Вспышка белого света — и группа людей появилась в горной долине.
Долина была укрыта от посторонних глаз и довольно просторна, но сейчас в ней уже стояло немало людей. Все прибывшие были в чёрных одеждах, с длинными саблями на поясе. Вернее, оружием каждого была сабля, лишь форма клинков различалась. Во главе стоял мужчина лет сорока с небольшим, огромного роста — около двух метров, с красным лицом и копной красных волос. Глаза его сверкали, а взгляд был острым, как клинок: любой, кто встречался с ним взглядом, невольно отводил глаза. За спиной он нёс огромную саблю — саблю с головой демона: толстая спина, тонкое лезвие, клинок багровый, красный, как кровь, источающий ледяную убийственную ауру. Уже по виду можно было понять, что это оружие, созданное для убийства.
Едва взглянув на их одежды, все в долине поняли: это люди из секты Владыки Сабли. Секта Владыки Сабли прислала всего около пятидесяти человек, но это была сила, которую никто не решился бы недооценивать.
В этот миг один человек из долины направился к ним и остановился лишь в пяти шагах от людей секты Владыки Сабли. Он сложил руки в приветствии:
— Приветствую старейшину Дэн Вэня. Я Чжао Хай, тоже участвую в этом походе и готов исполнять приказы старейшины Дэна.
Дэн Вэнь бросил на Чжао Хая взгляд и тихо усмехнулся:
— Не ожидал, что ты тоже присоединишься. Хорошо, встань в строй.
Чжао Хай кивнул, отсалютовал культиваторам секты Владыки Сабли за спиной Дэн Вэня и лишь затем повернулся и отошёл за спину Дэн Вэня.
Дэн Вэнь обвёл взглядом остальных в долине. Люди из Восьмидесяти одной великой секты прибыли почти все, и род Лун тоже прислал своих. Впрочем, род Лун прислал не Лун Динтяня — с его положением он не мог участвовать в подобной операции, да и нужды в этом не было. На этот раз род Лун тоже отправил одного из своих старейшин — культиватора ступени Алмазного тела. В Мире Истинного Духа ступень Алмазного тела, вне всякого сомнения, считалась уровнем настоящего мастера.
Спустя некоторое время в долину через телепортационную формацию прибыли ещё несколько групп. Старейшина рода Лун, увидев, что людей собралось достаточно, заговорил:
— Господа, с некоторыми из вас я давно знаком, и мы не раз выполняли подобные задания. Разумеется, есть и те, кто меня не знает. Что ж, позвольте представиться: меня зовут Лун Сян. Прошу запомнить моё имя, потому что некоторое время я буду вашим командующим. Если кто-то не согласен, может сказать об этом сейчас.
Все в долине опешили — никто не ожидал, что Лун Сян начнёт с такого. Лишь те, кто прежде имел дело с Лун Сяном, не выказали удивления. Лун Сян был именно таким человеком, но приходилось признать: он действительно обладал выдающимися командирскими способностями и немалой личной силой.
Некоторое время никто не издал ни звука. Тогда Лун Сян продолжил:
— Я дал вам шанс. Раз вы молчите, значит, признаёте моё главенство. В таком случае прошу всех беспрекословно исполнять мои приказы. Если же кто-то осмелится ослушаться, пусть не пеняет на мою беспощадность. И обещаю: если я убью кого-то за неподчинение, ваша секта не станет мстить за него.
По-прежнему никто не произнёс ни слова, но у всех на душе стало холодно. Честно говоря, слова Лун Сяна действительно ошеломили собравшихся.
Дэн Вэнь смотрел на Лун Сяна молча, но в его глазах мелькнула насмешливая искорка. Он сотрудничал с Лун Сяном не раз и не два и прекрасно знал, что этот человек не бросает слов на ветер. Немало культиваторов из разных сект погибло от его руки, и погибли они напрасно — никто за них не мстил. Впрочем, характерами они с Лун Сяном сошлись, и прежде их совместная работа всегда была ладной, так что Дэн Вэнь не принял угрозы Лун Сяна близко к сердцу.
Увидев, что никто не возражает, Лун Сян продолжил:
— Люди из всех сект прибыли, у каждой есть свой командир, так что больше говорить не о чем. Каждая секта сама следит за своими людьми. Мои приказы будут передаваться командирам. Если в какой-то секте случится беда, я первым делом спрошу с командира. Поэтому, командиры, следите за своими людьми: если кто-то ошибётся, первым пострадает именно вы.
