Вэй Тяньдэ смотрел на формационный диск перед собой и с любопытством разглядывал Чжао Хая. С того мгновения, как Чжао Хай убил двоих, он всё время прятался за колонной и больше не двигался. Для обычного человека это было бы верхом коварства. Но Вэй Тяньдэ так не считал.
Это испытание и было задумано, чтобы культиваторы убивали друг друга. Секте Боевых Зомби нужна была кровь этих культиваторов, чтобы вскармливать партию кровавых трупов.
Если спросить, кто на этом испытании порадовал Вэй Тяньдэ больше всех, то это, несомненно, Чжао Хай. Потому что он от начала до конца оставался холоден. Холоден перед убийством и ещё холоднее после. Такое спокойствие, при котором убийство и опасность ни в грош не ставятся, было ему по душе.
Выжить на этом испытании без единой царапины непросто. Даже если ты силён, в такой свалке это мало помогает. Могут сзади мечом прикончить. А Чжао Хай поступил самым хладнокровным и самым надёжным образом. Пока все были ошеломлены, он ударил первым; когда все заметались и начали нападать друг на друга, он уже был за колонной. В тот миг, когда люди пришли в себя и поняли, что происходит, Чжао Хай, по крайней мере, был в безопасности. А как только началась суматоха, о нём и вовсе забыли. Именно поэтому он до сих пор не получил ни царапины и даже не привлёк ничьего внимания.
Хладнокровие — сказать легко. Но тех, кто действительно на это способен, мало. Обстановка, внешние толчки — всё может лишить человека хладнокровия. А тот, кто его потерял, недалёк от смерти.
Хладнокровие Чжао Хая понравилось Вэй Тяньдэ больше всего. Вэй Тяньдэ с улыбкой в глазах смотрел на Чжао Хая. Он и не думал, что обычное испытание откроет ему такого хорошего росточка.
Бой в зале близился к концу. Теперь в зале стояло меньше тысячи культиваторов. Десятая часть была достигнута давно.
После этого безумного побоища культиваторы тоже успокоились. Никто больше не нападал, все лишь настороженно следили друг за другом.
Зал и без того был немаленький. Теперь в нём стояло меньше тысячи человек, и он казался совсем пустым. Уцелевшие сжимали окровавленные магические инструменты и следили по сторонам. Они не доверяли никому.
И тут все заметили, что защитный барьер исчез.
При виде этого все воспрянули духом. Они поняли: испытание окончено. Они стали учениками секты Боевых Зомби.
Едва барьер исчез, в зал вошли высохшие трупы. Они двигались очень медленно, тела их были скованы, словно каждое движение стоило огромных усилий. Эти высохшие трупы медленно вошли в зал, подхватили тела погибших культиваторов и унесли на спинах. Вскоре в зале не осталось ни одного трупа.
И тут в зале снова появились Вэй Тяньдэ и ещё четверо людей секты Боевых Зомби. Вместе с ними пришли представители других банд.
Вэй Тяньдэ стоял на возвышении и, обведя взглядом культиваторов внизу, негромко произнёс:
— Поздравляю, вы уже люди секты Боевых Зомби. Эй, отведите их записать имена и заодно залечите им раны.
По его слову четверо людей секты Боевых Зомби вышли вперёд и негромко произнесли:
— Идите за нами.
И повернули в боковой погребальный коридор.
А представители банд с завистью смотрели на этих культиваторов. Даже старейшина банды Гуйцзы с завистью глядел на Чжао Хая. В их глазах стать учеником секты Боевых Зомби означало одним шагом взойти на небо; в будущем его положение станет выше их.
Вэй Тяньдэ тоже не сводил глаз с Чжао Хая. Чжао Хай держался скромно, затерявшись в толпе, и вместе с остальными пошёл за четырьмя культиваторами в коридор.
Но другие культиваторы, увидев, что на Чжао Хае нет ни единого пятнышка крови, переменились в лице. Некоторые из них давно заметили, что Чжао Хай прячется за колонной. Но у них не было возможности втянуть его в свалку, и им оставалось лишь смотреть, как он стоит в стороне.
Чжао Хай вместе с четырьмя культиваторами прошёл длинный погребальный коридор и добрался до погребальной камеры. Те велели всем ждать, затем увели десять человек внутрь. Вскоре четверо вышли, и на лицах у каждого играла улыбка.
