Сказано — сделано.
На следующий день они зарегистрировали брак и официально стали супругами.
Свадьбу ещё не провели, а Чжань Наньтин уже увёз Жун Шан за границу в медовый месяц.
Теперь он единолично управлял семьёй Чжань. Жун Шан почти прекратила отношения с семьёй Су. Никто из старших не мог им указывать, и супруги сами решали, как жить. В том числе — когда заводить детей.
В прежних мирах Жун Шан обычно довольно рано рожала, после чего почти теряла свободу ради семьи.
Чжань Наньтин предоставил выбор ей. Если она не хотела беременности, он был готов позаботиться о защите.
Жун Шан сказала, что сначала хочет несколько лет пожить только вдвоём. Мужчина оказался вполне доволен.
Следующие четыре-пять лет они путешествовали, наслаждались едой и развлечениями.
Их жизнь была настолько гармоничной, что в высшем обществе пару называли образцовыми супругами. Они жили так, как мечтали многие.
***
На пятую годовщину свадьбы Чжань Наньтин устроил небольшую встречу и пригласил близких друзей.
Неизвестно, какой негодяй подмешал ему что-то в алкоголь, но в ту ночь всё сложилось настолько точно, что Жун Шан забеременела с первой попытки.
Эпоха жизни только вдвоём закончилась.
После новости Чжань Наньтин заботился о ней ещё внимательнее. От радости он даже достал духовную жемчужину, которую хранил как величайшее сокровище, и подарил жене.
За окном стояла глубокая ночь, комнату заливал мягкий лунный свет.
Жун Шан посмотрела на протянутую коробку и прижала её рукой.
— Зачем отдаёшь мне жемчужину? Оставь себе.
Она и так изначально принадлежала ему.
— Нет.
Чжань Наньтин взял её ладонь и вложил коробку.
— Я сам не понимаю, почему так упорно хранил её. Просто всегда чувствовал особую связь.
Он обнял Жун Шан за плечи, позволив положить голову ему на плечо, и открыл крышку.
Алый свет отразился в её персиковых глазах.
Жун Шан невольно протянула вторую руку и коснулась жемчужины.
Над головой прозвучал низкий голос:
— Не знаю, что со мной. Но мне постоянно хочется отдать её тебе.
Он чувствовал к ней ту же необъяснимую связь, что и к жемчужине.
— Почему?
Если в нём сохранилась частичка памяти Инь Мо, этого всё равно было недостаточно. Кровавая духовная жемчужина являлась сокровищем обители Минхуа и напрямую с Жун Шан не была связана.
Пока она размышляла, алый свет стал ярче. На поверхности на мгновение возникли обрывочные образы, слишком быстрые, чтобы их рассмотреть.
Снова.
Жун Шан опасно прищурилась.
Ещё пять-шесть лет назад на помолвке она поняла, что это именно Кровавая духовная жемчужина. Дважды появившиеся образы подтверждали, что она действительно умеет показывать видения.