Фэн Сюэфэн, Линь Ян — эти два имени гремели в Мире Истинного Духа, как солнце в зените. А этот Господин Похититель Душ в своё время сумел один противостоять им двоим — поистине потрясающе.
Тут Ли Фэй снова заговорил:
— Но ведь передавали, что тогда Цуй Усиня убили совместными усилиями Фэн Сюэфэн и Линь Ян. Как он мог объявиться вновь?
Очевидно, Цуй Усинь тоже услышал слова Ли Фэя. Он холодно фыркнул:
— Эти двое? Думаешь, им под силу меня убить? Вы, идиоты, все дали себя обмануть тем двум типам. Они сказали, что убили меня, но разве в Мире Истинного Духа кто-нибудь видел мой труп? Хм, в такой ситуации вы всё равно поверили, что они меня прикончили. Люди Мира Истинного Духа и вправду на редкость наивны.
Услышав это, Чжао Хай на миг опешил, затем слегка улыбнулся:
— Мне всё равно, настоящий ты Цуй Усинь или поддельный. Сейчас ты уже не тот, что прежде. Может, тебя и не убили тогда Фэн Сюэфэн и Линь Ян, но я уверен: ты получил очень тяжёлые раны, и до сих пор они не залечены до конца. Хе-хе, твоя нынешняя сила так и осталась на ступени Отторжения Пыли, верно? Ха-ха-ха, с такой силой ты хочешь со мной справиться? По-моему, наивен как раз ты.
— Хм!
Раздался холодный фырк, и тотчас громко зазвенел колокол. Призрачные воины, словно подстёгнутые этим звоном, с налившимися кровью глазами отчаянно замахали оружием. На лице Чжао Хая тоже появилась тень серьёзности, и он забил в барабан ещё быстрее. Низкие удары барабана, словно воодушевляя воинов идти навстречу врагу без страха смерти, устремились против волн колокольного звона.
Невидимые звуковые волны непрерывно схлёстывались в воздухе; окрестные деревья были переломаны пополам этими волнами. Вокруг лагеря творилось настоящее светопреставление.
Тем временем Ли Фэй и остальные выхватили сабли и встали подле Чжао Хая. Но вскоре они обнаружили, что призрачные воины сдерживаются ударами барабана Чжао Хая и не могут к ним приблизиться. Это их немного успокоило.
И тут внезапно раздался призрачный плач. Ли Фэй и остальные обернулись и увидели, что в них летят вращающиеся бумеранги. Эти бумеранги были изготовлены весьма необычно: в середине каждого проделали маленькие отверстия. И тот призрачный плач исходил именно из этих отверстий.
Только они собрались отразить бумеранги, как те отбросило звуковой волной обратно. Но бумеранги были сделаны настолько искусно, что, отлетев, тотчас повернули назад и понеслись к ним с ещё большей силой.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Эти бумеранги нельзя принимать в лоб. Внимание: я ослаблю барабан, а вы следите за их траекторией и бейте по ним саблей сверху или снизу, чтобы сразу сбить.
Ли Фэй и остальные откликнулись и настороженно уставились на бумеранги.
Барабанный бой Чжао Хая чуть замедлился. Едва он ослаб, как бумеранги тотчас полетели к ним. Впрочем, их скорость тоже будто замедлилась, и Ли Фэй и остальные ясно видели траекторию полёта.
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь! — Ли Фэй и остальные своими саблями отбили бумеранги. Но на этот раз те не полетели обратно, а взмыли прямо в небо. Потому что Ли Фэй и остальные ударили по ним снизу; точка приложения силы изменилась, и вернуться бумеранги уже не могли.
А призрачные воины, воспользовавшись тем, что барабанный бой Чжао Хая ослаб, снова продвинулись вперёд. Увидев, что Ли Фэй и остальные отбили бумеранги, Чжао Хай тотчас вновь ускорил ритм. Но призрачные воины не отступили — с красными глазами они продолжали размахивать оружием.
Видя это, Чжао Хай слегка нахмурился. Затем мысленно потянулся, и рядом с ним появился его двойник. Перед двойником возник ещё один барабан. Двойник начал бить в него, а Чжао Хай убрал свой барабан.
Убрав барабан, Чжао Хай взглянул на призрачных культиваторов и холодно фыркнул:
— Играешь со мной в призраков? Думаешь, я испугаюсь?
С этими словами он мысленно потянулся, и в его руке появился магический посох. Затем Ли Фэй и остальные остолбенели: перед Чжао Хаем начали появляться маленькие светящиеся точки. Они были всех цветов и походили на звёзды.
Но вскоре они поняли, что это вовсе не звёзды. Эти точки были магическими формациями — одна за другой возникали из пустоты, сгущённые из духовной энергии. И все эти формации накладывались друг на друга, зрелище было поразительное.
Ли Фэй и остальные уже сбились со счёта, сколько формаций появилось перед Чжао Хаем. Они решительно не понимали, откуда у него столько духовной энергии, чтобы поддерживать работу всех этих формаций.
На самом деле они не знали, что сейчас Чжао Хай выпустил ещё сравнительно немного формаций. Прежде, в Великом мире культивации, он мог сгущать бесчисленные формации для наложения; теперь же он мог сгустить лишь десять тысяч формаций. Больше — и духовной энергии уже не хватало.