Слова эти были достаточно властными. У многих командиров на лицах промелькнуло недовольство, но Чжао Хай не выказал никаких чувств, потому что прекрасно понимал: Лун Сян поступает правильно.
Хотя сейчас в долине было всего тысяча человек, эти тысяча принадлежали к нескольким десяткам сил. Такие, как секта Владыки Сабли, отправившая сразу пятьдесят человек, считались крупным отрядом. И между этими силами не было мира: некоторые враждовали, как, например, секта Владыки Сабли с сектой Укротителей Зверей и сектой Владык Меча, а теперь, пожалуй, к ним прибавится и секта Непревзойдённого Меча.
Чтобы заставить всех этих людей беспрекословно подчиняться, Лун Сяну нельзя было обойтись без жёсткости. А нынешний поход вёл в самое сердце вражеских земель: одна ошибка — и отряд мог угодить в окружение призрачных культиваторов, а то и погибнуть целиком. Потому Лун Сян и должен был действовать твёрдо, подавив любой голос несогласия, чтобы у всего тысячного отряда остался лишь один голос — его собственный. Только так у них был шанс вернуться из подземного мира живыми.
Лун Сян не мог отдать приказ каждому культиватору — он передавал его лишь командирам. И, говоря, что за ошибку в отряде ответит командир, он как раз и заставлял их следить за своими подчинёнными.
Убедившись, что никто не возражает, Лун Сян низким голосом произнёс:
— Правила объявлены. Командиры, следите за своими людьми. Мы выступаем.
С этими словами Лун Сян подошёл к одной из скал у края долины. Та выглядела самой обычной скалой, поросшей мхом, без единой примечательной черты. Но, остановившись перед ней, Лун Сян тут же приложил к скале ладонь. Затем на его руке вспыхнул жёлтый свет, он громко вскрикнул и отпрянул назад.
С его отходом из скалы, словно пробку из бутылки, вырвало огромный камень. Этот валун был высотой около пяти метров, шириной около трёх, а толщиной более десяти; обычный человек ни за что не сдвинул бы его с места. Но больше всего Чжао Хая поразило то, что, хотя из скалы вырвали целый камень, ни один обломок не упал, и остальная часть скалы осталась невредимой. Иными словами, стоило вернуть валун на место, как скала вновь стала бы прежней, без малейших повреждений.
Лун Сян к тому времени уже опустил валун на землю и, обернувшись, бросил на всех взгляд:
— Все за мной.
С этими словами он первым вошёл в пещеру, а остальные гуськом последовали за ним.
В пещере было темно, хоть глаз выколи, сыро, а земля поросла мхом — идти по такой дороге было отнюдь не легко. Но, к счастью, все обладали немалой культивацией, и даже на скользкой земле никто не отстал.
Чжао Хай шёл позади всех, неспешно продвигаясь вперёд. Он держался незаметно: не лез вперёд, но и не отставал, просто двигаясь вместе с основным отрядом секты Владыки Сабли.
Пещера походила на винтовую лестницу: они спускались всё ниже и ниже, уходя всё глубже под землю. Температура вокруг неуклонно падала, но Чжао Хай и остальные давно уже не страдали ни от холода, ни от жары, так что такие перемены их не тревожили.
Идя вперёд, Чжао Хай разглядывал пещеру. Он заметил, что в одних местах пещера была прорублена людьми, а в других оставалась естественной. Похоже, род Лун выбрал это место, пробил проход и соединил его с подземным миром.
Лун Динтянь говорил, что они долго сражались с призрачными культиваторами, и, судя по всему, это была правда. Но Чжао Хай не поверил бы, если бы кто-то сказал, что род Лун борется с призрачными культиваторами ради жителей Мира Истинного Духа. Род Лун сражался с ними лишь потому, что у призрачных культиваторов была с ним кровная вражда. Призрачные культиваторы жаждали уничтожить род Лун, и тот понимал: не истребив их, он не обретёт покоя. Потому эта борьба и не прекращалась.
А великие секты вступили в борьбу с призрачными культиваторами потому, что те творили вещи, вызывавшие гнев небес и людей. После внезапного раскола рода Лун и возвышения призрачных культиваторов весь Мир Истинного Духа погрузился в их тень. Тогда по Миру Истинного Духа и впрямь гуляли ледяные ветры, а земли наводнили владения призраков. Великие секты того времени задыхались под их гнётом, и призрачные культиваторы в Мире Истинного Духа творили всё, что им вздумается. В такой ситуации великие секты, разумеется, должны были восстать.
