Шэнь Тяньсинь ушла.
Позже Жун Шан узнала: менеджер её уволил.
Причина?
Руководство решило, что именно из-за неё по компании поползли слухи и началась паника.
Но была ли это правда?
Вряд ли всё настолько просто.
После увольнения Шэнь Тяньсинь сотрудники, наоборот, ещё сильнее уверились: Лю Сюй действительно вернулась мстить.
Её смерть три года назад и без того оставила слишком много вопросов. Даже крупнейшие СМИ страны тогда не смогли дать однозначного ответа.
Несчастный случай? Самоубийство? Убийство?
Почти каждый материал заканчивался вопросительным знаком.
Сейчас Жун Шан не собиралась разбираться с этим до конца.
У неё были другие дела.
Пятнадцатого числа она взяла в компании три дня отпуска.
Когда уже выходила, позвонил Е Чэньюй.
Неизвестно откуда он узнал, что она собирается на запад города к семье Чжан.
Жун Шан удивилась, но добиться объяснений не смогла.
— Что-то случилось?
И тут Е Чэньюй попросил взять его с собой.
Она ехала заниматься своим делом.
А он там зачем?
Е Чэньюй не объяснил.
Сначала Жун Шан хотела отказать, но любопытство победило.
В полдень они выехали из центра.
Через полчаса уже были на площади в западной части города.
Разведчик прислал сообщение: внук бабушки Лю учится в частной школе для детей из состоятельных семей.
До конца занятий оставалось немного.
Но Жун Шан не спешила. Адрес проживания уже известен — ребёнок никуда не исчезнет.
Сначала они поехали в заранее забронированный отель.
Теперь их было двое, и Жун Шан хотела взять второй номер.
На стойке выяснилось: свободных комнат нет.
Е Чэньюй оказался в затруднении.
Он не хотел селиться далеко от неё, но предложить один номер боялся — вдруг она решит, что он пользуется ситуацией.
Поэтому всю дорогу до лифта молчал.
В итоге Жун Шан сама сказала:
— Ничего страшного. Останемся в одном.
Только ночью неловкость всё равно вернулась.
Жун Шан после душа надела халат и спокойно легла на кровать.
Е Чэньюй остался стоять посреди номера с красными ушами.
— Я… на диване посплю.
Он взял подушку. Одеяло можно было попросить у персонала.
Но его вдруг схватили за запястье.
Ладонь Жун Шан была прохладной.
— Не усложняй. Ложись сюда. Всего одна ночь.
Просто каждый будет спать на своей стороне.
Е Чэньюй застыл.
«Всего одна ночь» — это как раз и звучало двусмысленно.
Он ещё колебался, когда Жун Шан нахмурилась и одним рывком потянула его на кровать.
Е Чэньюй не удержался и рухнул на мягкое одеяло.
Через секунду понял, что навалился ей на ноги, и мгновенно вскочил.
Лицо вспыхнуло.
Он сел рядом, не решаясь смотреть на неё.
До смешного застенчивый.
Жун Шан некоторое время наблюдала, а потом коснулась пальцем его щеки.
Е Чэньюй сразу отпрянул.
— Т-ты что делаешь?
— Ничего. — Жун Шан наклонилась ближе и лениво улыбнулась. — Молодой господин Е, у тебя не слишком бурная реакция?