Вскоре очередь дошла до Чжао Хая. Едва он с несколькими культиваторами вошёл в камеру, как опешил. Эта камера разительно отличалась от мрачных коридоров: здесь было светло. В камере стояли длинные стойки, за которыми сидели миловидные женщины-культиваторы. Все они были хороши собой, а светло-жёлтые одежды шли им ещё больше.
Только что пережив побоище, люди были напряжены. Увидев этих женщин, все невольно расслабились и с облегчением выдохнули.
Женщины, глядя на них, улыбнулись. Одна из них с улыбкой сказала:
— Прошу подходить по очереди, я выдам вам именные таблички.
Все откликнулись и выстроились в очередь, называя имена и получая таблички.
Вскоре дошло до Чжао Хая. Он спокойно подошёл к стойке, чуть улыбнулся женщине и сложил руки в приветствии:
— Приветствую, старшая сестра. Я Чжао Лин из банды Гуйцзы.
Женщина с удивлением взглянула на него. Не потому что он был красив — честно говоря, в мире культивации, где полно красавцев, внешность Чжао Хая была самой обычной. Её удивила его одежда.
Одежда Чжао Хая была слишком чистой. У всех, кто входил в эту камеру, одежда была залита кровью, некоторые ранены. А на Чжао Хае — ни пятнышка, ни царапины, словно он только что вернулся с дружеской пирушки.
Видя, что женщина молчит, Чжао Хай не торопился. Он всё так же улыбался. Женщина опомнилась, щёки её порозовели, и она быстро достала нефритовый жетон:
— Это твоя именная табличка. С ней ты — внешний ученик нашей секты Боевых Зомби. Если ничего не случится, тебе достаточно пробыть в секте десять лет, чтобы стать внутренним учеником. Если хочешь быстрее — можешь участвовать в ежегодном великом соревновании. Кроме того, можно выполнять задания. Выполнишь десять тысяч заданий секты — тоже станешь внутренним учеником. Возьми жетон. Выйдешь — поверни налево, там тебя проводят в твою комнату.
Чжао Хай поклонился:
— Благодарю, старшая сестра.
И с жетоном вышел. Женщина задумчиво смотрела ему вслед.
Чжао Хай сделал, как она сказала: выйдя, свернул налево в погребальный коридор. Едва повернув, он увидел стоявшего там культиватора. Тот взглянул на жетон в руке Чжао Хая и кивнул:
— Идём за мной.
Чжао Хай молча последовал.
Поплутав, он наконец добрался до двери погребальной камеры. Провожатый сказал:
— Войдя, вставь именную табличку в отверстие у двери — и эта комната твоя. Без твоего позволения сюда никто не войдёт. В комнате есть нефритовая табличка. Что захочешь узнать — смотри в ней.
И, не обращая больше внимания на Чжао Хая, ушёл.
Чжао Хай всё же поклонился ему:
— Благодарю, старший брат.
Тот лишь махнул рукой и ничего не сказал.
Когда он ушёл, Чжао Хай вошёл в камеру. Едва войдя, он заметил у двери маленькое отверстие, похожее на щель для карты в земном банкомате. Чжао Хай вставил туда именную карточку. В отверстии блеснул зелёный свет, и жетон выскочил обратно. Дверь за ним беззвучно закрылась.
Чжао Хай отметил, что дверь устроена отлично. Она скользила сверху вниз, беззвучно и плотно, так что казалась частью стены.
Он осмотрел камеру. Она была невелика — всё видно с первого взгляда. Одна комната — спальня, одна — комната покоя, одна — гостиная, и даже уборная. Всё устроено удобно. В гостиной стояли стулья и столик.
На столике Чжао Хай увидел нефритовую табличку. Он подошёл, взял её и сначала внимательно осмотрел. Самая обычная, ничего особенного. Тогда он направил в неё психическую силу.
В сознание хлынул текст. Чжао Хай узнал содержимое. Это была обычная вводная табличка: правила секты Боевых Зомби и кое-какие сведения о ней. Где можно тренироваться, где брать задания, где есть — всё как в сектах Мира Истинного Духа.
Прочитав, Чжао Хай с облегчением выдохнул, огляделся и отправился в спальню спать.
Он только что вступил в секту Боевых Зомби, и лучше было держаться скромно. Ему не следовало привлекать к себе внимание — это ничего хорошего не сулило.
В пространство он тоже не решался войти. Он не знал, следит ли кто-нибудь за ним в секте Боевых Зомби. Если следит и он войдёт в пространство, тайна раскроется, и ему конец.
Так что, если разобраться, сейчас ему оставалось только спать.
(Конец главы)