Цинь Фэн и Чжао Хай вошли в аукционный дом, и навстречу им тут же вышла молодая женщина. Поклонившись, она произнесла:
— Прошу следовать за мной.
Ни Цинь Фэн, ни Чжао Хай ничего не сказали и пошли за ней.
Вскоре они оказались перед лестницей. Лестница вела вниз. Женщина повела их вниз, затем ещё по нескольким лестницам, пока они не добрались до двери. Она открыла её и жестом пригласила:
— Прошу.
Чжао Хай и Цинь Фэн кивнули и вошли.
Едва переступив порог, оба опешили.
Они не ожидали увидеть такое — перед ними раскинулся исполинский подземный дворец. Дворец был огромен, пожалуй, размером со стадион. А в его центре находилась площадка размером с футбольное поле. На площадке стоял лишь один стол, больше ничего.
Кроме центральной площадки, всё вокруг занимали кресла. Они располагались рядами, от низких к высоким. Ближайшие к площадке кресла были на одном уровне с ней; чем дальше, тем выше поднимались. Это и впрямь походило на устройство стадиона.
Тут подошла женщина-культиватор и поклонилась Чжао Хаю и Цинь Фэну:
— Желаете хорошие места?
Цинь Фэн опешил и непонимающе взглянул на неё:
— Что это значит? Разве для того, чтобы сидеть впереди, нужны какие-то условия?
Женщина чуть улыбнулась:
— Да. Вы внесли у входа тысячу кусков нефритовой эссенции — это лишь вступительный залог. Здесь, на аукционе, вы сможете сидеть только после десятого ряда. Первые десять рядов занимать нельзя.
«Если внесёте ещё тысячу кусков, сможете сесть в десятом ряду. Если ещё две тысячи — в девятом, и так далее. Если добавите десять тысяч, сядете в первом ряду. Там ближе всего к аукционисту, и вы сможете лучше разглядеть лоты».
«К тому же те, кто сидит в десятом ряду, получают скидку в один процент на купленные лоты. А те, кто в первом ряду, — скидку в десять процентов».
«Разумеется, весь ваш залог потом можно вернуть. И эти деньги можно использовать на аукционе. Они остаются вашими, наш дом не тронет ни куска».
Цинь Фэн и Чжао Хай опешили.
Затем Цинь Фэн обернулся к Чжао Хаю.
Чжао Хай слегка нахмурился, потом чуть улыбнулся:
— Раз уж пришли, надо сидеть в первом ряду.
С этими словами он достал ещё один пространственный мешок и протянул женщине.
Та взяла мешок, открыла, и выражение её лица переменилось. Затем она с почтением произнесла:
— Прошу следовать за мной.
И повела их к первому ряду.
А Цинь Фэн шёл за ней, словно оглушённый.
Хоть он и знал, что у Чжао Хая водятся деньги, он не ожидал, что тот запросто выложит одиннадцать тысяч кусков эссенции в качестве залога. Это его и впрямь поразило.
Они уселись в первом ряду. Женщина тут же поставила перед ними небольшой столик, подала вино, фрукты и спросила, не нужно ли им ещё чего-нибудь. Здесь можно было заказать любую еду Фэнлина, и всё бесплатно.
Чжао Хай махнул рукой, попросил лишь два кувшина вина и больше ничего. Женщина удалилась.
А они не знали, что едва они сели в первом ряду, как по дворцу прокатился ропот.
Многие из собравшихся бывали на аукционах не впервые и знали правила. Раз кто-то сидит в первом ряду — значит, он внёс как минимум одиннадцать тысяч кусков эссенции. Сумма немалая.
Многие бродячие культиваторы смотрели на них с жадным блеском в глазах, словно те превратились в два больших куска нефритовой эссенции.
Цинь Фэн, чувствуя взгляды со всех сторон, заёрзал. Даже вино, только что привлёкшее его внимание, будто потеряло вкус.
Чжао Хай взглянул на него и чуть улыбнулся:
— Не напрягайся так, брат Цинь. Давай выпьем. Вино и впрямь неплохое. Похоже, в аукционном доме Фэнлина есть хорошие вещи.
Цинь Фэн горько усмехнулся:
— Конечно, хорошее. Это «Опьянение цветочным дождём» — самое известное вино Фэнлина. Один кувшин стоит пятьдесят кусков эссенции. Мы обычно не можем себе такого позволить.
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Так сегодня пей вдоволь. Ты разве не слышал? Вино бесплатное.
Цинь Фэн горько усмехнулся.
Честно говоря, под столькими взглядами он чувствовал сильное давление. Даже вино потеряло привлекательность.
Пока они говорили, стали подходить другие культиваторы. Многие садились после десятого ряда, лишь немногие — ближе. А в первом ряду пока никого не было.
Чжао Хай огляделся и чуть улыбнулся.
Хоть все взгляды и были прикованы к нему, он не придавал этому значения. Здесь его никто не знал, так что можно было вести себя как угодно. Чжао Хай решил в кои-то веки не скромничать.
В следующий час подходили всё новые культиваторы. Но никто не привлекал внимания Чжао Хая.
Привлекла его лишь одна группа.
Трое. Молодой человек лет двадцати с небольшим, очень красивый, но с бледным лицом.
Он был очень хорош собой, но бледность и холодный блеск в глазах придавали ему мрачность. Честно говоря, Чжао Хаю он не понравился.
За ним следовали два культиватора ступени Отторжения Пыли, похожие на слуг — с опущенными головами и согбенными спинами.
Их появление привлекло внимание Чжао Хая тем, что они тоже сели в первом ряду. Значит, тоже внесли одиннадцать тысяч кусков.
Когда молодой человек сел, зал всколыхнулся.
Обычно и одного человека в первом ряду хватало. А тут сразу двое. Это поразило всех.
