Едва Ле Яньтянь услышал слова Чжао Хая и взглянул на два трупа культиваторов секты Пламенного Огня, как тотчас понял, откуда у Чжао Хая огненные громыши — и верно, от них же, только снятые с мертвецов.
От этой мысли ярость на его лице вспыхнула ещё сильнее. Он взглянул на Чжао Хая:
— Недооценил я тебя. Но у тебя громышей меньше, чем у меня. К тому же — если ты одолеешь меня, я отпущу вас. Идёт?
Чжао Хай взглянул на него, слегка улыбнулся, передал громыши Чжоу Фэну, Ся Фэю и остальным и вышел вперёд с двумя железными палицами.
Ле Яньтянь, увидев это, понял: вызов принят. Он холодно усмехнулся:
— Хорошо. Наконец-то ты согласился.
Он тоже вышел вперёд с двумя клинками.
Чжао Хай взглянул на него и слегка улыбнулся:
— Твоё оружие — демонической крови, моё — тоже. Хочу посмотреть, так ли ты силён, как говорил брат Чжоу.
Ле Яньтянь холодно усмехнулся:
— Сперва убью тебя, а потом посмотрю, продвинулся ли Чжоу Фэн за эти годы. Если нет — никому из вас не уйти.
Чжао Хай взглянул на него, слегка улыбнулся, развёл палицы и встал в стойку.
Ле Яньтянь взглянул на него, холодно усмехнулся и, не принимая никакой стойки, ринулся вперёд. Два клинка заплясали в руках, и завеса клинкового света окутала Чжао Хая.
Ся Фэй с тревогой смотрел на бой и сказал Чжоу Фэну:
— Брат Чжоу, как силён этот Чжао Лин? Не проиграл бы. У него ведь оружие демонической крови — если люди секты Пламенного Огня его отберут, будет беда.
Чжоу Фэн услышал это и слегка улыбнулся:
— Проиграет? Ха-ха-ха, подожди. Я думаю, сегодня Ле Яньтянь не то что не убьёт его — а если и устоит, то лишь потому, что силён. Скажу вам прямо: даже схватись я с Чжао Хаем — погиб бы я, а не он.
Услышав это, Ся Фэй и Ли Шуан опешили. Они не ожидали, что Чжоу Фэн так уверен в Чжао Хае. Ведь Чжоу Фэн, хоть и на ступени Отторжения Пыли, по силе — первый среди тех, кто ниже ступени Мгновенного перемещения. И вот он говорит, что в бою с Чжао Хаем погиб бы он — как тут не изумиться?
А в это время из гущи боя донёсся грохот столкновения. Удар оружия был столь силён, что привлёк их внимание. Они взглянули — и замерли. За это короткое время бойцы совершенно переменились.
Только что, когда Чжао Хай и Ле Яньтянь начали, клинковый свет почти замкнулся вокруг Чжао Хая, и он, казалось, был в невыгодном положении. Но теперь всё изменилось: Чжао Хай отыграл позицию, сражался на равных, а то и превосходил Ле Яньтяня.
И грохот стоял потому, что оба теперь бились в открытую, каждый удар — оружие в оружие, искры летели.
Увидев это, Ся Фэй и Ли Шуан опешили. Оба понимали: такой бой для Ле Яньтяня крайне невыгоден. Хоть он и говорил, что теперь тоже телесный культиватор, по его телосложению было ясно: сила — не его главное. К тому же он из секты Пламенного Огня — не телесной школы. Сравниться телом с людьми Буюнь он не мог. И оружие его хоть и демонической крови, но это два тонких клинка. В открытом бою — явный проигрыш. Любой опытный боец не стал бы биться с Чжао Хаем в открытую. Что с ним?
Чжоу Фэн, увидев их лица, слегка улыбнулся:
— Присмотритесь к движениям Сяо Лина. Ле Яньтянь не хочет биться в открытую — его вынуждают.
Они присмотрелись и поняли: верно, как сказал Чжоу Фэн. Ле Яньтянь не желал открытого боя — по углам его ударов это было видно.
Но Чжао Хай не давал ему уйти. Его удары казались простыми, размашистыми, но каждый шёл в уязвимое место. На атаки Ле Яньтяня он почти не обращал внимания. Потому Ле Яньтянь, спасая себя, вынужден был идти в открытый бой.
