Хуа Сяоцзю прикрыл голову руками и обиженно заморгал.
— Я просто голодный. Ты же не вернулась готовить.
С утра ничего не ел. Живот к спине прилип.
Жун Шан смотрела на него с настоящим потрясением.
Взяла двумя пальцами за подбородок, приподняла лицо и внимательно осмотрела.
Потом приложила ладонь ко лбу.
Мужчина всё это время честно смотрел на неё широко раскрытыми глазами.
На вид — совершенно безобидный.
Температуры нет.
Тогда…
Жун Шан подозрительно прищурилась.
Хуа Сяоцзю хихикнул.
— Сестрёнка, насмотрелась?
Сестрёнка?
— Теперь сваришь мне лапшу с яйцом?
Он ухватил её за руку и принялся раскачивать.
Жун Шан не ответила.
— Ты Хуа Сичэнь?
Он покачал головой.
— Хуа Бэйсин?
Снова нет.
Хуа Наньюэ?
Это можно было даже не спрашивать.
— Тогда как тебя зовут?
— Сяоцзю. Хуа Сяоцзю.
Жун Шан едва не пошатнулась.
— Хуа Сяоцзю?
Четвёртая личность?
Тот радостно закивал.
— Ага. Я вообще очень удобный человек.
С этими словами внезапно встал на диван.
Он и так был высоким. Теперь возвышался над Жун Шан больше чем на две головы.
Задуманное движение сверху оказалось неудобным, и Хуа Сяоцзю, хихикнув, нагнулся.
Жун Шан ещё переваривала услышанное, когда он обхватил её.
— Всё. Теперь мы хорошие сестрички.
Сестрички?
Жун Шан снова почувствовала головокружение.
Одного Хуа Бэйсина ей уже хватало за глаза. Теперь ещё этот безумный Хуа Сяоцзю.
Похоже, долго она не проживёт.
Она быстро сварила ему лапшу с яйцом и около часа собралась обратно в студию.
У двери Хуа Сяоцзю перегородил путь.
— А вечером ты во сколько вернёшься?
Жун Шан вздохнула.
— Зачем тебе?
— Готовить мне ужин.
Она потеряла дар речи.
Очень хотелось ткнуть ему в лицо телефоном и сказать: «Я тебе не прислуга. Хочешь есть — готовь сам».
Это, впрочем, осталось только в мыслях.
После пяти минут приставаний Жун Шан всё-таки согласилась.
Если вернуться позднее, к тому времени, возможно, уже появится Хуа Бэйсин и сам найдёт себе еду.
— Иди внутрь. На улице жарко.
На самом деле ей просто было больно смотреть, как взрослый мужчина ходит в её розовой пижаме.
Хуа Сяоцзю сразу просиял.
— Хорошо!
Жун Шан уже повернулась, когда он вдруг обнял её за шею.
Чмок.
Поцеловал в щёку и оставил слюнявый след.
— Спасибо, сестрёнка.
Жун Шан брезгливо вытерла лицо его же рукавом.
— Вот же…
Хуа Сяоцзю только рассмеялся.
— Пока! Я домой.
— Давай уже.
***
Под вечер, перед закрытием студии, позвонил Чэнь Мусы.
Похитители заговорили.
По их словам, приказ отдала женщина с фамилией Хо.
Жун Шан сразу подумала:
— Хо Бинъянь?
Чэнь Мусы на секунду замолчал.
— Нет.
— Они говорят, что это была ты.
Жун Шан тоже замолчала.
Вот мерзавка.
Хо Бинъянь решила свалить всё на неё.
Чэнь Мусы продолжил:
— Очевидно, кто-то намеренно пытается столкнуть вас лбами.
— Брат Мусы, что будешь делать?