Холодный мужской голос донёсся сверху. Низкий и притягательный, он звучал приятно, словно струны циня.
Но в этой обстановке в нём ощущалось убийственное намерение.
Цзян Муянь насторожённо огляделся.
— Кто здесь?
Сдерживая боль в руке, он перевернулся и вскочил с земли.
Жун Шан почувствовала неладное. Она несколько раз позвала систему, но ответа так и не получила.
«Опять что-то задумало?»
Вдруг налетел холодный ветер. Кровавая духовная жемчужина, всё это время висевшая над головой Жун Шан, со свистом полетела обратно.
Алое сияние во дворе постепенно сжалось и переместилось к белой стене.
Жун Шан проследила за светом. На стену легла длинная тень.
— Инь Мо!
Холодный голос снова раздался с крыши.
Жун Шан подняла глаза.
В густой ночи на карнизе стоял высокий мужчина в прямом белом одеянии. Длинные чёрные волосы струились по спине.
Его лицо было поразительно красивым: острые брови, яркие глаза, высокий нос. Особенно выделялись узкие звёздные глаза — будто нежные, но одновременно холодные и далёкие.
Белая фигура на крыше излучала благородство и неприступную прохладу.
Одного взгляда было достаточно, чтобы потерять голову.
Жун Шан тоже хватило одного взгляда.
Её глаза вспыхнули.
Именно тогда система наконец вернулась:
[Богиня, цель завоевания появилась!]
Цель завоевания?!
«Да чтоб тебя!»
Вот этот мужчина и был её целью?
И более того — именно он оказался настоящим Инь Мо?
Тогда…
Жун Шан медленно улыбнулась, и от этой улыбки стало не по себе.
Система почувствовало опасность и сразу подняло воображаемые руки:
[Богиня, я виновато. Не следовало над вами подшучивать].
«Я хочу кого-нибудь убить».
Чем больше система обновлялась, тем больше неприятностей приносила.
— Инь Мо? — Услышав это имя, Цзян Муянь резко сузил глаза и посмотрел на раненого мужчину рядом. — Невозможно! Если ты Инь Мо, тогда кто он?!
— Я книжный слуга главы школы, — первым ответил Инь Сэнь.
Книжный слуга?
И Цзян Муянь, и Жун Шан были ошеломлены.
Особенно Цзян Муянь. Он холодно рассмеялся.
— Нелепость. Просто нелепость!
— Моя сестра должна выйти за главу обители Минхуа, Инь Мо. Как её женихом может быть простой книжный слуга?
Он решил, что люди Минхуа передумали и выдумали эту ложь, чтобы разорвать помолвку.
Но в следующую секунду красавец на крыше протянул руку.
Парящая в воздухе Кровавая духовная жемчужина перелетела к нему и легла на белую изящную ладонь.
Красный свет погас. Пальцы Инь Мо сомкнулись.
Двор вернулся к прежнему виду.
Цзян Муянь и представить не мог, что за невестой приехал всего лишь книжный слуга. Его лицо потемнело, палец указал на мужчину в белом.
— Вот как! Не ожидал, что люди Минхуа настолько не держат слово.
— Глава Инь решил посмеяться над усадьбой Гуйлинь?
— Хозяин Цзян, наш глава…
Инь Сэнь хотел объяснить, но Жун Шан перебила его.