Щёлк.
Дверь позади внезапно открылась.
Гун Цзымо не ожидал и чуть не завалился внутрь.
Жун Шан успела подхватить его, и он кое-как удержался на ногах.
Она холодно посмотрела на вторую наложницу.
— Что случилось?
Та заметила, что Жун Шан даже не поздоровалась, поджала губы и явно осталась недовольна.
— Юнь Си, я хочу кое-что спросить.
Жун Шан кивнула:
— Спрашивайте.
Слишком уж прямо.
Вторая наложница потеряла дар речи.
Оглянулась по сторонам и наконец посмотрела на стоящего рядом мужчину.
— Цзымо, иди к себе и ложись спать.
Хотела отослать его.
Гун Цзымо отказался:
— Не хочу.
Он тут же повернулся и крепко схватил Жун Шан за руку.
Она на секунду замерла.
Ощущение почему-то отличалось от прежнего.
Подняла глаза.
Гун Цзымо надул губы и с недовольным видом сказал:
— Не хочу. Я хочу быть с сестрой.
Жун Шан пришлось признать: играет он великолепно.
Если бы она заранее не знала правду, сейчас и сама поверила бы.
Вторая наложница сочла его капризным.
— Цзымо, иди спать. Утром проснёшься — попросишь сестру снова с тобой погулять.
Редкий случай: она говорила с ним почти ласково.
— Послушайся. Уже поздно, пора отдыхать.
У Жун Шан от её тона мурашки побежали.
У Гун Цзымо, наверное, тоже.
Он прикусил нижнюю губу и посмотрел на Жун Шан.
Она кивнула.
Тогда спорить больше не стал.
— Ладно. — Голос прозвучал разочарованно. — Пойду спать.
— Иди. — Жун Шан похлопала его по руке.
И тут он неожиданно заявил:
— Тогда сестра должна меня поцеловать.
— …
Он не слишком ли увлёкся ролью?
Ещё и требует поцелуй?
Жун Шан больше всего удивило другое: разве он не относился к ней с явным отвращением? Почему сам просит о таком?
Вторая наложница тоже не представляла, что после несчастного случая Гун Цзымо станет таким.
Стоять рядом и смотреть на их нежности ей было ужасно неловко.
После ухода Гун Цзымо она ещё некоторое время приходила в себя.
Потом повернулась к Жун Шан и фыркнула.
Снова с презрением:
— А ты способная. Надо же было заставить Гун Цзымо так к тебе привязаться.
Ведь и до аварии, и после неё этот человек смотрел на всех свысока.
Никого особо не замечал.
Жун Шан понимала, что женщине это неприятно.
Только улыбнулась и ничего не ответила.
Отступила в сторону и пригласила войти.
Вскоре дверь закрылась.
А человек, который уже ушёл, вернулся и остановился снаружи.
— Юнь Си, управляющий сказал, что в тот день именно ты привезла Цзымо обратно.
— Да.
Жун Шан и так знала, ради чего та пришла.
Себе налила простой воды, а второй наложнице — бокал красного вина.
Протянула.
Та взяла.
— Юнь Си, я хочу знать, что тогда произошло.
Смотрела слишком внимательно.
Жун Шан встретилась с ней взглядом и отвела глаза.
На губах появилась лёгкая улыбка.
На самом деле ей хотелось спросить: а ты вообще кто такая?
Даже господин и госпожа Гун ещё не задавали таких вопросов. С чего именно она должна отчитываться?
Наверное, вторая наложница и сама почувствовала, что перегибает.
Отвела взгляд, натянуто улыбнулась и заговорила приятнее:
— Хотя Цзымо не мой сын, мы все живём под одной крышей. Значит, семья.
К этому моменту её глаза вдруг даже увлажнились.
Жун Шан смотрела и считала игру довольно фальшивой.
— У этого ребёнка постоянно какие-то беды. Мне и смотреть больно.
— Когда господин сказал, что его разум восстановился, я правда была рада за него. Но кто же знал…