В марте на Бали состоялась пышная свадьба.
Жун Шан надела платье, которое Гун Цзымо придумал для неё сам, взяла Юнь Хао под руку и пошла по красной дорожке.
Громкие аплодисменты.
Ослепительные огни.
Повернув голову, она увидела покрасневшие глаза Юнь Хао.
В этот момент он действительно что-то почувствовал.
Жун Шан слегка улыбнулась и наконец полностью расслабилась.
Можно считать, что ещё одно большое желание первоначальной Юнь Си исполнено.
Свадьба та же.
Лица другие.
Душа всё та же.
Когда Жун Шан снова оказалась рядом с ним на свадебной сцене, мужчина взял её руку и горячо поцеловал тыльную сторону ладони.
Коробочка с кольцом открылась.
Огромный бриллиант засверкал под светом ламп.
Гун Цзымо взял кольцо дрожащими пальцами и медленно надел на безымянный палец.
Жун Шан улыбнулась.
Внизу стоял такой шум, что она смогла тихо прошептать ему в ухо:
— Не нервничай так.
Столько раз — а он всё равно нервничает.
Конечно, вторую часть она оставила при себе.
Иначе свадьба быстро превратилась бы в сцену разрыва.
Гун Цзымо ещё решит, будто она уже много раз выходила замуж за других.
— Я… я не нервничаю.
Он изо всех сил сохранял серьёзность.
— Это кольцо нервничает.
— Ну конечно.
Жун Шан посмотрела на него с тёплой улыбкой.
Свадьба началась около пяти-шести вечера и тянулась почти до одиннадцати.
Когда они вернулись в отель, у Жун Шан всё тело ломило от усталости.
А Гун Цзымо выглядел так, будто только проснулся.
Шёл позади, держал шлейф платья и жевал жвачку.
Да, сегодня он не выпил ни капли.
Родственники и друзья постоянно подходили с тостами, но Гун Цзымо объявил:
— Кто сегодня меня не заставляет пить — завтра тому месячный тур по Европе. Всё за мой счёт.
Вот так предложение.
Только желающих выпить с ним набралось если не сотня, то несколько десятков.
А теперь он сам публично пообещал такое.
Кто откажется от бесплатного месяца в Европе?
Жун Шан обернулась.
— Управляющий сказал, сегодня к тебе подходили сто двенадцать человек. Ты правда оплатишь всем месяц по Европе?
Он ведь даже не уточнил — скромно путешествовать или роскошно.
— Смотри, так и разоришься.
Жун Шан беспомощно покачала головой.
Богатые люди, конечно, живут по своим правилам.
Сплошная прихоть.
Гун Цзымо увидел неодобрение и рассмеялся.
— Не разорюсь. Сколько можно потратить за месяц?
— Ты у меня спрашиваешь?
Она едва не закатила глаза.
Он снова рассмеялся.
Передал шлейф служанке, а сам подошёл и обнял Жун Шан за плечи.
— Юнь Си, ты мужа совсем ни во что не ставишь, да?
Если десяток-другой людей поедят и поживут месяц — и он уже банкрот, тогда ради чего столько лет работал?
— Ладно.
Раз он так уверен, спорить не будет.
Но уже в номере Жун Шан спокойно добавила:
— Если денег слишком много и не знаешь куда девать — трать на меня. Я выдержу любую сумму.
Служанка как раз опустила шлейф и собиралась выйти.
Услышав это, не удержалась и прыснула.
Гун Цзымо сразу повернулся.
Служанка поспешно опустила голову.
— Третий молодой господин, госпожа Юнь Си, я тогда…
— Подожди. Как ты её назвала?
Гун Цзымо нахмурился.
Голос стал жёстким.
Служанка только теперь сообразила, что ошиблась.
— Простите! Я просто по привычке…
— Всё.
Жун Шан хлопнула Гун Цзымо по руке.
— Не делай такое лицо, пугаешь людей.
Потом обратилась к служанке:
— Иди отдыхай.
Та выдохнула с облегчением.
— Спасибо, третья молодая госпожа.