Но удивление было впереди.
Затем в первом ряду сели ещё несколько человек. Теперь там было пять групп.
Кроме Чжао Хая и Цинь Фэна, был тот молодой господин, а также группа женщин. Все в изумрудных одеждах, с лёгкими вуалями на лицах, но с изящными фигурами — сразу видно, красавицы.
Чжао Хай по одеждам понял: это женщины из секты Зелёной Ивы.
Секта Зелёной Ивы — малая секта на землях Буюнь. Принимает только женщин, и все ученицы — писаные красавицы.
Их главное искусство — «Меч лёгкого ветра зелёной ивы», мощная техника меча. Патриарх — мастер ступени Алмазного тела, немалая сила среди малых сект Буюнь. Даже средние секты не решались с ними связываться.
А с Буюнь у них тесные связи. Говорят, каждые десять лет одна из учениц выходит замуж за внутреннего или ключевого ученика Буюнь. Секты связаны браком.
Кроме них, была группа в чёрных одеждах. На рукавах — вышивка серебряной змейки.
Чжао Хай сразу узнал: люди из Усадьбы Духовной Змеи.
Усадьба Духовной Змеи — могущественный род культиваторов под началом Буюнь. Передают знания по наследству. Их семейная техника — «Девятиоборотная сила духовной змеи», мощный метод культивации. Говорят, на высшем уровне тело становится гибким, как змея, а каждый удар — как бросок змеи.
Последняя группа была странной.
Всего один человек. Серый балахон, на спине — чёрная длинная сабля. Он сидел так, что казался обнажённым клинком — не заметить его было невозможно.
Больше в первом ряду никого не было. Зато в задних рядах сидело немало людей. Чжао Хай даже заметил несколько известных малых сект Буюнь.
Чжао Хай прищурился. Похоже, аукцион будет непростым. Иначе столько народу не собралось бы.
А Цинь Фэн и вовсе потерял интерес к вину, ёрзал и озирался, явно нервничая.
Чжао Хай взглянул на него и чуть улыбнулся:
— Брат Цинь, не волнуйся. Мы ведь не собираемся покупать что-то важное. Когда начнётся аукцион, на нас перестанут смотреть.
Цинь Фэн горько усмехнулся. Оглядевшись, он негромко произнёс:
— Похоже, сегодняшний аукцион непрост. Иначе не собрались бы те, с кем нам не тягаться.
«Видишь вон того, с саблей? Это Лэн Юэ, известный в Фэнлине мастер, прозвище — Демонический Клинок. Он из внешней ветви рода Лэн, из побочной. Род его не жаловал. Но он упорный, сам добрался до ступени Отторжения Пыли».
«Говорят, он тоже собирается на вступительный экзамен в Буюнь. Если он поступит, у рода Лэн будут большие проблемы».
Чжао Хай непонимающе взглянул на него:
— Почему? Разве он не из рода Лэн? Пусть побочная ветвь, но он их. Разве не должен он принести пользу?
Цинь Фэн холодно усмехнулся:
— Это род Лэн сам виноват.
«Отец Лэн Юэ был гением побочной ветви, но из-за конфликта с главной линией загадочно погиб. Мать растила его, терпя унижения, её положение было хуже, чем у слуг».
«Когда Лэн Юэ было шестнадцать, она умерла от болезней и истощения. Лэн Юэ ненавидит род Лэн. Поступи он в Буюнь — непременно станет мстить».
Чжао Хай кивнул:
— О роде Лэн я слышал. У них есть ученики в Буюнь, даже внутренние. Лэн Юэ станет лишь внешним учеником. Мстить будет трудно.
Цинь Фэн кивнул:
— Да, трудно. Но Лэн Юэ силён. Знаешь, какую технику он практикует?
Чжао Хай покачал головой.
Цинь Фэн усмехнулся:
— «Искусство закалки тела пяти стихий». Если он поступит в Буюнь, сразу станет внутренним учеником.
Тут Чжао Хай изумился.
Он не ожидал, что Лэн Юэ практикует именно это.
«Искусство закалки тела пяти стихий» — знаменитая в Мире Истинного Духа техника. Известна тем, что она самая простая и одновременно самая трудная среди телесных техник.
В Мире Истинного Духа техник закалки тела несметное множество.
Как «Лотосовое тело злого Будды» секты Буюнь — вершина, от буддизма к демонизму. Овладение даёт невероятную мощь, тело крепче любого инструмента, само становится оружием.
А «Искусство закалки тела пяти стихий» — самая распространённая и дешёвая телесная техника.
Не то чтобы она слаба. Напротив, она очень сильна. Достигни высшего уровня — сравнится с любой другой.
Но она стала обыденной из-за невероятной сложности.
Техника делится на девять слоёв. Первые два — базовые, нетрудные: обычная закалка, впитывание духовной энергии. Но третий слой уже труден.
На третьем слое нужно впитывать энергию дерева, избивая своё тело о деревья. Не только кулаками — всем телом. Годами, не менее тысячи ударов в год. Год — и только малый успех.
Четвёртый слой — энергия воды. Нужно зимой стоять раздетым на улице, обливаться холодной водой и впитывать её. Пока не научишься впитывать чан воды в день — малый успех.
Пятый слой — энергия земли. Бить камни. Похоже на дерево.
Шестой слой — энергия огня. Как с водой, но с огнём. Простоять час, пока огонь горит под ногами, не шелохнувшись.
Седьмой слой — энергия металла. Нужна помощь: бить железными прутьями по всему телу год.
Восьмой и девятый — впитывание силы пяти стихий, ковка тела, пока не станет как алмаз.
Боль невообразимая. Потому никто не практикует эту технику. Слишком безумно — самому искать мучений.
(Конец главы)