Только выслушав менеджера, Жун Шан узнала, что помощница ещё вчера прибегала к брату Хао и плакала из-за того, что о переезде ей ничего не сказали.
Но доказывало ли это, что уволилась она именно поэтому?
Конечно нет.
Историю с камерой Жун Шан всё равно собиралась расследовать дальше.
Что до помощницы — одну потеряла, найдёт другую.
Она поручила это брату Хао, и уже следующим утром он привёл новую кандидатуру.
Женщине было за тридцать. Она успела побывать замужем, развелась и теперь одна растила троих детей. Жилось ей нелегко.
Но работала она быстро, соображала тоже хорошо, поэтому Жун Шан решила оставить её.
К концу года закончились съёмки последнего фильма. На кинофестивале Жун Шан получила сразу две награды — за лучшую женскую роль и за лучшую женскую роль второго плана.
Год вышел урожайным.
До Нового года оставалось десять дней. На улицах уже вовсю чувствовался праздник.
Менеджер сообщил: остался последний рабочий выход.
После одного телевизионного шоу она наконец сможет отдыхать.
За столько лет в индустрии впервые выпадал отпуск почти на полмесяца.
Разумеется, всё это организовал Шэнь Люнянь.
Жун Шан об этом не знала и даже решила, что компания вдруг стала человечнее.
Двадцать четвёртого дня двенадцатого лунного месяца у неё выдалось свободных полдня, и она съездила в дом семьи Чжун.
Отец как раз ушёл покупать всё необходимое к празднику.
Но дом пустым не был.
Чжун Жу вернулась.
Жун Шан слышала, чем для неё закончилась последняя история. После выписки Чжун Жу пошла к Лэй Хуну, а тот от неё отказался и переключился на более молодую новичка.
В индустрии ей тоже почти не осталось места — Лэй Хун фактически убрал её со сцены и лишил работы.
Нетрудно представить, в каком положении она оказалась.
Когда Жун Шан вошла, Чжун Жу как раз пила воду.
Увидев её, женщина мгновенно вскипела и плеснула содержимое стакана прямо в лицо.
Жун Шан успела шагнуть в сторону.
— Чжун Ся, ты ещё смеешь сюда приходить?!
Чжун Жу с силой поставила стакан и направилась к ней.
Стоило протянуть руку, чтобы толкнуть, как Жун Шан перехватила запястье.
Чжун Жу дёрнулась, но вырваться не смогла.
— А почему мне нельзя приходить?
Жун Шан с насмешкой оглядела её с головы до ног.
— Я вот хотела спросить: ты же ушла, разве нет?
После прошлой попытки сбросить её с высоты отец Чжун действительно выгнал Чжун Жу.
Жун Шан прекрасно знала, что после больницы именно он снова привёл старшую дочь домой.
Но сейчас нарочно делала вид, будто ничего об этом не слышала.
— Ты уже поправилась. Зачем вернулась? Выходи отсюда.
Чжун Жу хотела сама устроить ей неприятности, а в итоге оказалась прижатой к стене собственными словами.
Вспомнив всё, что пережила за последние дни, она едва не задохнулась от ярости.
Взгляд стал таким, будто ей хотелось разорвать Жун Шан на куски.
Размахивая руками, Чжун Жу случайно задела стоявшую у двери метлу.
Та с грохотом упала.
Женщина тут же наклонилась и схватила её.
Теперь в руках было хоть какое-то оружие.
Шлёп!
Она ударила Жун Шан по ноге.
Та не ожидала и не успела уклониться.
— …
— Чжун Ся, не думай, что я тебя боюсь!
Жун Шан и не думала.
Она без выражения смотрела, как Чжун Жу мечется перед ней, словно нелепая клоунесса.
Наконец глаза слегка сузились.
Лампочка в потолочном светильнике у двери неожиданно сорвалась и упала прямо Чжун Жу на голову.
Удар оказался сильным. Пошла кровь.
Чжун Жу качнулась, перед глазами потемнело.
Она ухватилась за дверной косяк и едва удержалась на ногах.
— Я… что это…
Да что же ей так не везёт?!