Улыбка графа Антона исчезла.
Когти вытянулись, и он бросился вперёд.
Жун Шан уже приготовилась встретить удар.
Но мужчина внезапно наклонился, схватил Шэн Чжанди за ворот и поднял с пола.
Из-за потери крови лицо юноши побелело.
Стоило дёрнуть раненое тело, как боль лишила его возможности говорить.
В этот момент в голове вдруг всплыло имя Фэн Линсюэ.
Шэн Чжанди замер и почти перестал сопротивляться.
Перед глазами возникла её улыбка.
Такая яркая.
Она махала ему рукой:
— Иди сюда, Шэн Чжанди.
— Скорее. Я тебя жду.
На самом деле…
Фэн Линсюэ действительно хорошо к нему относилась.
Поначалу они постоянно ругались и дрались.
Но потом, когда он заболел и всю ночь горел от жара, рядом сидела она.
Когда он был ранен, именно она перевязывала раны.
Когда капризничал и устраивал сцены, рядом всё равно оставалась она.
Однажды Фэн Линсюэ сказала:
— И по долгу, и по личным причинам я тебя защищу.
С долгом всё было понятно.
Он называл её хозяйкой.
Но что значит «по личным причинам»?
Он тогда спросил.
Фэн Линсюэ озорно моргнула, подошла и потянула его за ворот.
— Личное — это мы с тобой.
…
Шэн Чжанди хорошо помнил её влюблённый взгляд.
Он ничего не ответил.
Не потому, что не понял.
Просто не хотел понимать.
Волчий народ и люди были врагами.
Даже после того, как его собственное тело изменилось, он всё равно не мог принять мысль о предательстве семьи.
Любовь Фэн Линсюэ он в итоге отверг.
Шэн Чжанди закрыл глаза.
Горячие слёзы сами вырвались наружу и упали на руку графа Антона.
Тот посмотрел на него и разозлился ещё сильнее.
— Ещё смеешь плакать? Если бы не ты, Линсюэ была бы жива!
Подлец.
Теперь, когда она умерла, он думает, что пары слёз достаточно, чтобы искупить вину?
Антон схватил его за горло.
Шэн Чжанди начал задыхаться, руки бессильно дёргались.
Жун Шан резко изменилась в лице.
— Отпусти его!
— Отпустить?
Граф усмехнулся.
Мечтать не вредно.
Пальцы сжались ещё сильнее.
Антон смотрел на Жун Шан и медленно пятился назад.
Она шла следом.
— Повторяю: отпусти его.
Шэн Чжанди уже покраснел и почти не мог вдохнуть.
Если так продолжится, он действительно умрёт.
У семьи Шэн почти никого не осталось.
Жун Шан нахмурилась и на несколько секунд задумалась.
Потом подняла взгляд.
— Говори. Что мне сделать, чтобы ты его отпустил?
Граф Антон расхохотался.
— Я правильно услышал, Шэн Чжанань?
— Ты меня просишь?
Жун Шан промолчала.
Молчание было ответом.
Ресницы Шэн Чжанди дрожали.
Он был напуган.
Из сжатого горла вырвался слабый голос:
— Н-не надо… Не слушай его.
Улыбка графа исчезла.
Он ещё сильнее сжал горло пленника.
— Заткнись!
Затем взгляд мужчины скользнул к пистолету на полу.
— Подними оружие.
Жун Шан встретилась с ним глазами.
Она задержалась лишь на несколько секунд.
— Подними!
— Хорошо.
Она подчинилась.
Граф Антон снова улыбнулся.
— А теперь направь ствол себе в сердце.
Шэн Чжанди мгновенно распахнул глаза.
Он уставился на Жун Шан.
Пистолет в её руке уже развернулся к собственной груди.