Жун Шан улыбалась.
Что скрывалось за этой многозначительной улыбкой — знала, наверное, только она сама.
А вторая наложница, увидев, что Ли Хао пойман,
уже не могла сохранять спокойное выражение. Внутри всё металось.
Она быстро посмотрела на Ли Хао.
Тот тоже выглядел растерянным.
Он вообще не понимал, что за человек эта Гуань Шуцин и откуда у неё такая сила.
Вторая наложница неловко улыбнулась.
— Шуцин, что случилось?
Жун Шан сразу толкнула Ли Хао вперёд.
Силы оказалось столько, что мужчина рухнул и буквально проскользил по полу к ногам второй наложницы.
Та испуганно вскрикнула.
Только успела сесть обратно,
как Жун Шан сказала:
— Этот тип ночью пытался выпустить в мою комнату ядовитую змею.
— Я... я не делал! — Ли Хао сразу отказался.
Но он сам не понимал:
ведь только что точно выпустил всех змей из мешка.
Почему... одна всё ещё выпала из чёрной ткани, когда Жун Шан её вытряхнула?
В ту секунду лицо второй наложницы стало белым как бумага.
А Ли Хао, сидя на земле, начал судорожно отползать ногами.
— Не надо... не надо сюда!
Ещё немного — и оба расплачутся.
Жун Шан смотрела и едва сдерживала смех.
— Младшая матушка, даже не знала, что в семье Гуань появились такие талантливые люди.
Она подошла и наступила змее прямо на голову.
Странно.
Одного движения хватило — змея, только что извивавшаяся на полу, замерла.
Ли Хао и вторая наложница одновременно выдохнули.
Та дрожащей рукой указала на мёртвую змею.
— Откуда... откуда в доме взялось такое?
Притворяется дурой.
Жун Шан изначально знала: она ни за что не признается.
Но Жун Шан и не собиралась раздувать дело до предела.
Она хотела лишь предупредить мать с дочерью и всех в доме, кто замышляет против неё дурное.
— Младшая матушка, если даже ты не знаешь, откуда мне знать?
Она улыбалась и не спеша посмотрела на мужчину впереди.
Тот встретился с её острым взглядом.
Не выдержал и сразу опустил голову.
Через половину зала Жун Шан услышала, как он тихо спросил вторую наложницу:
— Что теперь делать?
Та сама была в ужасе.
Только прошептала:
— Возьми всё на себя.
— Я... — Ли Хао резко вскинул голову, глаза расширились.
Жун Шан увидела это и спросила:
— Что вы там обсуждаете?
Вторая наложница не хотела связывать себя с этим мужчиной.
— Ничего. Тебе послышалось.
Ли Хао услышал.
Машинально выпрямился, руки по бокам сжались в кулаки.
Было видно: такое решение ему совсем не нравится.
Тут Жун Шан сказала, что позовёт патруль и отдаст его властям.
Она только повернулась,
как вторая наложница поспешно остановила:
— Шуцин, всё-таки это внутреннее дело семьи Гуань. Может... не стоит выносить наружу?
— Если пойдёт слух, какой позор.
— А если меня укусит ядовитая змея и я умру — не позор?
Что она вообще несёт?
Вторая наложница замахала руками.
— Я не это имела в виду. Я просто...
— Всё, младшая матушка. — Жун Шан оборвала её, лицо стало ледяным. — Я вообще не понимаю, почему ты так защищаешь постороннего.
— Я...
— Младшая матушка, я член семьи Гуань. Если я умру, какая тебе выгода?
— Я вовсе не это...
После нескольких обменов словами вторая наложница уже выглядела так, будто сама стала сообщницей.
Она действительно начала бояться Жун Шан.
— Ладно-ладно. Зови патруль.