Опасность приблизилась.
Жун Шан прищурилась.
Длинная палка со свистом опустилась сверху, но она подняла руку и перехватила её.
Нападавший изменился в лице и попытался вырвать оружие.
Жун Шан резко ударила ногой.
— Ай!
Мужчина отлетел назад.
Теперь стало видно ещё троих или четверых в одинаковых чёрных майках. На лицах — свирепые выражения.
Но стоило Жун Шан с палкой шагнуть вперёд, как все отступили.
Она презрительно улыбнулась.
— С такой смелостью решили нападать на людей?
— Н-нет, — запинаясь, заговорил главный. — Мы хотели попросить сестру Шан об услуге.
— Вы меня знаете?
Взгляд Жун Шан стал острым.
Мужчина робко кивнул.
— Нас прислал Толстяк.
Значит, они были знакомы с той группой.
Вероятно, дело в невыплаченных деньгах.
Жун Шан не собиралась вмешиваться. Она посмотрела на лежащую Ли Цзяци, наклонилась и помогла ей подняться.
Мужчины переглянулись и, не выдержав молчания, выложили всё.
— Сестра Шан, сегодня днём Цзян Хуэй написала нам. Приказала перехватить вас и сломать три ребра.
— Она не знает, что Толстяк рассказал знакомым всю историю.
Эти люди дружили с его компанией.
Узнав правду, они не только не хотели помогать Цзян Хуэй — им самим хотелось проучить её.
Но тридцать тысяч оставались не выплачены. Если они ошибутся и попадутся, будет особенно обидно.
Поэтому они хотели, чтобы Гу Нишан подыграла: изображала нападение, пока они потребуют деньги…
— Какое мне дело?
Холодный вопрос оборвал объяснения.
Жун Шан усмехнулась.
Зачем ей участвовать?
Даже если Цзян Хуэй не заплатит, Толстяк и остальные после освобождения сами с ней разберутся.
Она не собиралась решать проблемы врага.
Жун Шан поддержала Ли Цзяци и повернулась, но мужчины преградили путь.
— Не согласишься — не вини нас за грубость.
Толстяк рассказывал, будто эта девушка невероятно сильна. Они хотели проверить сами.
Всего лишь двадцатилетняя студентка. Насколько опасной она может быть?
Через минуту весь переулок был усеян телами.
Мягкий лунный свет падал сверху.
Жун Шан посмотрела вниз и носком коснулась ближайшего мужчины.
Тот задрожал.
— Мы больше не будем.
— Цзян Хуэй писала сообщения или звонила?
— И то и другое.
— Хорошо. Возьмёте телефоны и пойдёте в полицию.
Главарь замялся.
— А наши деньги?..
Хотелось использовать заявление как угрозу и всё-таки получить плату.
Но Жун Шан словно прочитала мысли.
— Попытаетесь провернуть что-нибудь ещё — три сломанных ребра будут уже у вас.