Жун Шан спросила, что случилось.
Он не ответил, только ходил с мрачным лицом.
Она продолжала приставать.
Хуа Наньюэ выпил две чашки воды и наконец сказал:
— Мама пригласила Чэнь Синьлань домой на ужин.
Он думал, мать зовёт его по важному делу.
А оказалось — фактически устраивает знакомство с Чэнь Синьлань.
Если бы это была не его мать, он бы спросил, не ударилась ли она головой.
Она прекрасно знает, что он помолвлен — причём именно она когда-то выбрала ему невесту. И теперь сама пытается подсунуть другую женщину.
Жун Шан нахмурилась.
— Тётя очень любит её.
— А мне какое дело? — раздражённо бросил Хуа Наньюэ.
Жун Шан замолчала.
Через некоторое время мужчина, видимо, понял, что сорвался зря.
Поднял глаза.
Жун Шан уже смотрела в телефон.
Он поджал губы, встал и подошёл.
Тень накрыла её, и прежде чем она успела поднять голову, мужчина обнял.
— Прости.
Жун Шан посмотрела на его задумчивое лицо и улыбнулась.
— За что?
— Твоя мама что-то сказала?
— …
— Предложила тебе жениться на Чэнь Синьлань?
— Нет, — мгновенно отрицал Хуа Наньюэ. — Но даже если бы предложила, я бы никогда не согласился.
Абсурд.
— Тогда всё хорошо. — Жун Шан провела ладонью по его лбу, разглаживая складку. — Не хмурься. Некрасиво.
…
Ночью Жун Шан сходила в душ.
Когда вышла, Хуа Наньюэ уже исчез.
Телефона на столе тоже не было.
Она позвонила.
Ответил Хуа Дунлинь и сказал, что пьёт снаружи. Попросил больше не беспокоить.
Ладно.
Главное, предупредил.
Жун Шан легла спать.
Но вскоре позвонил Хо Янь и попросил срочно приехать в бар «Цинцин».
Причина — Хуа Дунлинь снова кого-то избивает.
Жун Шан изменилась в лице, завершила звонок и бросилась искать такси.
Глубокой ночью в баре «Цинцин» Хуа Дунлинь прижал Оуяна к полу танцплощадки и избивал кулаками.
Зрителей было полно.
Но вмешаться не решался никто.
Причина проста: его не могли победить.
Даже Хо Янь.
Оуян уже истекал кровью из носа, а Хо Янь метался рядом.
— Хороший зять, отпусти его хоть на этот раз.
Уговоры не действовали.
Хо Янь едва ли не лёг на пол.
Оуян вопил:
— А-Янь, спаси меня!
Хо Янь облизнул сухие губы и не знал, что делать.
Бах. Бах. Бах.
Кулак за кулаком.
Взгляд Хуа Дунлиня был мрачным, глаза налились красным.
Как настоящий царь ада — одного вида хватало, чтобы люди боялись.
Хо Янь понимал, что силой не справится, и продолжал уговаривать.
А потом случайно получил удар сам и перекатился по полу.
Уголок рта сразу посинел.
Когда Жун Шан приехала, вокруг царил хаос.
Хуа Дунлиня удерживали несколько охранников бара.
Оуяна друзья уже подняли.
Кровь капала, лицо распухло, сам он едва стоял.
Жун Шан нахмурилась, подошла и дёрнула Хуа Дунлиня за рукав.
Он посмотрел на неё без выражения.
— Почему ты его избил?
Объяснять не стал.
Просто стряхнул руки охранников, поправил воротник и вышел.
Когда Жун Шан догнала, он уже сел в машину и собирался уезжать.