По содержанию Жун Шан сразу поняла: сообщение от Шэнь Тин.
Похоже, совесть у неё ещё осталась.
Но боль переживала прежняя владелица тела.
Жун Шан не собиралась использовать её тело, чтобы прощать тех, кто причинял страдания.
Если бы прежняя Гу Нишан могла победить это,
если бы смогла отпустить,
возможно, она не выбрала бы смерть.
Жун Шан без выражения убрала телефон.
С площадки ощущался сильный взгляд.
Она подняла голову. Бэй Мо стоял с мячом и смотрел прямо на неё.
Даже с расстояния доносились крики товарищей:
— Бэй Мо, на женщину засмотрелся?
— Бросай мяч!
Жун Шан улыбнулась.
Холодное лицо Бэй Мо тут же смягчилось.
***
После занятий он пришёл к двери аудитории и повёл её в столовую.
Студенты уже разошлись.
Бэй Мо вошёл, сел рядом и положил руку на парту. Наклонив голову, наблюдал, как она то пишет, то останавливается.
Взгляд был нежным.
— Снова наказали?
— Угу.
— Ничего не поделаешь. Я от природы притягиваю ненависть.
Бэй Мо рассмеялся и ущипнул её за щёку.
— Ещё гордишься.
— Сколько листов?
— Пятьдесят.
Пятьдесят…
Улыбка исчезла. Он выпрямился и потянулся за ручкой.
— Я помогу.
Пятьдесят листов — они хотят измучить его жену?
— Не нужно.
Жун Шан хотела продолжить, но краем глаза заметила быстро приближающуюся фигуру.
— Кто-то идёт, — тихо предупредила она.
Подбежала Ли Цзяци.
— Нишан, старший Бэй Мо.
Она остановилась, тяжело дыша.
Жун Шан подняла голову.
— Что-то случилось?
— Да. Родители Шэнь Тин приехали. Те мужчины тоже здесь, сейчас все в кабинете.
Бэй Мо сразу почувствовал неладное.
— И?
Неужели снова хотят свалить всё на неё?
Ли Цзяци встревоженно продолжила:
— Кто-то сказал, что тех хулиганов наняла Нишан.
— Сейчас…
Она хотела сказать, что Железная Монахиня уже идёт сюда, но в коридоре послышались быстрые шаги.
Преподаватель Линь дважды кашлянула и строго крикнула:
— Гу Нишан, идём со мной в кабинет.
Действительно врождённая способность притягивать ненависть.
***
Около шести вечера Жун Шан привели в кабинет.
Там были хулиганы, родители Шэнь Тин и… Цзян Хуэй.
Самой Шэнь Тин не было.
Увидев только Цзян Хуэй, Жун Шан сразу поняла её план.
Она подошла. Богато одетая женщина средних лет тут же схватила её за руку, дёрнула и замахнулась.
Жестокое лицо отразилось в зрачках Жун Шан.
Она прищурилась и за секунду перехватила запястье.
— Тётя, кажется, я вас не обижала?
— Не обижала? — Госпожа Шэнь вырвала руку и холодно рассмеялась. — Злобная женщина! Ты понимаешь, до какого состояния довела нашу Тинтин?
С вечера субботы дочь сидела дома словно потерянная.
Когда её звали, либо не отвечала, либо обхватывала голову и рыдала.
Родители были страшно напуганы.