Второй господин Нань был мёртв.
Теперь главным наследником семьи оставался Нань Цяошэн. Формально существовал ещё один кандидат — Третий господин Нань, его третий дядя.
Но амбиций у него было куда меньше. К тому же у Третьего господина были только дочери, а сил — немного. Нань Цяошэн вернулся подготовленным, и на семейном совете Третий господин предпочёл отказаться от борьбы. Он не хотел наживать врага и лишаться места в семье.
Умное решение.
В канун Нового года ответственность за семью Нань перешла к Нань Цяошэну.
Жун Шан в это время разговаривала по видеосвязи с мамой Бай, когда Нань Цяошэн внезапно вышел из комнаты.
Во двор роскошного поместья вошли Янь Цзе и Янь Ле. Первый толкал инвалидное кресло брата. За ними двумя рядами шли люди в чёрном, а четверо впереди несли гроб.
Притащить гроб в дом на Новый год — нарочно хуже не придумаешь.
Управляющий Нань бросился им навстречу:
— Янь Цзе, Янь Ле! Вы что, головы разбили? Какого чёрта творите?!
— Заткнись! — Янь Цзе ткнул в него пальцем. — Вы хоть знаете, как умер Второй господин? Его убил Нань Цяошэн! В семье Нань больше никого не осталось? Как можно отдавать всё убийце?!
Слуги вокруг насторожились.
— Что за чушь ты несёшь? — холодно сказал управляющий. — Осмелишься клеветать в доме Нань — не обессудь.
— Клеветать? Тогда позови Нань Цяошэна и пусть скажет мне это в лицо!
Сам Янь Цзе ничего не помнил о той ночи. Но позже Янь Ле рассказал: они похитили мать Бай Сяоюй и угрозами вынудили Нань Цяошэна прийти.
Значит, он точно был в заброшенном доме.
Старуху спасли. Их людей избили. Второй господин умер.
Кроме Нань Цяошэна, Янь Цзе не видел другого объяснения. Единственное, чего он не понимал, — почему все разом потеряли память.
Управляющий уже взял рацию, собираясь вызвать людей, когда с лестницы донеслись размеренные шаги.
Все подняли головы.
Увидев Нань Цяошэна, Янь Ле побледнел от ярости.
— Нань Цяошэн! Это ты убил Второго господина! Ты!
Для Янь Ле тот был почти родителем, и теперь он мечтал собственными руками убить виновного.
— Янь Ле, закрой рот! — рявкнул управляющий.
— Дядя Нань, оставьте нас, — спокойно сказал Нань Цяошэн, спускаясь с рукой в кармане.
За ним появились старшие родственники семьи.
Братья тут же начали перечислять его «преступления», снова и снова обвиняя в убийстве Второго господина.
Старшие выслушали их, но никто не поверил на слово.
— Вы говорите, что Шэнъэр убил родного дядю. Доказательства есть?