Вскоре во двор вошёл культиватор.
Он извлёк из пространственного снаряжения кристальный столб. Столб был высотой около двух метров, весь прозрачный, с ровной ударной поверхностью посередине и массивным основанием — пять метров в поперечнике, — прочно вдавившимся в землю.
Старейшина обернулся к Чжао Хаю:
— Иди. Ударь кулаком в середину, по ровному месту. Со всей силы.
Чжао Хай откликнулся и подошёл к столбу.
Сперва он с любопытством глянул на него, затем присел, отвёл кулак, взревел — и ударил.
Бах — дзынь —
Столб разлетелся вдребезги, обратившись в тучу осколков.
Чжао Хай опешил и с недоумением огляделся.
Это же кристальный столб секты Буюнь для испытаний — не должен он быть таким хрупким?
А старейшины смотрели на него так, словно увидели чудовище.
Помолчав, один из них произнёс низким голосом:
— Эй, принесите кристальный столб, что используется для испытаний внутренних учеников!
Один из учеников откликнулся и бросился прочь.
Когда тот ушёл, старейшина взглянул на Чжао Хая:
— Тот столб, что ты разбил, предназначен для испытаний учеников-прислужников и внешних учеников. Его предел — двести тысяч цзиней. Похоже, твоя нынешняя сила куда выше двухсот тысяч. Весьма неплохо.
Чжао Хай сложил руки в приветствии и отошёл в сторону.
Вскоре ученик вернулся во двор и вынес новый кристальный столб. На вид он ничем не отличался от прежнего — по крайней мере, сейчас разницы не было видно.
Старейшина вновь махнул Чжао Хаю.
Чжао Хай кивнул, подошёл к столбу, отвёл кулак и ударил снова.
Бах — хрусть —
На этот раз столб не разлетелся, но на нём появилась трещина. Затем по столбу скользнул фиолетовый свет — и быстро исчез.
Чжао Хай не понял, что это значит. Второй удар он наносить не стал, а с недоумением взглянул на старейшин.
А на их лицах застыло изумление.
Видя это, Чжао Хай мысленно пожалел о содеянном.
Ведь только он сам знал: в этом ударе он применил лишь половину силы. Иными словами, половину он сохранил. Но, судя по всему, сохранил всё равно мало.
И тут старейшина, что велел ему испытать силу, произнёс:
— Миллион цзиней… Даже больше миллиона! Гений, вот это гений!
С этими словами он посмотрел на Чжао Хая загоревшимися глазами и произнёс низким голосом:
— Юноша, не желаешь ли стать моим учеником?
Чжао Хай опешил.
И тут же другой старейшина возразил:
— Твоим учеником? С какой стати? Он должен быть моим учеником. Юноша, послушай: стань моим учеником — и тотчас станешь учеником истинной передачи секты Буюнь.
Третий старейшина немедленно воспротивился:
— Что это за довод? Стань он моим учеником — тоже станет учеником истинной передачи. Юноша, я — старейшина-наставник секты Буюнь. Во всей секте никто не обучает лучше меня. Юноша, ты должен понимать: сильный человек — не обязательно хороший учитель. Юноша, стань моим учеником — и станешь большим мастером.
Чжао Хай растерянно смотрел на них и горько усмехался.
Похоже, на этот раз он всё же слишком выставился напоказ — иначе до такого бы не дошло.
Старейшины всё спорили, явно всерьёз увлёкшись Чжао Хаем.
Лишь спустя время они успокоились.
Затем один из них вздохнул:
— Ладно. Такой хороший росток попадёт к нам в руки — только испортим. Доложим секте: растить его особо, с привилегиями ключевого ученика.
Другой старейшина тоже вздохнул:
— Верно. С нашими силами мы его ничему великому не научим. А если секта возьмётся растить его всерьёз — пользы будет больше.
Все кивнули.
Старейшина, что велел Чжао Хаю пройти испытание, махнул рукой:
— Ладно, присмотрите тут. Найдёте хороший росток — оставьте одного мне. А я провожу его в секту.
Остальные кивнули, но настроение у всех было неважное.
И верно: после увиденного они потеряли интерес к нынешнему открытию горных врат. По их мнению, кто бы ни пришёл — сильнее Чжао Хая не будет. А лучшего они не могли взять в ученики — вот что было досадно.
Старейшина подошёл к Чжао Хаю и произнёс низким голосом:
— Идём со мной.
Чжао Хай откликнулся и последовал за ним.
Вскоре они вышли из двора. Старейшина вёл Чжао Хая какими-то извилистыми путями, пока они не оказались в другом дворе. Там стояла телепортационная формация. Старейшина поднялся на неё вместе с Чжао Хаем, вспыхнул белый свет — и оба исчезли.
