Однако удача явно отвернулась от Гу Байли. Едва он договорил, как споткнулся о диван и упал на сиденье.
Отступать больше было некуда. Он обречённо прикрыл глаза.
Кто бы мог подумать, что великий молодой господин семьи Гу раз за разом будет попадать в неловкие ситуации из-за Тан Шэна.
Жун Шан уже наклонилась над ним, уперев ладони в диван. Лёгкий аромат её тела окутал Гу Байли.
— Гу Байли, почему ты убегаешь?
Она приподняла его за подбородок. Гу Байли задержал дыхание, открыл глаза и сразу встретился с её красивым взглядом.
Жун Шан улыбнулась:
— Знаешь, почему я тебя целую?
— Почему?
— Потому что… — Она намеренно растянула паузу, заставив его напрячься. — Мне нравятся мужчины.
Гу Байли словно молнией ударило.
Он широко раскрыл глаза:
— Тебе нравятся мужчины?
Он действительно связался с геем?
Гу Байли резко сел и шлёпнул её по руке.
Жун Шан опасно прищурилась.
— Что, теперь я тебе противна?
— Я…
Он запнулся.
Конечно, противна. Должна быть противна.
Но слова, которые казались такими очевидными, почему-то застряли в горле.
В следующую секунду его ноги придавило. Пока Гу Байли молчал, Жун Шан уже уселась ему на колени.
Его лицо мгновенно покраснело.
— Тан Шэн, слезь с меня!
Взрослый мужчина сидит у него на коленях — ни стыда ни совести.
Гу Байли попытался оттолкнуть её, но в этом тонком теле таилась неожиданная сила. Жун Шан даже обняла его за шею, сделав их положение ещё более тесным.
Заметив его пылающие щёки и услышав бешеное сердцебиение, она лукаво улыбнулась и приблизилась к уху.
— Скажи, я тебе нравлюсь?
Впервые мужчина признавался ему в чувствах. Гу Байли нервничал так сильно, что не мог связать двух слов:
— М-молодой господин…
Он совсем не был похож на себя. Жун Шан озорно улыбнулась и перебила:
— Нравлюсь, верно?
— Понятно. Я всё поняла.
Не дожидаясь ответа, она наклонилась и поцеловала его.
Гу Байли с самого начала не дали вставить ни слова.
Их губы соприкоснулись. Длинные ресницы Жун Шан невесомо коснулись его кожи, словно перья, щекочущие самое сердце.
В конце концов чувства победили разум. Гу Байли поднял руки, собираясь обхватить её за талию, перевернуться и прижать к дивану.
Но в самый неподходящий момент зазвонил телефон.
Объятия опустели. Его руки так и зависли в воздухе, а Жун Шан уже отошла отвечать.
Вместе с теплом из рук будто исчезло что-то из груди.
Гу Байли застыл, глядя на тонкую фигуру неподалёку, и словно только теперь что-то осознал.
Он терпеливо ждал её возвращения, как обиженная жена, но, закончив разговор, Жун Шан первым делом сказала:
— Гу Байли, тебе лучше уйти.