На душе у Жун Шан вдруг стало неприятно.
Раньше он через слово звал её сестрой и целыми днями ходил хвостом.
А теперь смотрел так, будто даже лишний взгляд на неё — уже слишком много.
— Где я?
— В городе H. Дом семьи Юнь.
Семья Юнь?
Юнь Хао?
Кажется, это имя ему знакомо.
Жун Шан заметила, как в его глазах мелькнуло понимание.
— Тогда почему я здесь?
— Ты пришёл ко мне.
— Ко мне? — Каждая её фраза вызывала у него новый вопрос.
Жун Шан мысленно вздохнула и больше ничего объяснять не стала.
Развернувшись к двери, бросила:
— Соберись. После обеда отвезу тебя обратно на остров.
— Подожди. — Гун Цзымо остановил её. — Остров — это дом семьи Гун?
Жун Шан обернулась и кивнула:
— Да.
Гун Цзымо сразу нахмурился.
Если это семья Гун…
— Я вернусь сам.
Это его дом. Посторонняя женщина не обязана его провожать.
На этот раз Жун Шан отказала:
— Нет. Я тебя оттуда увезла, значит, и вернуть должна сама.
Неважно, действительно он сейчас глупый или только притворяется. Главное, что это всё ещё он.
После её ухода Гун Цзымо полез в карман.
Хотел позвонить на остров и попросить прислать за ним человека.
Но карман оказался пуст.
Телефона нет. Только одна шоколадка.
На жаре она уже растаяла прямо в упаковке.
Гун Цзымо брезгливо поморщился и тут же выбросил её в урну.
Позже он спустился вниз и увидел, как женщина, недавно заходившая к нему, с кем-то спорит.
Бросил равнодушный взгляд и не заинтересовался.
Длинным шагом направился к выходу.
Стоявшие по обе стороны служанки поздоровались.
Гун Цзымо кивнул и спросил:
— Как давно я здесь?
Обе замерли, не понимая, зачем он спрашивает.
Переглянулись и тихо рассмеялись.
Гун Цзымо счёл это насмешкой. Взгляд сразу похолодел, и он просто ушёл.
У дверей служанки ещё долго не могли отойти от этого ледяного взгляда.
В гостиной тем временем Лань Кэинь повысила голос на Жун Шан:
— Ты понимаешь, чем это может обернуться для семьи Юнь?
— Нет. — Жун Шан закатила глаза и собралась выйти вслед за Гун Цзымо.
Но Лань Кэинь перегородила дорогу.
— Юнь Си, ты можешь хоть раз не быть такой эгоисткой?
— Тебя просят всего лишь съездить в больницу и увидеться с молодым господином Гуном. Не на смерть же отправляют. Даже это нельзя?
Вообще-то Лань Кэинь вовсе не хотела возвращаться за ней.
Но выбора не было. Если семья Юнь рухнет, ей самой ничего хорошего не останется.
— Юнь Си, пожалуйста. Я тебя прошу. Съезди к молодому господину Гуну, хорошо?
Она сложила ладони. Если не считать случая в больнице, слово «прошу» перед Жун Шан прозвучало от неё впервые.
Настроение Жун Шан сразу улучшилось.
Ей нравилось смотреть, как эти мать с дочерью одна за другой приходят её упрашивать.
Пусть тоже узнают, каково это — зависеть от чужого настроения.
— Я подумаю. — Жун Шан скрестила руки и чуть подняла подбородок, всем видом изображая высокомерие.
И как раз в этот момент с улицы вернулся Гун Цзымо.
Увидев её выражение, он нахмурился. Похоже, ему стало неприятно.
Отвёл взгляд и обратился к Лань Кэинь:
— Ты только что сказала «молодой господин Гун»?
Какой именно?
Гун Цзыли, Гун Цзысю или Гун Цзыци?
Лань Кэинь обернулась и увидела Гун Цзымо.
Никаких мыслей у неё не возникло.
Ха. Этот дурак.
Зачем вообще с ним разговаривать?
Она проигнорировала его и направилась прочь.
Но Гун Цзымо внезапно вытянул руку, преграждая путь.
— Молодой господин Гун, о котором ты говорила, из нашей семьи?