Чжао Хай почувствовал, как белое сияние перед глазами постепенно гаснет. Он с любопытством огляделся: они стояли во дворе, а неподалёку за его пределами виднелась большая гора.
Старейшина сказал:
— Здесь главный зал нашей секты Буюнь. Хоть у тебя и есть Кровавый приказ Буюнь и ты можешь вступить сразу, ты станешь лишь внешним учеником. Если хочешь, чтобы секта взялась за тебя всерьёз, тебе предстоит пройти последнее испытание — Путь очищения сердца. Пройдёшь его невредимым — станешь полноправным учеником секты, и она не поскупится на твоё обучение.
Чжао Хай кивнул:
— Да, старейшина.
Старейшина кивнул и вывел Чжао Хая из двора.
Чжао Хай огляделся. Двор стоял на небольшой горе, невысокой. Вокруг виднелось множество таких же гор. А за ними — бесчисленные большие горы, словно природная стена, окружавшая эти малые вершины.
Они спустились вниз.
По дороге то и дело попадались культиваторы, поднимавшиеся на гору. Увидев старейшину, они кланялись.
Почти никто из них не достиг ступени Мгновенного перемещения — все были на ступени Отторжения Пыли. Но Чжао Хай не смел их недооценивать. Их кожа отливала металлическим блеском, кровь и жизненная сила бурлили — сразу видно, что с ними лучше не связываться.
Чжао Хай шёл за старейшиной до самого подножия.
Старейшина говорил на ходу:
— Мы сейчас на окраине главного зала секты Буюнь. Прежде чем тебя подвергнут испытанию, тебе придётся пожить здесь. Я доложу патриарху о тебе и как можно скорее устрою твоё испытание на Пути очищения сердца. Пройдёшь — станешь внутренним учеником, а то и ключевым. Тогда сможешь покинуть это место.
Чжао Хай кивнул.
Старейшина привёл его к одной из малых гор.
На ней стоял большой двор, из которого то и дело выходили ученики секты Буюнь. Среди них были культиваторы ступени Слияния Душ и ступени Отторжения Пыли — силой не слишком выдающиеся. Чжао Хай сразу понял: это внешние ученики.
И верно — старейшина произнёс низким голосом:
— Здесь живут внешние ученики секты Буюнь. Обычно за проживание нужно платить — ежегодно вносить секте очки вклада. Ты — исключение. Идём.
Чжао Хай кивнул.
Подойдя к двору, он увидел у входа каменную стелу с высеченным иероглифом «сила».
Старейшина сказал:
— Входи. Этот двор Силы — под моим началом. Кстати, моя фамилия Го, можешь звать меня старейшиной Го. Входи.
Он провёл Чжао Хая внутрь и отвёл ему комнату.
Затем протянул нефритовый жетон:
— Это твоя временная именная табличка. С ней можешь ходить где угодно и есть в здешней столовой. Другие платят за еду, тебе не нужно. После испытания на Пути очищения сердца жетон можно будет сменить. Ладно, отдохни. Можешь осмотреться. Разумеется, в запретные земли входить нельзя.
Чжао Хай откликнулся:
— Да, благодарю, старейшина Го.
Старейшина Го махнул рукой и ушёл.
Чжао Хай оглядел окрестных культиваторов. Многие внешние ученики смотрели на него.
Не смотреть они не могли.
Хоть они и внешние ученики, но обычно все их дела решают ученики из Зала разного. Даже распределение жилья — их рук дело. А Чжао Хая привёл сам старейшина Го.
А старейшина Го — один из главных старейшин внешнего круга, обладающий немалой властью, и в секте считается влиятельным. То, что такой человек лично привёл Чжао Хая, изумило внешних учеников.
Им хотелось узнать, кто такой Чжао Хай и почему старейшина Го так его выделяет.
Чжао Хай не обращал на них внимания. Он вернулся в отведённую комнату, быстро прибрался, затем вышел и осмотрелся.
Он обнаружил, что двор Силы, где он поселился, — лишь один из дворов на этой малой горе. Всего таких дворов на горе было три. Два других назывались двор Расширения и двор Света. Все три были примерно одинаковы, и в них жили внешние ученики.
Сильнейшие из них были лишь на ступени Отторжения Пыли. Ни одного культиватора ступени Мгновенного перемещения ему не встретилось.
В другие два двора Чжао Хай не заходил. Сейчас он был лишь временным учеником. Хоть у ворот и не стояла стража, но если бы его окликнули, могли возникнуть хлопоты.
Потому он не стал входить, а повернул и пошёл вниз с горы.
(Конец главы)