Когда десять тысяч магических кругов сформировались, Чжао Хай тоже почувствовал некоторую тяжесть. Он тотчас взмахнул рукой вперёд и низко произнёс:
— Сошествие святого света, очисти мир!
С его словами из магических кругов перед ним вырвался белый свет и устремился к призрачным воинам.
Едва призрачные воины коснулись этого белого света, как тени под бестеневой лампой, — мгновенно исчезли без следа, не успев даже издать предсмертный вопль.
Но белый свет лишь сверкнул и погас. Вместе с ним исчезли и призрачные воины. Когда свет угас, Ли Фэй и остальные, словно слабоумные старики, уставились на то место, где он исчез, и долго не могли прийти в себя.
— Проклятие! Ты уничтожил столько моих призрачных воинов! Чжао Хай, я хочу твоей смерти! Тебе конец! Я превращу тебя в своего призрачного воина!
Голос Цуй Усиня, полный ярости, донёсся со всех сторон. Но на усталом лице Чжао Хая появилась улыбка. Прежде Цуй Усинь постоянно управлял своим голосом духовной энергией, потому Чжао Хай не мог определить его местоположение. Но только что он слишком разозлился и поначалу не использовал духовную энергию, чтобы управлять голосом. Значит, его положение было обнаружено.
Чжао Хай тотчас направил мелких насекомых в сторону, где находился Цуй Усинь. Одновременно он изо всех сил регулировал дыхание — только что он истратил всю духовную энергию. Даже с его чудовищной скоростью восстановления требовалось немало времени, чтобы прийти в себя.
И в этот миг вокруг внезапно раздался призрачный плач. Затем вокруг лагеря появились черепа. Это были настоящие черепа, объятые синим призрачным огнём. Они разевали пасти, издавая призрачные вопли, и, паря в воздухе, устремились к Чжао Хаю и остальным.
А Чжао Хай ещё не восстановил духовную энергию. Атаки этих черепов тоже были неслабыми. Ничего не оставалось, как отступить назад и негромко произнести:
— Сдержите их! Мне нужно немного времени.
Тут Ли Фэй и остальные, придя в себя, сразу заметили состояние Чжао Хая. Не говоря ни слова, они шагнули вперёд, окружили его и, выхватив длинные сабли, преградили путь черепам. Двойник Чжао Хая больше не бил в барабан: звуковая атака на этих черепов почти не действовала. Главное — Цуй Усинь больше не использовал тот колокол похищения душ, так что барабанный бой стал бесполезен.
Двойник Чжао Хая тоже появился рядом с ним, развернул технику сабли и вместе с Ли Фэем и остальными принялся защищать Чжао Хая.
И тут внезапно раздались несколько предсмертных криков. Ли Фэй и остальные опешили: их оборона была выстроена разумно, и до сих пор никого не укусили черепа, никто не кричал. Откуда же эти вопли?
Пока они недоумевали, раздался голос Цуй Усиня:
— Подло! Не ожидал, что и в секте Владыки Сабли найдутся такие подлые приёмы — использовать ядовитых насекомых против нас!
Чжао Хай не ответил. Его духовная энергия ещё не восстановилась, и он не стал тратить время на препирательства с Цуй Усинем. Впрочем, Чжао Хай с некоторым удивлением заметил, что атаки черепов ослабли. Но вскоре он почувствовал, что выпущенные им мелкие ядовитые насекомые стремительно исчезают — их осталось совсем немного.
Когда Чжао Хай ощутил, что все выпущенные им насекомые исчезли, его духовная энергия как раз восстановилась. Чжао Хай выхватил длинную саблю, развернул технику и вместе с двойником отбросил черепа наружу.
И тут снова раздался голос Цуй Усиня:
— Малый, пока оставлю тебе жизнь.
С этими словами он умолк. Черепа тоже исчезли.
Ли Фэй и остальные не знали, почему Цуй Усинь ушёл. Но Чжао Хай знал: тот наверняка ушёл, чтобы спасти других призрачных культиваторов.
Чжао Хай был уверен, что Цуй Усинь не мог действовать один. Рядом с ним наверняка были и другие. И хотя мелкие ядовитые насекомые не причинили Цуй Усиню вреда, они ранили других призрачных культиваторов. А яд этих насекомых не так-то просто нейтрализовать. Хотя Цуй Усинь и его люди тоже были мастерами яда, снять яд мелких насекомых им было не под силу. Потому, поняв, что не может сразу вылечить своих, Цуй Усинь выбрал уход.
Чжао Хай огляделся, убедился, что Цуй Усинь действительно ушёл, и тотчас сказал:
— Уходим, немедленно покидаем это место. Только что было слишком шумно, это могло привлечь внимание секты Божественного Механизма. Эти типы из секты Божественного Механизма тоже нас ищут. Если они нас найдут, хорошего не жди.
Все кивнули. Лагерь был полностью разрушен и больше ни на что не годился. Формации, расставленные Чжао Хаем, хоть и сохранили немного силы, но пользы почти не приносили. Так что собирать было нечего, и они сразу последовали за Чжао Хаем.
На этот раз Чжао Хай не мог не быть осторожным: вокруг были горы, а в них водилось немало демонических зверей. Столкнись они с сильными зверями — и им не поздоровится. Потому Чжао Хай выпустил несколько мелких летающих насекомых вперёд на разведку, а сам повёл Ли Фэя и остальных осторожно вперёд.
(Конец главы)