Конечно, будь это всё, Ле Яньтянь легко одолел бы Чжао Хая. Но Чжао Хай, казалось, уже изучил его атаки и выбирал момент безупречно. Каждый удар палицы — и если Ле Яньтянь не отбивал, палица попадала. Даже обмен ударами был невозможен: палица Чжао Хая доставала, а клинки Ле Яньтяня — нет.
Именно это чувство момента и вынуждало Ле Яньтяня каждый раз идти в открытый бой. Это был лучший способ против него.
Ле Яньтянь потемнел от ярости. Он думал, что легко разделается с Чжао Хаем, а оказался в невыгодном положении. Внешне они были равны, но Ле Яньтянь знал правду лучше всех. Он понимал: дела его плохи.
Как и думали Ся Фэй с товарищами: хоть он и телесный культиватор, главное у него — не сила, а скорость. Он рассчитывал быстро убить Чжао Хая, но был вынужден биться в открытую. С каждым ударом он чувствовал чудовищную мощь палиц Чжао Хая. Он знал: долго не протянет.
Главное же — Ле Яньтянь думал, что если и не одолеет Чжао Хая силой, то вложит в него огненную духовную энергию, поразит огненным ядом, и тот потеряет способность сопротивляться.
Но после нескольких столкновений он понял: напрасно. В палицах Чжао Хая была огромная сила, и огненная энергия, едва коснувшись её, рассеивалась, не проникая в тело. Он и впрямь ничего не мог с Чжао Хаем сделать.
Чжао Хай тоже видел положение Ле Яньтяня. На деле он давно мог убить его одной палицей, но не делал этого. Он знал: убей он Ле Яньтяня — и остальные из секты Пламенного Огня могут применить громыши. Он-то не боялся, а вот Чжоу Фэн и остальные — да. Потому он не убивал Ле Яньтяня сразу, а теснил его шаг за шагом к тем культиваторам. Делал он это медленно, так что ни Чжоу Фэн, ни люди секты Пламенного Огня не замечали его замысла.
Они бились уже около сотни ударов, и Ле Яньтянь полностью уступал. Но внешне казалось, что исход ещё не скоро решится. Лишь Чжао Хай рассчитывал расстояние и прикидывал, сможет ли уничтожить всех людей секты Пламенного Огня разом.
За время боя они несколько раз приближались к тем культиваторам, но Чжао Хай не атаковал. Однажды подошли совсем близко — и он не ударил. Не потому, что расстояние не подходило, а потому, что те были настороже. Ударь он тогда — могло не выйти.
Но после нескольких раз они утратили бдительность. Чжао Хай счёл, что миг настал. И вновь потеснил Ле Яньтяня к ним. Те следили за боем, но уже расслабились и не думали, что Чжао Хай нападёт на них.
И тут Чжао Хай решил, что расстояние достаточно. Он взревел и ударил палицей. В этот удар он вложил вдвое большую скорость и вдвое с лишним большую силу. Ле Яньтянь не успел среагировать — палица обрушилась ему на голову, убив на месте.
Эта перемена ошеломила всех.
Но Чжао Хай уже двигался. Обе палицы вырвались из рук и полетели к двум дальним культиваторам секты Пламенного Огня. Не успели те опомниться, как палицы пронзили их тела. Сам же Чжао Хай метнулся к двум ближним, схватил обоих за шеи и сжал — хруст, и оба замертво рухнули.
Скорость этих атак превзошла все ожидания Чжоу Фэна и остальных. Пока они приходили в себя, Чжао Хай уже убил пятерых. Когда они опомнились, все люди секты Пламенного Огня были мертвы. В руках они всё ещё сжимали громыши, но бросить их уже не могли.
Убив их, Чжао Хай не остановился — быстро выхватил громыши из их рук. Он знал: громыши не переносят сильного удара. При сильном столкновении могут взорваться.
Хоть его атака и отняла жизни, жизненная сила культиваторов велика. Кроме Ле Яньтяня, которому раздробили голову, остальные не умерли сразу. Дай им Чжао Хай ещё мгновение — и они могли бы применить громыши для последней мести. Потому он первым делом забрал громыши, лишив их даже этой возможности.
Те культиваторы секты Пламенного Огня, не успев опомниться, были убиты, а громыши отобраны. Они впились взглядами в Чжао Хая, но сил для отпора уже не осталось.
(Конец главы)