Однако тогда их сил не хватало, чтобы справиться с призрачными культиваторами. А род Лун, оправившись за время отдыха, вновь набрался сил. Он сам отправил людей к великим сектам и вместе с ними разбил призрачных культиваторов, загнав их в подземный мир. А после началась бесконечная борьба.
Обо всём этом Чжао Хай узнал от Инь-Янских старцев, когда несколько дней назад вернулся в секту Владыки Сабли. Секта Владыки Сабли тоже была древней и хранила некоторые записи об этих событиях. Пусть и неполные, они всё же позволили Чжао Хаю составить представление о той эпохе.
Подземный мир, в котором теперь обитали призрачные культиваторы, открыл их основатель — тот самый гениальный отпрыск рода Лун. А вот как он его нашёл, в записях секты Владыки Сабли не говорилось.
Впрочем, кое-какие сведения о подземном мире там всё же имелись. Подземный мир лежал на глубине около десяти тысяч метров, входов и выходов было совсем немного, и все их плотно охраняли призрачные культиваторы. Солнечного света там, разумеется, не было, но источник освещения всё же существовал. Там были столбы земляного огня — они, словно факелы, стояли повсюду и освещали весь подземный мир.
Но самым удивительным было то, что эти столбы земляного огня иногда гасли. Когда они гасли, в подземном мире наступала ночь; когда загорались — приходил день. И даже ночью там всё же оставался свет. В подземном мире водились ещё и огненные жуки: когда там темнело, они испускали красное сияние, похожее на россыпь звёзд.
Из-за столбов земляного огня в подземном мире было не холодно, и даже теплее, чем на поверхности. Призрачные культиваторы подземного мира жили, выращивая особые злаки и разводя тамошних демонических зверей. Души всех умерших там людей призрачные культиваторы использовали для культивации, а тела предавали огню на столбах земляного огня. По словам жителей подземного мира, так они воздавали почести Огненному Богу.
Из-за особых условий подземного мира там появились человекоподобные расы. Эти человекоподобные были очень низкорослыми. Судя по записям секты Владыки Сабли, Чжао Хай решил, что они должны быть похожи на знакомых ему гоблинов. Именно эти человекоподобные и были исконными обитателями подземного мира.
Но они были не только низкорослыми, но и слабыми телом, и никто не учил их культивации. Потому после прихода призрачных культиваторов они окончательно превратились в рабов. Их судьба была очень похожа на участь жителей Мира Истинного Духа под властью призрачных культиваторов. Порой призрачные культиваторы ради культивации убивали их целыми группами и вытягивали души для совершенствования — им приходилось даже хуже, чем тогдашним жителям Мира Истинного Духа. В конце концов, эти человекоподобные не владели никаким боевым искусством и не могли даже толком сопротивляться. Если бы они не размножались так быстро, призрачные культиваторы, вероятно, давно бы их всех перебили.
Честно говоря, читая эти записи, Чжао Хай искренне сочувствовал человекоподобным. Он видел: хотя секта Владыки Сабли и описала их жизнь, в этих записях не было ни капли сострадания. Возможно, для людей секты Владыки Сабли эти человекоподобные не считались людьми — всего лишь демонические звери, похожие на людей, вроде обезьян. Убить человека — неприятно, порой даже рука не поднимется; но убить обезьяну — и на душе не останется и тени сомнения.
А разве у культиваторов не каменные сердца? Они убивали людей не моргнув глазом, а к человекоподобным и вовсе не испытывали жалости. Если бы призрачные культиваторы не стремились убивать культиваторов ради культивации, великие секты, возможно, вовсе не стали бы с ними враждовать.
Совершенствование культиватора — это борьба с небом, с землёй и с людьми; это похищение небесных тайн и путь против воли небес. Всё, что полезно для культивации, может стать для культиватора материалом. Разумеется, обычные секты праведного пути не превращают людей в материал для совершенствования, но еретические и демонические культиваторы этим не гнушаются. Даже культиваторы могут стать материалом для других, что уж говорить о человекоподобных. Для прочих культиваторов использовать человекоподобных в культивации не было чем-то зазорным.
Чжао Хай хотел изменить судьбу этих человекоподобных. Ведь в его пространстве жило немало человекоподобных, и он всегда относился к ним одинаково. Потому он не желал, чтобы их и дальше держали как скот, убивали по прихоти и вытягивали души.
Но Чжао Хай понимал: с его нынешними силами изменить их судьбу невозможно. Даже если он переправит некоторых человекоподобных в пространство, это изменит участь лишь части из них, а то и вовсе раскроет существование пространства. Так что пока Чжао Хаю оставалось лишь терпеть.
(Конец главы)