Когда госпожа Тан позвонила мужу и попросила вернуться, Жун Шан снова пришлось отвечать на вопросы.
Фигура на заднем сиденье, непонятное появление Тан Шэн в доме, исчезновение Гу Байли — всё это не давало Тан Чжэнмао покоя.
Жун Шан объяснила, что у машины спустило колесо, поэтому она взяла такси. У ворот заметила автомобиль отца и, боясь очередных нотаций, перелезла через стену.
Тан Чжэнмао не поверил. Ночью он видел машину своими глазами: колёса были целы.
С этими сомнениями утром он снова приехал в гараж — и испытал новое потрясение.
Жун Шан не солгала. Колесо действительно было спущено.
Неужели ночью ему снова показалось?
***
В семь утра Жун Шан вовремя приехала в тренировочный лагерь.
Занятие уже началось, но Гу Байли, который давно перестал опаздывать, так и не появился на площадке.
Она нахмурилась, велела остальным отдыхать и собралась проверить его комнату.
Но прозвучал голос системы:
[Богиня, Гу Байли собираются исключить из лагеря.]
Жун Шан удивлённо подняла бровь.
— Почему?
[Зайдёшь в кабинет — узнаешь.]
Как и ожидалось, система не собиралась объяснять всё просто так.
Жун Шан быстро направилась в кабинет.
Ещё в коридоре она услышала холодный недовольный голос Тан Чжэнмао:
— Гу Байли, я знаю, что ваша семья богата, но здесь не место для твоих выходок!
— Раз поступили в лагерь, ваша безопасность связана с моей ответственностью. Я обязан следить за вами. А ты раз за разом исчезаешь на ночь. Говори, кто выводит тебя из лагеря?
По правилам никто из записавшихся на обучение не мог покидать территорию в течение двух месяцев.
Но Гу Байли умудрялся обходить охрану. Значит, ему помогал кто-то изнутри.
Разумеется, Тан Чжэнмао прекрасно знал кто.
Гу Байли чувствовал, что мужчина особенно зол именно на него.
Неужели отец Тан Шэн уже узнал об их отношениях?
От этой мысли он занервничал, выпрямился, словно впервые встречался с родителями любимой, и сказал:
— Дядя, я…
— Какой я тебе дядя?!
Глядя на красивого юношу и вспоминая, что его «сын» влюбился именно в этого мужчину, Тан Чжэнмао едва не закипал.
— Не выдумывай. В лагере меня называют тренером!
— Хорошо.
Гу Байли подумал, что отец А-Шэна слишком свирепый.
В этот момент у двери раздались шаги. Оба посмотрели туда.
Жун Шан вошла, сначала взглянула на Гу Байли. Тот опустил голову и выглядел обиженным, что вызвало в её глазах улыбку.
Затем она повернулась к Тан Чжэнмао:
— О, пап, с самого утра кого-то отчитываешь?
— Хорошо, что пришла. Гу Байли ведь твой ученик? — Тан Чжэнмао сел в кресло. — Я собираюсь исключить его.