заместителем из семьи Хань рядом они не смогли бы превратить земли Сто цветов в вотчину семьи Ху.
К тому же так делалось доброе дело сразу двум знатным родам — лучшего решения и не придумаешь.
При этой мысли Чжан Фэн тотчас произнёс:
— Эй, кто там, скорее позовите старейшину Ху и старейшину Хань.
Этим старейшиной Ху, разумеется, был Ху Лянчэнь, а старейшиной Хань — глава рода Хань, Хань Жэнь.
Снаружи кто-то отозвался и отправился за ними.
Вскоре Ху Лянчэнь и Хань Жэнь уже были в кабинете Чжан Фэна.
Обменявшись приветствиями, они сели. Чжан Фэн протянул Ху Лянчэню меч:
— Дядя Ху, дядя Хань, это только что прислал Сяо Хай. Взгляните.
Ху Лянчэнь взял меч, вложил в него психическую силу, и на лице его появилась радость, затем он слегка нахмурился, а после брови разгладились. Он передал меч Хань Жэню.
Хань Жэнь взял меч, вложил психическую силу, и лишь спустя долгое время отнял её. Затем он обернулся к Чжан Фэну:
— Глава банды, что скажете?
Чжан Фэн чуть улыбнулся:
— Я согласен с мнением Сяо Хая.
— Цянь вон уже достаточно закалился во Втором корпусе, пусть попробует себя на посту главы отделения.
— Хань Були под руководством Сяо Хая продвинулся очень быстро. К тому же он человек весьма умный, говорят, уже заправляет делами в семье Хань.
— Но на сей раз, дядя Хань, придётся вам уступить нам этого таланта.
— Если вы оба согласны, главою Отделения Сто цветов будет Цянь, а заместителем — Хань Були. Как вам?
Ху Лянчэнь с улыбкой ответил:
— Прекрасная мысль, глава банды. Були дружен с Сяо Хаем, он был первым другом Сяо Хая, когда тот пришёл в банду Чёрного Тигра. И в способностях Були я не сомневаюсь. Отдать ему пост заместителя — я не против.
— Честно говоря, отпускать Цяня на пост главы отделения мне немного тревожно. Пусть Були пойдёт и поможет ему.
Чжан Фэн кивнул.
Тут пришёл и второй меч от Чжао Хая. Чжан Фэн взглянул на его содержание и, чуть улыбнувшись обоим, сказал:
— Дело сделано. Дядя Ху, дядя Хань, ступайте за людьми, пусть через пару дней отправляются принимать дела.
(Конец главы)